Алые небеса. Книга 1 - Чжон Ынгволь
Отпустив руку, старушка произнесла:
– Вот я и заплатила за картину.
– Что?..
– Я сохранила тебе жизнь. Это хорошая плата за рисунок!
Она имеет в виду, что не дала Хон замерзнуть до смерти? Решив, что старушка пытается блефовать, девушка засмеялась:
– Зачем вы платите мне? Вы ведь должны тому, у кого купили картину!
– Чего? Так ты ж мне ее и нарисовала!
– Чхоёна вам нарисовала не я, а мой отец, – немного поколебавшись, призналась девица Хон. Может, старуха умом тронулась?..
Глаза пожилой дамы осмотрели ее с ног до головы, затем остановились на лице и внимательно посмотрели на нее.
– Хм… Перепутала. Трудно отличить людей одной крови. Никак не могу к этому привыкнуть.
Она не выглядела так, будто ее настиг маразм. Возможно, ближе к старости ее стало подводить зрение? Девица Хон покачала головой. Как можно было спутать ее даже не с матерью, а с отцом? У них ведь и голоса совсем разные.
– Я так похожа на мужчину?
– Мужчины, женщины… какая разница? Вы все выглядите как люди.
– Но вы, например, вполне похожи на женщину…
– Тут уж ничего не поделаешь. Если б я так не выглядела, все было бы гораздо сложнее.
Боже мой. Это не маразм и даже не старческая слепота – она просто сумасшедшая старуха… как и отец Хон.
– Я, пожалуй, пойду! Уже поздновато…
– Ступай, ступай. Что бы там с тобой ни произошло, это уже не мое дело. Я и так сполна отдала тебе за картину.
– За нее вы должны заплатить моему отцу. Не мне.
– Я уже рассчиталась с тобой, а дальше сами разбирайтесь. Гляди, согрелась ведь?
Холод действительно ушел. В знак прощания девица Хон склонила голову, а затем развернулась, чтобы удалиться. Сколько стоит разожженный костер? А сколько стоит готовая картина отца? Она не знала, как ей все это сосчитать. Может, просто купить отцу выпивку?.. Вот же проклятье! Она терпеть не могла видеть его пьяным.
– Стой, пачкунья!
Девушка вновь остановилась и посмотрела на старушку.
– Еще кое-что. Иди-ка ты лучше в другую сторону.
– Но мне надо туда…
– Делай что хочешь. Но я тебя предупредила. Сегодня ночь зимнего солнцестояния.
– Я знаю.
– В этот день энергия Инь сильнее всего. А это значит, что нечисть сегодня наиболее могущественна.
– Все в порядке, я уже ела сегодня кашу из красной фасоли.
– Ха-ха! Каша из красной фасоли… какой наивный человечек! Ну, будь осторожна.
– Да-да, вы тоже.
Старушка, проводив ее глазами, посмотрела на ночное небо, а затем быстро перевела взгляд на костер.
– Созвездие Демона показало свою ужасную морду… Все-таки люди неплохо научились считать время.
Шаги Рама сначала замедлились, а затем и вовсе стихли. По-прежнему темно-карие глаза метались из стороны в сторону.
– Видимо, кто-то перехватил ее по дороге. Иначе я бы уже давно догнал…
Он посмотрел вверх. До полной луны оставались всего сутки, так что темноту нельзя было назвать кромешной: что-то в свете луны все-таки можно было увидеть. Недалеко Рам заметил гигантское дерево. Выдохнув без всякого пара, он в одно мгновение вскарабкался туда движением, совсем не похожим на человеческое. Затем уселся на крепкую ветку и посмотрел вниз. Там пробегала девица Хон.
– Это она? Она ведь меня и пробудила. Да, это точно тот человечишка…
На короткий миг его глаза покраснели, но тут же вернулись в прежнее состояние.
– Он уже возвращается? Проклятье! Мне нужно еще немного времени, я должен убить ее…
Его глаза снова сменили цвет, но это мгновение длилось чуть дольше предыдущего. Юноша схватился за голову:
– Черт тебя дери, Ха Рам! Ты… ублюдок!..
Тут глаза чиновника окончательно вернули красный цвет. Все дыхание, что он поглотил, вырвалось из его рта белым паром. Ноги Рама свисали с веток. Его пошатывало.
– Ч-что происходит? Где я?..
Рукой он нащупал ствол дерева и успел ухватиться за него, но тело все-таки соскользнуло вниз. Юноша закричал.
В этот момент Хон остановилась, чтобы перевести дух, и услышала чей-то крик. Она подняла голову и посмотрела туда, откуда раздавался голос: нечто большое летело прямо на нее. Не успев сообразить, что происходит, она рухнула; точнее, упавшее нечто прижало ее к земле. Можно сказать, она поймала его всем телом.
Девушка была так потрясена произошедшим, что просто лежала и хлопала глазами, смотря на ночное небо. Она ведь даже не успела закричать. Придя в себя, Хон оттолкнула чужое туловище и приподнялась. Тело, бухнувшееся на нее, оказалось юношей.
Не поверив своим глазам, она хорошенько потерла их, но мужчина все еще был перед ней.
– О… ого! И вправду с небес послали, мужчину-то!
Но тут – дзинь! – прозвучал колокол. Хон окружил звон – начался комендантский час. Испугавшись, она вскочила на ноги. Рам так и остался лежать лицом вниз на промерзшей земле.
Резкая боль пронзила ее правое запястье. Она покрутила больной рукой, а затем присела на корточки и крепко сжала плечо ничком лежавшего юноши. Тот никак не реагировал – должно быть, потерял сознание. Тогда Хон с трудом перевернула его на спину.
Еще раз – дзинь! – и звон колокола превратился для нее в прекраснейший из всех звуков. Разглядев лицо мужчины в лунном свете, она убедилась, что все ее подозрения были верны. Его точно послали откуда-то свыше, иначе как он мог быть таким красивым? Девушка не успела заметить, как колокол отзвонил двадцать восемь раз, и их окутала тишина. Даже совы вдруг перестали ухать.
– Эй… Господин небожитель, очнитесь! Вы в Чосоне, в городе Ханян…
Она схватила его плечо здоровой рукой и изо всех сил принялась трясти. Хон повысила голос:
– Просыпайтесь! Эй? В Ханяне нельзя находиться на улице после звона колокола, иначе быть беде!
Веки Ха Рама слегка приоткрылись. Из-под длинных ресниц выглянули красные глаза, а затем исчезли под ними же. Пораженная, девушка вскинула плечи:
– Ч-что это? Его глаза…
Хон затрясла головой. Время поджимает, нельзя оставаться здесь. Она подумает над этой ситуацией и проверит его глаза чуть позже, а пока нужно скорее скрыться от холода и стражников. Тут недалеко есть пустой дом, если удастся без лишних происшествий добраться туда и попасть внутрь, можно будет спокойно переждать ночь.
Потянув Рама за руку, она взвалила
