Гордость, предубеждение и демон - Вениамин Шер

Что-то в его словах какая-то несуразица. Или для России — это норма? Больше похоже на плохо сыгранный спектакль…

— Ничего не понимаю. Хорошо. А если я откажусь? Вы не имеете права меня насильно тащить, и ОМОН-ом вы меня не испугаете, — недовольно шикнула она этому парню в лицо, который чуть возвышался над девушкой.

— Маруся Михайловна. Поверьте. Мне самому неприятны эти указки сверху. Но вот документ… — открыл он папку и достал лист с печатью. Пока девушка вчитывалась, он продолжил: — Это решение комиссии, совместно с министерством здравоохранения. Вашему гражданскому супругу тоже выписали такую бумагу. Поэтому давайте не суетиться? Мне сегодня ещё двоих точно так же уговаривать. Чтобы просто сделать тест.

У парня лопнула маска спокойствия, последнее предложение он проговорил с недовольством.

— Видимо, выбора нет, — недовольно сказала девушка. — Я это оставлю себе? — спросила она про документ, что держала в руках.

— Конечно. Это копия, — кивнул полицейский.

— Но я на работе… — показала она в сторону магазина.

— Не волнуйтесь, мы известили вашего работодателя. В любом случае, вы получите официальную справку, что были на сдаче теста.

— Понятно… — сказала девушка и направилась в магазин за вещами.

В нем уже присутствовали пару покупателей, но Руся попрощалась с удивлённым Сергеем до понедельника и вышла из магазина. В сопровождении молодого «опера», она села в полицейский бобик, и мы поехали.

Девушку привезли в какое-то медицинское учреждение, машина подъехала прямо ко входу. Но не к самой больнице, а у соседнего здания, на дверях которого была временная вывеска с надписью «Лаборатория» на белой бумаге.

— Как-то тут все… не солидно, — пробормотал я.

— Это нормальное явление для государственных помещений, — прошептала мне в ответ Руся, поднимаясь по ступенькам к дверям.

На входе за столом сидела медсестра в белом халате и медицинской маске. Приняла документы от полицейских и сразу попросила у девушки паспорт. После заполнения каких-то бумаг ужасно не разборчивым почерком, полицейские вышли из здания, а медсестра отвела девушку к какому-то кабинету с цифрой три, среди длинного коридора.

— Ожидайте. Вас вызовут, — участливо сказала медсестра и удалилась.

Коридор был в длину метров тридцать, в самом конце была развилка направо и налево. Мы сидели в начале коридора, на первом этаже. Можно сказать, ближе к выходу. Маруся даже успокоилась, потому как обстановка была абсолютно типичная для неё.

Спустя десяток минут девушку вызвали. Взяли кровь из пальца и мазок палочкой, с внутренней стороны щеки, и отправили в кабинет номер девять. Когда девушка вышла и глазами стала искать кабинет. Из дальней части коридора вышел… священник! Причём католический! С белым воротничком, распятием на груди и библией в руках, с надписью на латыни…

— Руся! Веди себя естественно! И улыбнись ему! Не привлекай внимания! — начал я перебирать судорожно варианты.

«Какого сатаниста тут забыл ватиканский священник⁈ Или не ватиканский? Смуглый, по любому итальянец!», — бормотал я.

Падре взглянул на Марусю и одарил её белоснежной улыбкой. Он был довольно молод, лет тридцать где-то. Девушка в ответ удивилась и тоже улыбнулась. Он не стал проходить дальше в сторону, а двинулся по коридору на встречу девушке.

(Иллюстрация 8)

Когда он подошёл к ней, спросил:

— Quid agis? — что означало «как ваши дела?».

— Извините, я… не понимаю, — удивилась девушка и покачала головой, при этом пожимая плечами.

— Italiano. Come va? — теперь он обратился к девушке на итальянском.

Видимо, проверка какая-та. Правда, глупая…

— English and Russian? — теперь уже девушка попыталась его спросить.

— Oy. Yes, English, — засмеялся он, и тут же сказал: — I am Father Diego. How are you? Nothing hurts? — участливо справился он о здоровье.

— I’m Marusya. Very nice. No, thanks. It’s okey, — чуть запинаясь, удивлённо ответила она с улыбкой.

Девушка не владела разговорным английским, но простые фразы понимала, и отвечать ей приходилось односложно. Так что разговор их вышел не долгим. Он, улыбаясь, тронул девушку за плечо и, попрощавшись, ушёл в конец коридора направо. А девушка села на скамейку возле кабинета номер девять.

— И что это такое было… — обалдело спросила она про себя.

— Мне кажется, в этом тест и будет заключаться… — озадаченно произнёс я.

— Но как они… Хм. Не важно. Найду, как это объяснить, — сдалась девушка, сама найдя ответ на свой вопрос.

— Маруся. Ты желаешь, чтобы я ушёл? Мы можем прямо сейчас расстаться, — скрепя сердце, сказал я.

Потому как сегодняшний шашлык, будет упущен… Эх…

Девушку начали одолевать сомнения, нужно ли мне оставаться. Она почти уверена, что разборки с ФСБ обошли их стороной. С другой стороны, она ко мне почти привыкла и не хотела бы терять такого друга. Щедрый Сатана… Я сейчас расплачусь! Хи-хи! Ладно, мне приятно, что Руся так обо мне думает.

— Крондо. А ты сам… хочешь домой? — неуверенно спросила она.

— Какой же демон хочет раньше выходить с отпуска… — хихикнул я.

— Я хочу, чтобы ты ещё отдохнул, — немного подумав, улыбнулась девушка.

— Благодарю, — облизнулся я сегодняшнему шашлыку. — Значит, слушай меня. Если я попаду в астрал, основной астрал, а не там, где мы были, — поправил я, чтобы девушка поняла, — то я не смогу вернуться ни при каких обстоятельствах. Мне нужно будет посетить ад для того, чтобы все это повторить. Поэтому моё перемещение в астрал отбрасываем.

— Но ты же говорил, что демона без его желания невозможно изгнать? — удивилась девушка.

— Упёртого демона, это раз! Ну а во-вторых, нам-то нужно сделать так, чтобы при обряде эти священники не узнали, что в тебе демон! А это уже сложнее! Они целенаправленно здесь, значит, есть тот, кто их сюда «навёл», значит, есть пророк, — рассуждал я, обдумывая варианты действий.

— А если они узнают? И кто такие пророки? — сбила меня с мысли Маруся очередным вопросом.

— Ну ты фильмов не смотрела что ли? — иронично спросил я. — Пророки это те, кто пророчат, но ещё они могут знать, где находятся демоны, когда они… сдружились с человеком, — запнулся я, чтобы не назвать девушку «Одержимой».

— Понятно. Ну а если… — хотела она повторить вопрос, но я её перебил: