Гордость, ярость и демон - Вениамин Шер

— Вот, собственно, все новости, — добавил в заключение Хикару, создал себе шезлонг с зонтиком и столиком и уселся рядом с клириками.

— Ты что… делаешь? — спросил я более-менее ровно.

На моё удивление, за пару суток духовная сила во мне возросла. Причём для нашего мира — это чудовищно быстро. Обычно чем больше объём твоей выделяемой духовной энергии, тем тяжелее её наращивать. Такое ощущение, что я зелёная сопля пятидесяти лет, которая учится в средней школе…

— Я собираюсь составить компанию уважаемым клирикам, — деловито сказал японец и воссоздал на столике круглый поднос с кувшинообразным сосудом и маленькими рюмочками.

— Как замечательно! — усмехнулся Бирох. — А то Крондо неразговорчивый, хоть будет что нового узнать о вашем мире, — добавил он японцу.

— Спрашивайте. Всё расскажу… — ответил тот и налил в рюмочку саке.

Ну и, конечно, японец — он и в Аду японец. Два часа он рассказывал, насколько его родина величественна, и что весь мир ровняется на них. В общем, слушать это было сплошной пыткой.

Целые сутки Хикару, как земная википедия, отвечал на вопросы, какие бы ему ни задавали. Клирики даже познали кодекс Бусидо и узнали забавные события в истории Сёгуната Эдо. А также что земляне живут в данный момент в эпоху технического развития, как Эйхон жил две сотни лет назад.

Но больше всего их удивило то, что люди с Земли совершенно не владеют духовностью. Точнее, владеют, но о таких возможностях знают единицы из семи миллиардов. И в отличие от этого мира, там это даётся в сотни раз медленнее. А что духи это вовсе не духи, а те, кто очищают, либо забирают грешников в нижние чертоги — их просто повергло в шок.

— Я уже говорил. Ваш мир крайне неправильный… — покачал головой Бирох, взглянув на японца. — Даже размножаться через задницу, как ваши злонги, это не так удивительно…

На этих словах у недоумённого Хикару взлетели вверх брови, а затем он прыснул от смеха и в голос заржал.

— Что-то не так, Хикару? Крондо нам поведал о сатанистах — чёрных че-ертей, у которых нет самок, — озадаченно сказал Менегусх, а с этим объяснением японец вообще согнулся пополам и весь затрясся, без возможности вдохнуть. Через десяток секунд он кое-как себя взял в руки и сказал:

— Нет-нет, прошу прощения, — сдерживая смех, махнул он рукой. — Я за свои сто семьдесят лет помощником шинигами ещё не всё знаю. Тем более, мы из разных стран, и в моей не водятся сатанисты, — закончил японец с улыбкой и, подмигивая, показал мне большой палец вверх.

Какое-то время они ещё поговорили, и этот недоделанный самурай наконец свалил, а я сосредоточился на этих сковывающих потоках. Клирики тоже наговорились, и по всей видимости, на пару суток, так как они прикрыли глаза и вошли в состояние медитации.

Теперь работа пошла более сосредоточенная. Но кроме ещё более возросшей духовной силы, мне казалось, что я стою на месте. На седьмые сутки я уже начал звереть, так как просто не мог понять, как воздействовать на эту хрень. Сатанея до огня в глазах, я мог дёрнуть рукой или головой, но это всё не то, так как я слегка срывал эти оковы тупо проекцией моего тела в межастралье. В реале я даже пискнуть не смогу, если меня всерьёз захотят обезвредить.

Клирики оказались стойкие, прямо как я перед покупкой лотерейных билетов. Они сидят уже четверо суток, не шелохнувшись и не произнося ни слова. Опять поймав яростный настрой, я от безысходности окутал себя телекинезом с пирокинезом, разогревая вокруг астральный воздух.

— Да ну нахер! — ошалело сказал я, подняв перед собой руку и сделав шаг.

Клирики меня проигнорировали, так как за эти семь суток я прошипел столько матов, сколько не произносил даже в школе. И как только я возрадовался, опять замер как статуя. Покорёжив себя ещё несколько часов, я наконец понял, как такое произошло.

Мой врождённый телекинез и пирокинез имеют логичный источник — духовная сила. Чем больше её у демона, тем сильнее он может воздействовать этими способностями на окружающую среду. Если взять меня и сравнить с моими сородичами, то мои способности абсолютно средненькие, как говорится, на троечку.

К примеру, мой предел в телекинезе — пять метров. Отличники у меня на школьном курсе могли спокойно взлетать на десять, так как имели больший поток духовной силы. То же самое и с пирокинезом. Мой предел — это три с половиной тысячи градусов разогретой точки в десять сантиметров. У отличников он ровнялся почти восьми тысячам.

Но суть не в этом. Как я и говорил, эти оковы имеют тот же источник, что и мои способности. Правильно подобрав пропорции воздействия своими двумя «стихиями», я могу вносить в потоки оков дисбаланс, от которых они практически разрушались.

За двенадцать часов я выявил более-менее рабочую пропорцию воздействия своих стихий на оковы. Она равнялась тридцати процентам пирокинеза и пятнадцати процентам телекинеза. И при окутывании себя тонким слоем из этих стихий я мог начинать хоть и заторможено, но двигаться. Оставшихся пятидесяти процентов духовной силы хватало, чтобы превратить мою кожу в сталь.

Когда я сносно стал контролировать сопротивление, то тихо подошёл к клирикам и, резко схватив их обоих за нагрудную броню, приподнял над собой.

— К-крондо!

— Что за шутки! — трепыхаясь у меня в руках, начали они возмущаться.

— Ха-ха! Не ожидали, старикашки⁈ — засмеялся я и опустил их на ноги. — Вот. Мы наконец закончили. Пора на выход! — улыбаясь, развернулся я.

— Стой! — воскликнул Менегусх, и я повернулся обратно. Точнее… я подумал, что повернусь, но опять замер как статуя.

— Хм… Похоже, Мару, как всегда, права, и разумные духи могут развиваться, — усмехнулся верховный, выйдя из-за моей спины.

— Главная точка пройдена. Теперь, Крондо, тебе нужно прервать вот это усиленное подчинение, — со сложенными руками за спиной добавил Бирох подойдя к своему коллеге.

— К-какое же эт-то подчинение… Превр-ращение в статую меня н-не подчиняет, — опять прошипел я без возможности пошевелиться.

— Это только для тебя так происходит. Обыкновенным подчинением можно спокойно натравить духов первого и второго ранга на своих же хозяев, ну, или отозвать. Духов третьего ранга — только пленить и отозвать. Этим же подчинением, находясь в предмирье, можно изгнать духов в основную обитель, — кивнул