Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова

Анна представила, как Ольга Сергеевна получает эти фотографии, или что там, как шантажирует ее… да, Анна могла бы ее убить. Но рано или поздно эта грязь всплыла бы рядом с Гошкой. И ее сын…

Он бы так думал о матери?!

Да за что?!

ЗА ЧТО?!

Слезы сами из глаз брызнули.

Разве она так много просит у жизни? Ей всего-то полгода осталось, даже меньше уже! Ей просто хотелось быть рядом с сыном, почему, ну почему ее нельзя оставить в покое?!

За что?!

– Аня, Анечка…

Борис даже растерялся.

На его памяти Анна всегда была спокойной, уверенной в себе, улыбчивой. И вдруг…

Платок не доставался из кармана, потом все-таки Боря его выдернул и принялся сначала совать Анне в руки, потом сам решил ей вытереть лицо, а потом…

Как-то оно так получилось.

Случилось. Случайно.

Но заплаканные глаза были совсем рядом. И губы у нее были… рядом. И были солеными от слез.

И удивительно сладкими. И неумелыми…

– Аня, Анечка…

Пальцы скользили по спине девушки, зарывались в копну густых волос, и Анна не отстранялась. Прижималась ближе, щедро купаясь в человеческом тепле, в уверенности…

Ты под защитой.

За тебя есть кому заступиться.

Иногда это сильнее любого конского возбудителя.

Девушка уже не плакала, отвечая на поцелуи. И видел бы Роман…

Никогда бы он не полез. Но… джип был затонирован со всех сторон. Это и подвело Бориса.

– Ох…

Дверь уже захлопнулась. Причем Роман остался снаружи, но и Анна уже опомнилась. И рванулась из рук мужчины.

– Нет!

Боря едва не сделал самую большую глупость в жизни. Едва не выпустил девушку. Но успел сообразить, притянул ее поближе к себе и обнял так, чтобы точно не вырвалась.

Хватит с них глупостей!

– Анечка, успокойся.

– Я… мы не можем…

– Конечно, не можем.

– И не должны…

– Конечно, не должны.

Анна так и не поняла, как сильные пальцы оказались на ее затылке, потянули девушку вперед, к Борису… а потом поцелуй повторился. Но уже серьезнее.

Раньше ее утешали.

Сейчас – соблазняли.

И только когда Анна прекратила вырываться и расслабилась на груди у Бориса, мужчина чуточку ослабил объятия.

– Аня, не смей сейчас отдаляться от меня. Я тебе не позволю этого сделать.

– Я…

– Прекрати. Все правильно, разве ты еще не поняла?

Анна вдохнула. Выдохнула, стараясь обрести спокойствие. И произнесла одно имя, которое могло сейчас подействовать:

– Лиза.

* * *

Если бы она стукнула Бориса по носу, получилось бы не хуже. Савойский прикрыл глаза, даже пальцы в ее волосах замерли.

– Лиза, да…

Замешательство длилось недолго.

– Я сегодня поговорю с ней. Она молодая, симпатичная, утешится.

Анна едва не ахнула:

– Что?!

– Что тебя удивляет? Ты мне важнее, чем эта дурочка. А с Игорем мы договоримся, ему это тоже важно. Проглотит.

Анна лихорадочно размышляла.

Савойский был полностью серьезен. Не лгал, не крутил…

Он и правда пойдет, расторгнет помолвку, получит гору неприятностей… а она через полгода умрет. Ее не станет, и душа уйдет на обед Хелле.

Нет! Она не допустит, чтобы кто-то из-за нее разрушил свою жизнь!

Анна тряхнула головой:

– Не надо так делать. Пожалуйста.

Борис внимательно посмотрел ей в глаза:

– Почему? Я тебе совсем не нравлюсь?

Вот что тут скажешь? А что ни скажи – не поверит. Он целовал Анну, он видел ее реакцию, и чисто на физиологию тут ничего не спишешь. Анна потерла руками лицо.

– Тебе не кажется, что сейчас не время и не место для такого серьезного разговора?

– Это верно. Анна, у меня есть квартира в городе. Ты не возражаешь?

Анна не возражала. Пока они доедут до квартиры, у нее будет время обдумать сложившуюся ситуацию и принять решение. Какое? Какое бы она ни приняла, все равно получится больно. Увы.

* * *

Квартира в городе оказалась скромненькой, всего шесть комнат в доме на Набережной. На минуточку – в элитном доме, из тех, у которых есть свой большой двор, своя детская площадка, зеленая зона и даже гараж на две машины к каждой квартире. Роман был отправлен загонять туда машину, а Боря взял Анну за руку и повел за собой.

Как-то оно само получилось…

Стоило им захлопнуть дверь квартиры…

Анна честно хотела поговорить.

Боря не хотел на нее давить. Но…

Один взгляд – и все полетело в тартарары! Осталась только сумасшедшая, яростная нежность. Губы встретились с губами, осенними листьями опала на пол одежда, а уж как они оказались в спальне, и вовсе никто не помнил.

Как-то.

Спасибо, не на коврике перед порогом, а то он такой… колючий.

Анна медленно приходила в себя. И осознавала, что могла вот так умереть – и ничего не узнать. И не почувствовать. И даже не страдала бы.

Илья… что тут скажешь? Илья был свято уверен, что есть жены. И к ним надо относиться с почтением, то есть даже в постели только через ночную рубашку и с поклонами.

Есть дамы полусвета. Вот их можно по-всякому.

Анна была в первой категории, а потому все, что между ними случалось, было очень осторожным, церемонным даже… и никакого сравнения с вишневым, солнечным, искристым вихрем, который завертел ее сейчас – и оставил в кровати на плече Бориса. Удивленную и ошеломленную.

Но удивлен был и мужчина.

В наш век, когда девушки становятся женщинами уже в школе, а в институте уже сами могут работать преподавателями Камасутры, и встретить такое чудо? Анна не была девственницей. Но была удивительно неопытной и непросвещенной. Зато безумно страстной, о чем свидетельствовали следы ногтей чуть не по всей его спине. Да и укусы отметились тоже…

И кто бы тут удержался?

– Я твой второй мужчина?

– Да.

Анна, правда, имела в виду Илью, а не Сережу Цветаева, но какая разница?

– Ты чудесная. А он дурак.

Анна спорить не стала. Приступ, бросивший их друг к другу, прошел, наступало время разговоров. Расстановки всего и вся по местам. И это было сложно.

– Может быть. Боря, у меня к тебе будет огромная просьба.

– Слушаю? Звезду с неба изволите, моя прекрасная леди?

Боря от души веселился. Сейчас с него такое напряжение схлынуло…

Как же он переволновался, когда позвонил Роман. Как летел в торговый центр, как звонил знакомым… и картинка сложилась! Но если бы Анне успели причинить вред…

Нет!!!

Даже думать о таком не хотелось! Анна, беспомощная, в руках подонка…

Только не это.

– Не звезду. Боря, у меня другая просьба. Давай пока никому и ничего не говорить? Пожалуйста!