РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский
Ему не до пристрелки.
Саблин раздражён, хорошо, что у него имелся надёжный способ успокоиться. Ему надо было найти себе дело. Он берёт коробку со всякой ерундой и набирает оттуда пластиковых магазинов для винтовки, берёт те, что поновей и менее искривленные. Бросает их на верстак у стены. Потом разрывает упаковку с патронами и высыпает туда же… Скидывает перчатки брони и начинает снаряжать магазины.
Мишка, который как будто чувствовал его нехорошее настроение даже через броню, и до сих пор не произнёсший ни слова, подходит к нему и говорит:
— Можно я вам помогу?
— Умеешь? — интересуется Саблин. И не дожидаясь ответа, подвигает к нему патроны и один из магазинов.
— Попробую, — говорит Михаил, берёт магазин и первый патрон… И Саблину понравилось, что парень не стал сразу пытаться уложить патрон на пружину, а сначала посмотрел, как это делает он. Посмотрел, перевернул патрон и положил его правильно. Саблин же укладывает патроны в магазин машинально, как автомат. Ловко, быстро… Раз, раз, раз… И всё, магазин снаряжен. Аким ударяет им о стол и кладёт его в сторону — готово. Миша с интересом смотрит как он это делает, а потом говорит:
— А вы, господин казак, с дробовиком.
— Я штурмовик, мы работаем с дробовиками. — Аким берёт пустой магазин и вываливает из упаковки ещё патронов на верстак.
— А почему не с винтовками? — спрашивает мальчишка и начинает укладывать очередной патрон.
Саблин достаёт из подсумка один патрон для дробовика. Жакан. Ставит его на стол. Берёт один винтовочный патрон ставит его рядом:
— Какой сильнее ударит?
— Ну, этот, — говорит парень и указывает на жакан. — Он толще.
— Да, толще, пороха в два раза больше, жакан в два раза тяжелее пули. — Соглашается Саблин. — Штурмовые работают на короткой дистанции, из-за щита. Когда добрался до вражеского окопа, нужно разить врага с одного выстрела. Ударил над щитом в шлем, и чтобы от шлема забрало отлетало, или в ногу ударил, и чтобы все привода на колене или ступне разлетелись… Ну, иной раз выстрелом и щит из руки у врага можно вырвать. Даже если в кирасу бить, и то удар такой силы получается, что вся электроника в броне перегружается… Да и человеку, чтобы в себя прийти, тоже пара секунд требуется… Ну, чтобы отдышаться после удара… А пуля… — Тут он берёт винтовочный патрон, — она на дистанции хороша, для прицельной работы. Понятно?
— Угу, — кивает Миша.
— Не «угу»! А «так точно, товарищ прапорщик!» — поправляет его Саблин, прячет жакан в подсумок и снова берётся за патроны и магазины.
Миша тоже продолжил снаряжать магазин, а Аким и интересуется:
— Значит теперь домой поедешь?
— Поеду, — отвечает парень.
— А к кому? Есть кто у тебя?
— Да, нет… Родителей давно нет, я у тётки Тамары живу. Раньше в доме нашем жил. Один, но там стёкла побили… Жить там нельзя больше… Но Тамара бедная, им с Маринкой, дочкой её, самим огорода не хватает. Да и не родная она мне. Так, приютила. Я туда мыться к ней, больше, хожу. Я на давилке иной раз живу. При Иване хозяине. Помогаю ему. — Рассказывает Михаил.
— Рыбу, значит, давишь?
— Если Иван скажет, то да. Он, человек хороший, меня не прогоняет, — продолжает мальчишка. — Говорит, спи тут, если больше негде. — Вот я рыбакам и помогаю. Рыбу, там, донести или масло в мотор налить… Или лодку помыть. По-всякому помогаю. Они мне что-нибудь дают. Хоть улиток или ещё что. — Он, наконец, набивает магазин. И так же, как и Аким, перед тем как положить его, стучит коробкой по столу. «Утрамбовывает» патроны.
— А за рыбой тебя не берут? — вся упаковка патронов снаряжена в магазины, Саблин бросает обрывки пластика в коробку, магазины начинает раскладывать в подсумок.
— Не-е… На рыбалку никто не берёт, отец тоже не брал, я тогда ещё маленький был, а когда вырос, так он к тому времени в болоте сгинул.
— Аким! — Это уже доносится из наушников. СПВ. Кульков.
«Управился, наконец!»
— Приём. — Откликается Саблин.
— А ты где?
— В ДЗОТ-е.
— Иду.
— На углах мины, по следам иди.
— Принял, — заканчивает Николай.
И Саблин тут стал думать о том, что не первый раз уже встречается с подобным. Вот и Кульков как раз тому подтверждение. Человек в бою ведёт себя безупречно, бойцом может быть абсолютно хладнокровным. Да и грамотным, умелым. Но вот что касается службы — повседневной военной работы… так тут выясняется, что он малость… раздолбай. Да, Аким уже видел таких. За ними глаз да глаз. Такому приказ отдал, так потом обязательно нужно проверить выполнение. И вот этот случай, с этой Полиной. Ну не может вменяемый человек так неразумно себя вести… Ан, нет, оказывается, может…
«Раздолбай!»
⠀⠀
Глава 2
— Я смотрю ты там уже окоп отрыл? — замечает Кульков, заходя в ДЗОТ и закрывая бронированную, не сразу поддающуюся дверь. И оглядевшись, добавляет: — А неплохо они всё здесь устроили…
— Осмотрись тут, — коротко говорит ему Саблин. Прапорщик как раз думает, что этот ДЗОТ и здания на островке, строили не бандиты. — Это твой участок.
— Есть, осмотреться. Пулемёт рабочий? — Николай снимает кожух. — О, не старый ещё. — Он включает панораму и водит стволом пулемёта вдоль амбразуры. — И камера неплохая, — потом откидывает крышку. Заглядывает в механизм. И вдруг говорит: — Слушай, Аким, ты не злись на меня… Просто баба приятная больно… У меня давно… Никаких таких не было… Я же даже на девок из чайной не смотрю. А тут вдруг сама такая, предложила… Говорит, отблагодарить вас хочу. Спасли, мол.
— Вши у неё, — замечает ему Саблин. — У них здесь у всех чесотка. И микроклещи… Ты их руки, лица, видел? Тут и медиком быть не нужно и без соскоба
