Телефонная будка несказанных слов - Су-ён Ли
– Я бы хотела извиниться, но лучше скажу спасибо. Сестре, тебе и девушке из Центра психологической экспертизы.
– И тебе спасибо.
Я благодарна. Как и сказала Чиан, печаль нужно обращать в положительные эмоции, чтобы помогать людям, которые попали в такую же ситуацию. Она все знала и ждала, когда мы тоже поймем это. Когда я наконец увижу, какие чувства испытывает Таён.
Я никогда не забуду этот день, когда мы наконец поняли друг друга.
* * *
Все вернулось на круги своя. На следующий день Таён снова пошла в школу. С утра она, как обычно, поздоровалась со мной и вышла из дома. А потом вернулась со словами: «Я дома». Я тоже особо не изменилась. Просто накрыла на стол и молча съела ужин в ее компании. Не могли же мы так быстро восстановить теплые отношения. А меня по-прежнему радовало и то, что она вернулась домой целой и невредимой.
Каждый раз, когда она заходила в квартиру, мне становилось спокойнее. И я всегда задавала один и тот же вопрос:
– Как прошел день?
Она никогда не вдавалась в подробности, но меня это не задевало. Зато теперь она иногда звала меня присесть на диван и вместе полистать соцсети.
– Это Хечжон. Она недавно начала встречаться с мальчиком. Мы ходили позаниматься в кафе, а она все время переписывалась с ним.
– Неприятно.
– Да это больше обидно, чем неприятно.
Мне нравилось, что она делится таким со мной. Я даже аккуратно спросила, не нашла ли она себе парня. Таён же ответила, что она слишком стеснительная, поэтому у нее никого нет. Листая социальные сети, я вспомнила про Аён, которая пыталась найти там кого-то, кто сможет понять ее. Она пыталась решить свои проблемы в одиночку.
– Я всегда буду на твоей стороне.
Таён скорчилась, но ее губы расплылись в улыбке. Это был лучший момент в моей жизни.
Глава 4
Ложь во благо
– Чихун, как ты думаешь, что самое важное в нашей работе?
– Наверное, поддерживать человека, который остался совершенно один.
28 июня 2020 года в 6.46 утра муж (Ким Ханум, 70 лет) самоубийцы (Ли Хваён, 65 лет) позвонил в скорую помощь, а примерно в 7 утра, когда прибыли медики, они обнаружили труп женщины, повесившейся на дверной ручке. Предположительное время смерти – 2.30 ночи. По результатам вскрытия, смерть наступила от удушения вследствие повешения. В день случившегося женщина сказала мужу, что ляжет спать пораньше, и первая заснула в комнате около 22.00 предыдущего дня (27 июня). Позже, в 23.30, муж также пошел спать, но, проснувшись (около 6.40), не увидел рядом жену и вышел в гостиную. Он нашел ее повешенной на дверной ручке в соседней комнате. Об этом он сообщил в 6.46 утра. По словам сына погибшей, за несколько месяцев до самоубийства у женщины пропал аппетит и снизился уровень активности. А муж рассказал, что она часто произносила: «Кажется, я больше не могу». У супругов всегда были хорошие отношения, поэтому дело признано самоубийством. Сыну погибшей (Ким Намчжин, 35 лет) было трудно пережить смерть матери, поэтому он посещал собрания для тех, кто потерял своих близких. Там он узнал про Центр психологической экспертизы и позже запросил психологическое вскрытие. По всей вероятности, у погибшей была глубокая депрессия, так как симптомы проявлялись еще до совершения суицида. Однако необходимо рассмотреть все возможные стресс-факторы.
[Отчет о происшествии от 8 мая 2023 года]
Я написал Чиан, что возле Центра нет парковочных мест, поэтому я немного задержусь. И добавил, что специально вышел заранее, чтобы это не выглядело, словно я просто опаздываю. В тот момент передо мной выезжала машина, и я терпеливо ждал, чтобы занять ее место. Припарковавшись, я взглянул на время – 9.23 утра. Я быстрым шагом направился, куда запланировал.
«Центр психологической экспертизы – 4-й этаж».
«Снова подниматься…» – подумал я, посмотрев на вывеску.
В здании не было лифта. Я тоже живу в пятиэтажном доме, но там хотя бы есть лифт. Даже когда я работал в бухгалтерии на третьем этаже, я никогда не ходил пешком. Но тут мне приходилось подниматься на четвертый. Благодаря Чиан у меня появилась хоть какая-то физическая активность по пути на работу.
Открыв дверь офиса, я увидел Сану и Чиан. Я опоздал всего на три минуты, но она все равно сделала мне замечание:
– В нашем деле важно время. Это договоренности. Ты можешь опоздать на работу, но не на встречу с родственниками умершего.
– Хватит вам, устроили тут семейные разборки, – шутливо проговорил Сану.
У него была мягкая улыбка и озорное выражение лица. Сегодня он решил не идти в больницу, а помочь Чиан с работой в Центре. Я занял место, которое раньше принадлежало Сану. Теперь оно было моим.
– Извините, мест на парковке совсем не было.
– Да, бывает. У Чиан раньше тоже были проблемы с парковкой. А я вообще продал машину, когда сюда устроился.
Я не мог поверить, что этот человек работает с Чиан уже так долго. Удивительно, но ей такие нравятся. Я неловко улыбнулся и посмотрел на Чиан. Она равнодушно подошла ко мне с документами в руках.
– Ты же прошел обучение в прошлом месяце? Теперь будешь помогать Сану. Вы сегодня вместе изучите документы, но после я еще раз тщательно все просмотрю.
– Чиан, не волнуйся, я научу его всему. Твой брат теперь официально здесь работает.
Она ничего не ответила.
– Чиан! Ну хватит уже переживать!
Слова Сану рассмешили ее. Лицо расслабилось. Разрядив обстановку, Сану подошел ко мне и тихо прошептал:
– Она всегда так нервничает. Когда встречаешься с родственниками погибших, понимаешь, что к ним нужен особый подход. Ты ведь сам знаешь, да?
Похоже, он заметил, как я наблюдал за Чиан. Ничего не сказав, я слегка улыбнулся. Работа здесь была не слишком сложной. Просто записывать. И все. Почти как в прошлой компании. Единственное отличие – мне нужно было видеться с семьями тех, чьи близкие совершили самоубийство.
* * *
Около полугода назад мне позвонила Чиан.
В тот день не происходило ничего особенного, я, как всегда, играл. Смотрел в монитор и целился в своих противников.
