Блогеры - Павел Вячеславович Давыденко
– Нравится?! Такой контент хотел?! – Макс оскалился, дергая цепь.
Противник бился, царапая звенья перчатками. Но шлем глушил все звуки, и если тот и пытался что-то сказать, то Макс этого не услышал. Он перевалился через байк, упираясь ногами в плечи гонщика, и затянул цепь сильнее. В груди клокотал дикий, первобытный гнев.
Он не знал, сколько это длилось. Может, секунды, а может, вечность. Его выдернул из этого транса только рев. Не мотора – второго мотоциклиста.
Макс повернулся. Мужик с бородой пшеничного цвета сдернул шлем, глаза его метали молнии.
– Ах ты падла, я тебя…
Послышался свист. Бородач распахнул глаза, будто удивленно, и рухнул вперед, в грязь. В его затылке темнело отверстие.
Позади стояла Дина, опуская пистолет. Она отсалютовала, ухмыльнувшись. Макс разжал пальцы, и цепь со звоном упала на землю. Он медленно нагнулся, сдернул шлем с тела, и тут его охватил холод.
Девушка.
Он убил девушку. Задушил цепью.
Глаза ее остались открытыми, губы были чуть приоткрыты, словно она пыталась что-то сказать перед смертью. Макс не мог отвести взгляда.
– Они напали первыми, – сказала Дина. – Слышишь? – Она тронула его за плечо. – Нам пора.
Макс не ответил. Он сидел на земле, уставившись в пустоту. Те звери, которых они встречали, были безумцами. А он? Он убил ее осознанно. Ему хотелось сказать, что все произошло слишком быстро, что он просто защищался, но правда была в том, что он мог остановиться.
Вибрация телефона в кармане заставила его вздрогнуть. «Телеграм». Пуш-уведомления.
На экране высветилось сообщение от Куратора:
«Расшарь свое местоположение. Срочно!!! А то пожалеешь».
Макс сглотнул, чувствуя, как пот снова покрывает ладони. В голове пульсировал один вопрос: что теперь?
Этот хмырь ему еще и угрожает.
Макс почувствовал, как наружу опять рвется смех, только теперь вовсе не веселый. Чем его может испугать Куратор? Он столько раз попадал в передряги, взламывал защищенные серверы, скрывался от служб безопасности… но все это было по ту сторону экрана. Здесь же, в этой новой реальности, где люди убивали друг друга, а нейросеть плела свою паутину, он чувствовал себя голым. Беспомощным.
Он переглянулся с Диной, которая закинула автомат за спину прикладом вверх, так что теперь походила на амазонку с пустым колчаном за спиной. Ее взгляд был внимательный, оценивающий, словно она пыталась определить, не свихнулся ли он.
– Что такое?
– Куратор. Хочет знать, где я.
Макс колебался. Он знал, что отказ может стоить ему дорого. Очень дорого. Ему казалось, что воздух стал таким липким и тяжелым, что даже мысли вязнут.
– Какой еще Куратор? – нахмурилась она. – Ты…
– Я хакер, – бросил Макс. Голос прозвучал грубее, чем он хотел. – Работаю на всяких людей. Сейчас…
– Подожди… Хакер. Блин, а что ты еще от меня скрываешь?!
Макс стиснул зубы. Он не хотел этого говорить, но выбора не было. Он нажал кнопку и поделился локацией. Ответ пришел почти мгновенно:
«Отлично! Уля у нас. Хочешь увидеть ее живой – сделаешь все, что скажу. Жду тебя у больницы».
В груди похолодело. Все стало неважным. Кровь отхлынула от лица, руки стали ватными. У ворот больницы… Как так вообще получилось? Он чувствовал, как мир вокруг заваливается набок.
Уля. Его младшая сестра.
Если он ее не найдет, то что ему вообще в жизни делать? Тогда и незачем жить. Не для кого.
Где-то на периферии сознания всплыло другое воспоминание. Мать. Ее похороны. Хоть день был теплым, но на кладбище дул пронизывающий ветер. Земля под ногами была мягкой, свежей, осыпалась с лопаты, когда гроб опускали в могилу. Люди говорили что-то дежурное, кто-то вытирал глаза, но он ничего не слышал. Помнил только, как смотрел на черную коробку, уходившую в землю, и не чувствовал ничего. Пустота. Будто внутри него все уже умерло вместе с ней.
Это было его первое осознанное посещение кладбища. В детстве он был на похоронах бабушки, но тогда не понимал, что смерть – это навсегда. А сейчас… Сейчас он понимал.
– Что такое? – Голос Дины прорезал его мысли. Она так и застыла, с перекинутой через байк ногой.
– Они держат Улю. Как раз в Военведе. Нам нужно спешить.
– Либо ты мне объяснишь все по-нормальному, либо…
– Послушай! – Он схватил ее за плечи. – Я сам мало что знаю. Они схватили мою сестру. Я просто хакер, я ничего плохого не совершал!
– Сливал данные? Нарушал закон? Бог весть какие системы взламывал. Ты что, идиот?!
Макс стиснул зубы. Да, нарушал. Да, взламывал. Но тогда это был азарт. Тогда это была игра. Он никогда не думал, что это приведет его к такому.
– Сейчас не время. Послушай… Ты хочешь спорить до бесконечности, пока сюда не нагрянут еще какие-нибудь психи?
Послышались шорохи. Дина и Макс вздрогнули и развернулись как по команде, но это оказалась лишь какая-то птица.
– Я хочу знать, во что ты меня втягиваешь. Может быть, мне проще дальше двигаться одной? Ты не забыл вообще, кто я такая?
– Вали, окей. Если сможешь проехать одна через сходящий с ума город – пожалуйста, скатертью дорога.
– Не очень-то ты мне помогал, – буркнула она и отвела взгляд. – Сам бы хрен добрался досюда.
– Да, сто процентов. Но мне нужна твоя помощь. Потому что один я не справлюсь. Больше ничего не буду от тебя скрывать.
– Так я и поверила.
– Да если бы я все это сказал там, в отделении, – ты бы просто меня закрыла в камере!
Дина покачала головой и вздохнула.
– Хорошо… Помоги мне байк поднять.
– Ты умеешь водить? – Макс сперва ощутил дежавю, а потом понял, что между ними уже был похожий диалог.
– Брат научил. Только ты держись покрепче за эту штуку, ок?
Она завела двигатель. Байк затрясся, гусеницы вгрызлись в землю, и они тронулись.
Макс смотрел вперед, на приближающийся Военвед, и знал: самое интересное только начинается.
Где-то в глубине сознания зудел еще один вопрос: а вдруг он уже опоздал?
Линия Паши 8
Паша не успел среагировать, и тело придавило его. За секунду он успел подумать о том, зачем «камуфляжный» притворялся и дал забрать свое оружие. И о том, что это может быть кто-то другой.
