Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2 - Notego

– Пяти мало. Может, тебе это придется не по душе, но у тебя непременно должен быть рыцарь-защитник. От него не отказывайся.

– Одного Итана достаточно…

Я запнулась. Деон хотел, чтобы Итан перестал быть моим защитником.

С Итаном тоже придется расстаться… Больше за мной не будут наблюдать. Похоже, Деон решил полностью отпустить поводок. Я провела пальцами по шее. Сжимавший ее ремешок исчез, но вместо этого пришло ощущение, будто меня душат.

– Хорошо, так и поступлю.

– Если ты чувствуешь дискомфорт, можешь уехать прямо завтра. Но пока обдумай все хорошенько.

Прямо завтра. Конечно, я уже это знала, но, похоже, он ни о чем не сожалел.

– А что насчет крови?

– Какое-то время в ней не будет необходимости, потому что никакой войны не планируется. Если она вдруг срочно понадобится, я пришлю к тебе Витера или главного дворецкого. Но думаю, этого не произойдет.

– Я тщательно все обдумаю.

Я не хотела уезжать. Веревка ослабла, но мне некуда было идти. Если Деон совсем меня отпустит, если я смогу сбежать, мне придется вернуться к барону Сиэну?

Я покачала головой. Судя по тому, как они вели себя на праздничном приеме, они всегда готовы повторно продать дочь любому, кто даст им денег. Ведь еще до того, как я оказалась на Севере, они пытались заставить меня выйти замуж за богатого торговца.

А как же Филипп? Он только что стал главой гильдии, поэтому еще недостаточно прочно стоит на ногах. Конечно, он встретит меня радушно, но ему будет тяжело. Более того, он называет себя моим старым другом, но я его совсем не знаю. Если мы будем вместе, моя истинная сущность рано или поздно раскроется.

Думаю, придется привести в порядок мысли, как только я уеду в особняк.

* * *

– Кажется, мне следует уехать.

– Что?

Глаза Сурен округлились. Реакция оказалась в точности такой, какую я ожидала.

– Это принц сказал? Он хочет, чтобы вы уехали?

– Он не говорил мне этого напрямую, но мне показалось, что он этого хочет.

Сурен пристально посмотрела на меня, а затем сказала:

– Сделайте ему выговор. Если он собирался так себя вести, надо было остаться на Севере! А раз уж он привез сюда свою леди, должен нести ответственность до самого конца. Он должен отвечать и за вашу репутацию в высшем свете, и за ваше будущее. Пусть вы и мешок с кровью, который ему продали, но так обращаться с леди…

Сурен подавила гнев. В уголках ее глаз стояли слезы.

Я погладила ее по спине. Забавно. Выходит, это я ее утешаю.

– Сурен, а ты не следуй за мной, оставайся здесь.

– Что? Я уже сказала, что служу не принцу, а вам. С чего мне тут оставаться?

– Когда в будущем тебе потребуется рекомендательное письмо, будет полезно сказать, что ты работала в замке принца. Ты ведь… научилась служить аристократкам. Будет здорово использовать полученные знания, находясь рядом с леди Изеллой.

– Мне совершенно не о чем сожалеть. Я обязательно воспользуюсь всем, чему научилась, служа вам, – всхлипнула Сурен.

– Все равно останься здесь. Если ты уедешь… Возможно, никогда не сможешь вернуться.

Я похлопала Сурен по спине. Она крепко сжала губы и ничего не говорила. Мы смотрели друг на друга, и в конце концов Сурен опустила голову.

– Ах, кстати, вам пришло письмо. Я забежала, чтобы отдать его. – Она достала из-за пояса конверт.

Я хотела в последний раз попрощаться с Элизабет, поэтому отправила послание со слугой, которому доверяла. Расставшись с графом Аринном на охоте, я больше не слышала о ней никаких вестей. Буквально вчера я отправила письмо о том, что хотела бы увидеться, и ответ не заставил себя долго ждать.

[Поскольку мне нездоровится, я решила пока не принимать гостей в доме графа. Надеюсь на ваше понимание.]

Так и знала, что придет отказ.

Вежливый, но твердый. В кратких предложениях я ясно видела проведенную черту. Никаких мягких слов, как раньше.

Даже добрая Элизабет не захотела встретиться со мной в такое время. Она беременна, но с каждым днем чувствует себя все хуже и хуже, к тому же поползли слухи, что ее младшая сестра влюблена в мужчину ее близкой подруги. Но даже эту новость она могла услышать только из уст служанок. Тело Элизабет было тяжелым и больным, поэтому она не могла ни выйти в свет, ни опровергнуть слухи. Наверняка она молча слушает чужую болтовню, беспомощно лежа в кровати, и ее воображение рисует все более неприятные картины.

Я вполне могла понять ее, ведь тоже испытала это. Было время, когда я беспокоилась о своем лечении, лежа в тесной палате.

Наверняка Элизабет сейчас чувствует досаду. Будучи вассалом Деона, она рада отношениям между господином и семьей, но также ее гложет чувство вины. Наверняка она оказалась меж двух огней и испытывает тревогу. Недобрые мысли путаются и угнетают ее.

Элизабет не согласилась встретиться со мной, и я ничего не могла с этим поделать. Просто мне было немного жаль, что так все сложилось.

Передал ли граф мои слова жене? Судя по тому, что я не слышала ничего нового, думаю, он этого не сделал.

Дальнейшая забота о них была не в моей власти. К тому же мне непросто было закончить даже собственные дела.

* * *

Взяв фонарь, я пошла в лес.

В кустах послышался шорох. Спавшие на травинках бабочки разом вспорхнули. Единственным звуком в ночи был стрекот насекомых. Ночь на Севере казалась тихой, но ночь в столице наполняли всевозможные звуки.

Выбрав ветку дерева покрепче, я повесила на нее фонарь, а затем открыла белую клетку. Внутри сидела птица мокиа. Она послушно оставалась на своей жердочке.

Стоило мне открыть дверцу, как птица вылетела из клетки и села мне на руку.

Я решила выпустить ее. Теперь, когда я покидаю замок принца, оранжерею снова забросят, и птице будет трудно там жить. Я могу приказать слугам кормить ее, но вряд ли кто-то станет слушать указания уехавшей любовницы. Даже если она умрет, можно будет просто притвориться, что ее жизнь подошла к концу, ведь птица весьма чувствительна и живет совсем недолго. Приехать сюда, чтобы проверить лично, будет сложно. Да и неизвестно, смогу ли я снова приехать в этот замок.

В особняке, куда мне предстоит переселиться, оранжереи нет. Единственный способ спасти эту маленькую