Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова
И снова – фу!
На щеке царапина, на коленке синяк, на боку синяк, в ушах звенит…
Яна только надеялась, что Хелла обеспечит налетчикам приятное посмертие. С заморозкой, потрошением и прочими садомазо-радостями! Козлы, понимаешь!
Непорядочные личности!
Редиски в полете… то есть в налете!
Понимать она их понимала, лучше грабить тех, у кого деньги. Но – не ее!
Она вытащила масленку, пули, порох – и принялась чистить и перезаряжать оружие. А что?
Порох держим сухим, а револьвер – наготове!
Перезарядила, переоделась – и направилась на поиски жома Тигра. Вдруг не всех налетчиков добили и распугали? Подставится этот умник под пулю – и ее поездка в Звенигород отложится, на время похорон, а там и подальше…
Ну уж нет!
* * *
Жом Тигр как раз распекал своих людей.
В переводе на русский это звучало так: «Вы, безответственные, непригодные к работе личности, как получилось, что девушка стреляет лучше? И почему она не растерялась, а вы струсили?»
Конечно, неточностей хватало. К примеру, печатными в версии жома были только предлоги и союзы… некоторые.
Яна постояла несколько минут за спиной у начальства, потом поняла, что оное начальство слишком занято разносом, и вежливо кашлянула.
Жом обернулся – и смерил ее злым взглядом. Яна поняла, почему его боялись люди. Столько всего было в прищуренных зеленых глазах… разорвет и сожрет!
– Что с налетчиками, жом?
Вот уж ее взглядами не запугать! И не таких видали…
– Жама, вернитесь в купе.
– Только с вами, жом.
– Что?!
Удивление у мужчины было искренним. Яна коснулась револьвера.
– Я не ваша любовница, я ваш телохранитель.
Судя по лицам подчиненных, они как раз предполагали первое. Но – кто им доктор?
– Вернитесь в купе! – рявкнул жом.
Яна покачала головой.
– Пока я не буду уверена в вашей безопасности – я с места не сдвинусь. Можете потом меня хоть на березе повесить.
Адреналин гулял в крови, требуя выхода.
– Вы рискуете своей жизнью. Если налетчики вернутся с подкреплением – можем все здесь лечь.
– Не можем! – рыкнул жом. И махнул рукой народу, мол, расходитесь.
Разошлись – мгновенно. Еще и на Яну смотрели так… Уважительно. Словно она схватила тигра за хвост и таскает по квартире. Не видели они «Полосатый рейс»!
– Сейчас бревно уберут – и поедем. Постарались, сволочи, приволокли! – буркнул жом, выплескивая свое дурное настроение.
Яна прищурилась.
Действительно, бревно рубили и тащили.
– Их хоть допросили?
– Обычная шайка. Решили ограбить поезд, пощипать гусей.
Яна кивнула.
– Где вы научились так стрелять, жама? Или – тора?
Яна фыркнула.
– Жама. Можно – Яна, ладно уж. Научилась у отца, я же вам говорила – он лесничий.
– Но учить девочку?..
– Сыновей ему Творец не послал, а меня научить было легко, сама хотела.
– Я бы не взялся попасть на таком расстоянии, в движении, из револьвера…
Яна кивнула.
Во времена оны смотрела девушка и про неуловимых мстителей, и другие фильмы про революцию, и вестерны доводилось поглядывать. И всегда удивлялась – почему по налетчикам не стреляют, пока они едут за поездом?
Сегодня поняла.
Не будь у нее такого опыта, и она промазала бы.
Но пресловутое «белку в глаз» преувеличением не было. Хотя белок Яна всегда жалела, а вот уток они с отцом старались бить в голову. Интересно же!
Лесник – существо сугубо мирное, но если его разозлить…
Яна и по людям стреляла. Был момент – явились браконьеры и уходить не хотели. Отец с ними разговаривал, а она в нужный момент выстрелила. Пробила мужику мотню спортивных штанов, не задев тела. И так хорошо подействовало!
Описался – и убрался! Со товарищи!
Так что здесь она ничего сверхъестественного не творила. Расстреливали бы освобожденцы, как она, сотни и тысячи патронов, в том числе и в тире… Ну да! Яне стрелять нравилось!
Нравилось после ухода последнего клиента ненадолго включить для себя тир, выбрать режим посложнее – и айда! Нравилось чувство единства с оружием, его холодная спокойная сила, его опасность – это как гадюку гладить…
Здесь и сейчас все пригодилось. Но рассказывать это Тигру?
К чему?
Проще ограничиться коротким:
– Могу вас научить.
– Благодарю.
– Займемся, как будет время, – кивнула Яна.
Жом Тигр развернулся и направился в купе.
Перед носом Яны щелкнул засов.
Ох уж эти мужчины…
* * *
Поезд тронулся и снова закачался на волнах железных дорог. Яна расхаживала по своему купе, как львица по клетке.
Ее догнал адреналин.
Да, вот так тоже бывает. Не пострадала, не особенно напряглась, а надпочечники разыгрались. И выплеснули в кровь дозу гормонов. Сначала-то и незаметно было, а вот начала отходить – и затрясло.
М-да…
При таком раскладе лучше ста «наркомовских» ничего не придумать. Но где их взять?
С собой у Яны была небольшая аптечка – бинты, корпия, спирт… но пить его? Разводить водой из умывальника, что ли?
Фу!
И снова – фу!
Может быть…
Ноги сработали быстрее разума – и Яна опомнилась, только когда постучала к жому Тигру.
Открыли ей не сразу. Но…
– Что случилось… жама? Яна?
Мужчина ошалел. И было отчего! Яна-то попросту забыла про другой мир – и вышла в чем была. А по ее меркам она была одета нормально!
Ночнушка и халат.
Ночнушка шелковая, ей просто нравился этот материал. Халат достаточно легкий, но льняной и непрозрачный. Рукава короткие, и самое ужасное – все это добро было сильно выше колена.
Шейва Лейва хоть и ужасался про себя, но вслух ни слова не сказал – мало ли в чем дама ходить желает? Не все ж вещи берут, чтобы носить, некоторые покупают, чтобы снимать.
А Яна и не подумала! Она экономила место, а короткая ночнушка занимает его меньше, чем длинная. И короткий халат – тоже. И в ногах не путаются, и привыкла…
А вот жом Тигр не привык.
Яна даже и не сообразила, почему у него такие глаза удивленные, для нее-то ситуация была самой обыкновенной.
– Жом, у вас выпить есть?
– А? – Не самая умная реплика, но жому Тигру было не до ума. При виде стройных девичьих ног кровь принялась отливать от мозга в противоположном направлении. А там мозга нет.
– Меня отходняк накрыл, – разъяснила Яна. – Знаю, что не промазала, но убивать все же неприятно. Сейчас выпить – и уснуть.
Жом Тигр понял, что его насиловать никто не будет. Соблазнять – и то не захотели. И тяжело вздохнул.
– Заходите, жама. Не стоять же в таком
