Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

хихикнула я.

— Люди станут чаще гостить у тебя, — засмеялся Джайс.

— Тогда сделаю для таких частых «дорогих» гостей специальную гостевую комнату, чтобы скорее бежали прочь, — шутя, предупредила друга.

— Не забывайте, господа, супругам иногда нужно быть вдвоём, — улыбнулся Джон и своими словами заставил меня густо покраснеть.

К счастью, в этот момент мы приехали, и карета остановилась. Мужчины первыми покинули карету, а потом нам помогли выбраться наши мужчины.

Джон и друзья с нетерпеливым любопытством оглядывали большой внутренний двор и сам особняк, который и, правда, выглядел, мягко говоря, зловеще.

Миссис Хедсон — домоправительница, мистер Леви — старый одноногий дворецкий, (ногу ему заменяет магический протез — палка с тускло светящимися синим жилками) — поприветствовали в первую очередь меня, потом и моих друзей в большом зале.

Миссис Хедсон — тонкая как тростиночка, с сильно затянутыми в тугой пучок седыми волосами и в тёмно-синем платье с белым воротничком, манжетами и передником произнесла:

— Мы рады, что дом Ловли остался в семье, миледи. Было бы очень грустно,

окажись дом в чужих руках.

— Благодарю, миссис Хедсон. Кстати, познакомьтесь с моим супругом...

— Но мы знакомы, — влез между моих слов мистер Леви. — Лорд Джайс Милтон — хорошая кандидатура...

Джайс запрокинул голову и точно конь, заржал.

— Он не мой супруг — заявила строго. — И когда же вы избавитесь от своей привычки, перебивать, мистер Леви?

— Простите милостиво, Ваше Сиятельство, дурная привычка приросла навеки — уж только с моей смертью её не станет, — повинно произнёс старый дворецкий.

Я лишь вздохнула, покачала головой и представила домоправительнице и дворецкому своего мужа.

— Моим супругом стал этот человек, — взяла за руку Джона. — Он родом из другого королевства. Джон Морган, в прошлом — герцог и маг. Сейчас — он мой муж. В будущем — мой муж, герцог и маг. Прошу любить, жаловать и не обижать, а то я тоже обижать умею.

Миссис Хедсон и мистер Леви на секунду стали озадаченными, но быстро взяли себя в руки и сказали:

— Рады приветствовать вас в этом доме, милорд.

И низкий поклон, как признание Джона истинным хозяином особняка. Нет, нормально, да? Мне они так никогда не кланялись, а незнакомцу, которого впервые в жизни видят — чуть ли голову об пол не ударили. Вот тебе и верная прислуга. Фи! И вообще, чего это все какие-то тухлые? Праздновать нужно с самого порога! Свадьба всё-таки!

— Леди Элизабет Морган, в девичестве Ловли —

Начинало смеркаться, мои друзья веселились, желали море любви и счастья «молодым», смеялись, шутили, танцевали, а мне было почему-то грустно. И только оказавшись наедине с собой — вышла на время на террасу, поняла, в каком сильнейшем напряжении находилась с самого утра.

— Элизабет? — услышала позади голос Джона. — Ты в порядке?

Повернулась к нему и спиной облокотилась о перила. Улыбаться не хотелось, притворяться, что всё хорошо — тоже. Пожала плечами и одновременно развела руками.

— Не знаю... — выдохнула я. — Чувствую какую-то подавленность и пустоту внутри.

Мужчина встал рядом — облокотился о перила и сказал:

— Твоё состояние — нормальная реакция на пережитый стресс, Элизабет. Не стоит бежать от этого чувства — просто признайся себе, что тебя тяготит вся эта ситуация. Ты вышла замуж не за того. Из-за меня тебя осудило высшее общество, и пока ты до конца не осознала глубину и сложность положения, твоё подсознание уже готовит почву, чтобы сберечь тебя. Ты хорошо держалась перед гостями, но не забывай, высшее общество всегда предпочитает осуждать, клеймить и злорадствовать, нежели радоваться успехам и счастью. Но у тебя есть огромное преимущество...

— Твои слова не звучат как утешение, Джон, — проговорила со смешком в голосе. Потом наклонила голову и, глядя снизу вверх на супруга, спросила: — И какое же у меня преимущество, да ещё огромное?

— У тебя есть внутренний стержень. Мы хоть и мало знакомы, но я уже чувствую твою внутреннюю силу. Ко всему прочему, Элизабет, ты не одна. У тебя двое отличных и верных друзей, коллеги тоже на твоей стороне. Джайс и Эмилия никогда не дадут тебя в обиду и, судя по рассказам о ваших похождениях, всегда поддерживали и поддержат твои порой даже самые безумные идеи. Ну и третье преимущество — ты богата и носишь титул графини. Для многих наличие только одного фактора как большие деньги решает многое. Ты ведь не сделала ничего дурного — ты спасла человека, разве плохой поступок? Но человек оказался не таким «чистым», как принято в представлении высшего света, и сам твой поступок имеет статус «невероятного прецедента». Ты — другая по их меркам. Раздражаешь своими поступками, не делаешь «как все», стремишься к чему-то большему, чем просто замужество, семья, дети, балы... и тем самым не вписываешься в их реалии, сформированные столетиями. Люди не терпят изменений и всегда фыркали на тех, кто отличается от них. Не удивляйся, что общество нашло замечательный повод тебя высмеять и закрыть перед тобой все двери.

Он замолчал и посмотрел на небо в сумерках. Я тоже подняла взгляд к небу и произнесла:

— Звучит довольно многообещающе и при этом тревожно. С одной стороны, ты прав, Джон. Я всегда бесила этих лордов и леди. Обо мне давно ходят всевозможные сплетни и слухи, а сейчас им выпал такой замечательный повод вылить на меня всё скопившееся за годы дерьмо! Тем более дяди нет, и он уже не защитит меня своим авторитетом. Представляю, как они взволнованы и возмущены, что я вышла замуж за врага из соседнего королевства! За смертника! Да, они, наверное, год будут обсуждать и обсасывать это событие и то, вряд ли забудут даже через год... Но... Но есть одно «но»... Я могу плевать на них и заняться действительно важными делами... Нужно составить список дел.

Джон вдруг рассмеялся.

— Знаешь, мне нравится эта твоя черта характера — ты позитивно мыслишь. И насчёт защиты, Элизабет. Твоего дяди нет, но теперь есть я. Независимо от моего нынешнего статуса, я ни перед кем не собираюсь склонять головы и выносить насмешки хоть в свой, хоть в твой адрес, или адрес твоих друзей. Отныне все твои недоброжелатели и враги — мои враги. Как и друзья, Элизабет. Твои друзья — мои друзья.

Захлопала глазами. Неужели такие чудесные мужчины бывают? Он вообще реален?