Последний рубеж. Том 3 - Вадим Фарг

Не сегодня.

* * *

Стена крепости «Белая Скала» вибрировала. Этобыла мелкая, противная дрожь, которая пробиралась сквозь подошвы ботинок и отдавалась в зубах. Казалось, сам камень скулит от ужаса, предчувствуя скорый конец.

Внизу, в снежной мгле, море огней стало сплошной стеной света. Армия АДР больше не таилась. Они шли парадным маршем, уверенные, что гарнизон сломлен, а командование сбежало.

— Огонь! — ревел генерал Ромадановский, срываяголос. — Всем батареям! Бейте по центру!

Остатки нашей артиллерии — пара уцелевших пушек и десяток миномётов — рявкнули, выплёвывая смерть. Снаряды со свистом ушли в темноту. Я проследил их траекторию через визор шлема.

Вспышки разрывов расцвели оранжевыми бутонами. Но не на земле, среди вражеской пехоты. Они расплескались в воздухе, метрах в двадцати над головами наступающих.

Там, в авангарде, шли Жнецы Пустоты. Двадцать фигур в чёрных матовых доспехах. Они не стреляли. Они просто подняли руки в едином, синхронном жесте. Над их строем висел полупрозрачный, мерцающий фиолетовым купол.

— Объединённый щит, — процедил я, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. — Некротическая основа. Он жрёт кинетическую энергию и магию стихий.

Снаряды простоисчезали, соприкасаясь с барьером. А Жнецы продолжали идти. За ними, как за стальным бульдозером, двигалась пехота АДР — сотни солдат, прикрытых непробиваемым зонтиком.

— Маги! — крикнул Ромадановский, хватая за грудки командира ополчения. — Где ваши маги⁈ Бейте их!

— Мы бьём, ваше превосходительство! — закричал в ответ маг, молодой парень с перекошенным от натуги лицом. Изего носа текла кровь. — Но оно не работает! Мои молнии… они просто впитывают их! Это… это Бездна!

Паника. Она накрыла стену, как удушливое одеяло. Я видел это в глазах солдат. Видел, как дрожат руки у ветеранов, как опускаются винтовки у добровольцев. Они готовы были умереть в бою. Но они не были готовы сражаться с тем, что нельзя убить.

Жнецы подошли на дистанцию прямого выстрела. Я видел их безликие маски. Они выглядели как куклы, лишённые эмоций. Идеальные убийцы.

— Отставить огонь, — сказал я тихо.

Генерал Ромадановский резко повернулся ко мне. Его лицо было багровым, глаза налились кровью.

— Чтоты несёшь, Филатов⁈ Если мы перестанем стрелять, они подойдут к воротам и вынесут их к чертям!

— Они и так вынесут, Аристарх, — я шагнул к парапету, вставая на самый край. Ветер рванул полы моего плаща, пытаясь сбросить вниз. — Твои люди сейчас только тратят боеприпас и веру в себя. Обычная сталь их не возьмёт. И обычная магия тоже.

— А что возьмёт⁈ — рявкнул генерал. — Святая вода⁈ Молитва⁈

Я посмотрел вниз. Чёрная лавина была уже в сотне метров. Я чувствовал их силу. Коллективный разум. Единый Исток, сплетённый из десятков искалеченных душ. Это было грязно. Это былоэффективно.

И это было вызовом.

— Нет, — ответил я, расстегивая ворот плаща. — Их возьмёт только тьма, которая чернее их собственной.

Я закрыл глаза.

Всю эту жизнь, каждый день с момента пробуждения в теле подростка, я носил маски. Маску школьника. Маску наследника рода. Маску циничного наёмника Мора. Я строил стены в своём разуме, ограничивая поток силы, чтобы не сжечь это хрупкое тело, чтобы не напугать союзников, чтобы оставаться… человеком.

В ушах зазвучал шёпот. Голоса из прошлого. Голоса из Преисподней.

*«Отпусти…»*

Я выдохнул. И сломал барьеры.

Генерал Ромадановский отшатнулся, прикрывая лицо рукой.

Воздух вокруг меня сгустился. Он стал вязким, тяжёлым, пахнущим озоном и древней пылью. Мой Покров, обычно радужный или просто тёмный, взорвался абсолютной чернотой. Но в этойчерноте змеились изумрудные молнии — цвет чистого распада, цвет моего нестабильного Истока.

Наниты, интегрированные в мой костюм и кровь, отозвались мгновенно. Они не просто усилили броню. Они начали менять форму, подчиняясь моейволе и магии.

Металл растёкся по плечам, формируя острые, хищные шипы. За спиной, соткавшись из теней и наночастиц, развернулись рваные, угловатые плоскости. Не крылья ангела, нет. Крылья демона-механизма. Крылья существа, которому не нужно небо, чтобы летать, потому что оно само есть гравитация.

— Илья… — прошептал Ромадановский. В его голосе больше не было командирской стали. Только суеверный ужас. — Ты кто такой?

Я не ответил. Я открыл глаза. Мир через визор теперь выглядел иначе. Я видел не тепловые сигнатуры. Я видел нити жизни. И я видел, где их можно оборвать.

— Я тот, кто держит баланс, — произнёс я. Мой голос изменился. Он стал ниже, в нём зазвучал металлический скрежет и гул, от которого лопались стёкла в прожекторах на вышках.

Я шагнул в пустоту.

— Стой! — крикнул генерал, но было поздно.

Падение длилось секунду. Ветер свистел в ушах, но я не чувствовал удара. Нанитовые крылья и магия погасили инерцию.

Я приземлился на снег в пятидесяти метрах перед строем Жнецов.

Земля содрогнулась. Ударная волна, смешанная с тьмой, разметала сугробы, обнажая промёрзший грунт. Снег вокруг меня мгновенно испарился, превратившисьв грязный пар.

Жнецы остановились. Весь строй замер, как по команде. Их коллективный разум почувствовал угрозу. Купол над их головами запульсировал тревожным багровым светом.

Я медленно выпрямился. Нанитовая бронятихо гудела, окутывая меня плотным коконом. Изумрудные молнии плясали по перчаткам, стекая на землю и оставляя там дымящиеся борозды.

— Стоять, — сказал я. Не громко. Но мой голос, усиленный магией, прокатился по долине, заглушая рёв двигателей шагоходов.

Один из Жнецов, видимо, командир звена, шагнул вперёд. Он поднял руку, и с его пальцев сорвался сгусток чёрного пламени. Некротическийогонь, способный превратить танк в лужу шлака.

Я даже не шевельнулся.

Пламя ударило мне в грудь… и просто впиталось в доспех. Мой Исток, голодный и бездонный, проглотил эту энергию, как лёгкую закуску.

— И это всё? — спросил я, склонив голову набок. — Это всё, чему вас научили в лабораториях АДР?

Я сделал шаг навстречу. Жнецы попятились. Впервые за всю битву они попятились. Их идеальная синхронизация дала сбой.

— Вы называете себя Жнецами? — я усмехнулся под маской. Жестоко. Холодно. — Вы думаете, что собираете урожай душ? Вы просто садовники с тупыми ножницами.

Я развёл руки в стороны. Тьма вокруг меня вздыбилась, принимая форму гигантских когтей. Наниты выстроились в сложные геометрические узоры, формируя руны разрушения прямо в воздухе.

— Я покажу вам, кто здесь настоящийСборщик Душ.

Жнецы поняли, что сейчас произойдёт. Они сомкнули щиты, вливая в барьер всю свою силу. Фиолетовый купол стал почти чёрным, плотным, как камень.

Поздно.

— Тёмный Ренессанс, — прошептал я.

И сжал кулаки.

Волна не была взрывом. Взрыв отбрасывает. Взрыв ломает. Моя волна делала другое. Она старила. Она несла в себе концепцию энтропии, ускоренную в миллионы раз.

Изумрудный импульс, смешанный с абсолютной чернотой, ударил в щит Жнецов.

Не было грохота.