Отверженная Всадница - Керри Лоу

Эйми поймала её взгляд и, прежде чем успела отвести, увидела на её лице то же озабоченное выражение, что и раньше. Элька молча умоляла Эйми не обращать на неё внимания, хоть раз в жизни не быть доброй. Но, конечно, это было не в характере Эйми.

— В шестом томе Джейкоб отправляется в Таумерг. Может быть, Элька прочтёт его и скажет нам, насколько описанное там точно, — предложила Эйми. — Я имею в виду, мог ли Джейкоб на самом деле избежать поимки стражами Захена, когда он украл баржу?

Эйми заметила, что она чём-то расстроена, и она пыталась вовлечь её в разговор, чтобы дать ей возможность забыть о том, что её беспокоило. Всё, что Эльке нужно было сделать, это вмешаться в разговор, но вместо этого она покачала головой, и длинная чёлка упала ей на глаза.

— Сомневаюсь, что мой киереллский достаточно хорош, чтобы читать книги, — солгала она.

Она заметила тень обиды, промелькнувшую на лице Эйми. Отвернувшись, Элька уставилась на крошки на своей тарелке. Блинчики показались ей камнем, лежащим в желудке, и она пожалела, что съела их. Иногда, когда она задумывалась об этом, её поражало, что храбрая молодая женщина, о которой она читала, героиня, спасшая целый город, сидела прямо здесь, на другом конце стола. И стала её подругой.

Что она будет делать?

Она почувствовала, как с ресниц скатилась слезинка, и быстро смахнула её, пока никто не увидел. Она была идиоткой, что отказалась от поисков браслета. Она сделала то, чего обещала не делать — поддалась соблазну мира Всадниц и теперь сделала себя уязвимой. Она должна была встать с этого стула и пойти искать браслет Пагрина. К чёрту дружбу. К чёрту легенду. Она всегда знала, что ей придётся предать этих женщин.

Если она этого не сделает, Инелль сможет прожить всего несколько дней.

ГЛАВА 11

Прорыв

Элька положила руки на стол, собираясь встать и уйти, когда настойчивый тон Халфена вернул её внимание к разговору.

— Всё не так уж плохо. — Натин хмуро посмотрела на него, и он взял её за руку, явно пытаясь успокоить. — Это не стоит того, чтобы врываться в казармы в сиянии славы и сжигать капитана Тента.

Натин фыркнула в знак несогласия.

— Так в чём же заключается твоё новое задание, которое не вызывает восторга, но и не стоит того, чтобы из-за него волноваться? — спросила Пелатина.

— Ты собираешься это доедать? — прежде чем Халфен успел ответить, вмешалась Натин, указывая на недоеденные вафли Пелатины. Элька заметила, как Халфен закатил глаза, глядя на свою девушку, но, к счастью для него, Натин была сосредоточена на еде.

— Да, — ответила Пелатина, слизывая крем с вилки.

— Ну, ты слишком долго возишься с ними. Если сдашься, дай мне знать, — сказала Натин, не отрывая взгляда от вафель.

— Ты уже доела мои! — Тарига выглядела одновременно впечатлённой и слегка встревоженной способностью Натин заставлять еду исчезать.

— Итак, Халфен, твоё новое задание, — Эйми попыталась вернуть разговор в нужное русло.

У Эльки задрожали ноги от желания вскочить и убежать. Но у неё не было причин уходить, и её мозг был занят тем, что перебирал запас лжи, пытаясь выбрать подходящую. Она не хотела, чтобы кто-то следил за ней. Особенно Эйми.

— Послушай, я просто охраняю кое-какие старые ценные вещи в университете. Струан работал до меня, но на прошлой неделе вышел на пенсию, — Халфен строго посмотрел на Натин. — И всё в порядке. Ученики дают мне множество чашек чая, и я оказываюсь внутри. Это намного лучше, чем патрулировать улицы под дождём в надежде обнаружить карманника.

Внимание Эльки привлекла фраза «ценные вещи». Её сердце пропустило удар в груди, а затем ускорилось, словно желая наверстать упущенное. Что-то старинное, что требовало защиты. Может быть, это браслет?

У Эльки было такое чувство, будто шестерёнки в голове встали на свои места. Она запоминала, а затем перебирала каждую историю, которую Эйми и другие рассказывали ей о битве за Киерелл. Она знала, что учёные из университета забрали нагрудник Воина Пустоты для изучения. После битвы они также забрали браслет Пагрина? Это был бесценный артефакт, о котором мечтали учёные.

Шестерёнки в голове Эльки завертелись, как будто через них выпустили струю свежего пара.

Неужели она только что споткнулась об ответ, здесь и сейчас?

Разговор продолжался, и никто не обращал внимания на фейерверк, который только что взорвался в мозгу Эльки.

— Значит, работу, которую раньше выполнял старый стражник с больной ногой, теперь взвалили на тебя, — проворчала Натин, затем потянулась и подцепила уголок вафли у Пелатины. Пелатина попыталась проткнуть её вилкой, но Натин была слишком проворна.

— Да, но представь, что Джейкоб Блейд попытался украсть эти вещи, и Халфену пришлось бы отбиваться от него, — добавила Тарига, широко раскрыв глаза от того, как это было бы захватывающе.

Натин с отвращением всплеснула руками.

— Он ненастоящий!

Эйми рассмеялась, отламывая второй уголок от вафли Пелатины.

— Эй, ты что, — Пелатина обхватила руками свою тарелку, словно защищаясь.

— Тебе нужно научиться есть быстрее, любовь моя, — сказала Эйми с набитым вафлями ртом.

Элька начинала понимать, что это за глупость. Ей хотелось крикнуть им всем, чтобы они заткнулись насчёт вымышленных воров и вафель, и потребовать, чтобы Халфен объяснил, что он имел в виду под «ценными вещами». Она мысленно ощущала давление Инелль и почти слышала скрежет когтей, представляя, как её дракон переминается с ноги на ногу на крыше библиотеки, разделяя нетерпение своей Всадницы. Её крылья были бы частично расправлены, и рядом с ней танцевал бы Скайдэнс.

Элька лихорадочно перебирала в уме предлоги, которые она могла бы использовать, чтобы сбежать. Тогда могла бы она пробраться в университет? Сказать, что она работала над каким-то важным заданием для Яры?

— Я не знаю, — говорил Халфен, — но, зная учёных, они, вероятно, откопали там несколько фрагментов древней керамики, относящейся к ранним дням Киерелла, — он неопределённо махнул рукой в сторону северо-восточного изгиба гор.

— В Ког-Тауне? — спросила Эйми.

Так назывался район к северу от портового района, где Киерелл начал строить заводы, используя знания, полученные в городах-государствах. Элька несколько раз пролетала над ним. Он всё ещё строился, и поначалу вызвал у неё приступ ностальгии по дому, но теперь она улыбнулась, увидев, как частичка её старого мира становится на своё место в её новом мире. В прошлом году она даже заметила здесь, в Киерелле, паровозов.