Берсерк 3: Гнев бездны - Дмитрий Кошкин

В сопровождении воинов дома мы вышли с территории арены и направились к ближайшему от неё шпилю.

Идти было недалеко, но даже за это время я успел в достаточной мере впечатлиться тем, как выглядел город. Даже не верилось, что подобное можно было построить в бездне, потому что по сравнению с ним Гомморах или Бухарим выглядели как посёлки городского типа.

Глядя на мою реакцию, Вирго ухмыльнулась и заговорила:

— Впервые здесь? Это Нар'Лагас. Что на старом языке нашего мира означает «венец рождения».

— Вашего мира? — уточнил я.

— Да. Ты же знаешь, что обитатели бездны не берутся в ней из ниоткуда? В отличие от большинства разумных, мы бережно храним знания из прошедших веков. И нам очень повезло, что архивы былого государства уцелели вместе с городом, когда он стал частью подземелий.

— Значит, получается, что бездна поглотила и присоединила к себе город целиком? — уточнил я.

— Тебя это удивляет?

— Немного. Те города, что я видел ранее, представляли собой лишь оторванные куски миров, из которых подземные жители уже сами строили что-то путное. Лишь одно место было довольно развитым, но оно плохо кончило.

— Значит, ты уже посещал другие поселения? Двергары? Кинокефалы?

Я отрицательно покачал головой:

— Не понимаю, о чём ты говоришь. Я прибыл из другого мира.

— Вот как? — оживилась Вирго. — Теперь я хочу узнать о тебе ещё больше.

Мы вошли в один из шпилей и на подъёмнике добрались до самого его верха. Проходя по навесному мосту в сторону другого, ещё большего здания, Вирго пояснила, что сейчас мы находимся на территории принадлежащей её клану, в котором она значится как матриарх.

По мосту мы добрались до главной башни дома, где нас встретила почётная стража из бойцов с эмблемами сердца.

— Значит, та Сунера является матриархом дома Венатур? — уточни я.

— Именно так. Дом Венатур обрёл своё влияние за счёт мастерского создания и применения ядов и прочих отравляющих веществ. Мой дом, дом Кунас силён экспериментами над плотью. Например, с нашими солдатами по силе могут соперничать лишь воины дома Скердукил. Но их мастерство достигается годами жестоких тренировок, в ходе которых выживают не все.

— Скердукил, это те у которых главная с фиолетовыми волосами?

— Нет. С фиолетовыми волосами это Гирена, матриарх дома Кивул, специализирующегося на ловушках, засадах и войне в тени. Флешарис, возглавляющая Скердукилов отсутствовала на боях в этот раз.

От всех этих чудных названий у меня уже голова начала пухнуть. Мало того что дома у них уж очень мудрёные, так и имена не то что фиг запомнишь, так и не всё выговоришь с первого раза.

Видя моё замешательство, Вирго подошла к одной из стоек в коридоре и взяла оттуда небольшой листок, протянув его мне. На нём были изображены четыре эмблемы домов с подписями на языке дроу, который мой оракул сумел расшифровать.

На эмблеме Кунас находилось сердце. Но не это милое сердечко, которое любят рисовать девочки в своих дневниках, а натуральное мясное сердце с сосудами.

Далее шёл дом Венатур со знаком чаши. Это те, которые любят баловаться со всякими опасными веществами. Дом Кивул носил изображение паука, а Скердукил — оскаленные клыки.

— На самом деле это не все дома Нар'Лагаса, но остальные не имеют столь большого значения и зачастую находятся под влиянием того или оного высокого дома.

— И как вы тут ещё не перебили друг друга? — озвучил я мысли вслух.

— Для этого и нужна арена. Чтобы минимизировать потери среди дроу, избранные бойцы домов участвуют в рейтинговых боях, зарабатывая очки влияния для своего клана. Исходя из баланса очков, каждый дом уже реализует свою власть в городе. Будь то расширение территории, или решение спорных вопросов. Но хватит о нас. Расскажи, как ты здесь появился.

Мы прошли в кабинет Вирго, который больше походил на кунсткамеру. На полках вдоль стены стояли многочисленные колбы различного размера, с плавающими в них органическими образцами.

Прохаживаясь вдоль них, я рассказывал очень укороченную и скрывающую лишние подробности версию своей истории. Попутно я рассматривал имеющиеся здесь экспонаты. Однако когда дошёл до банки с плавающей в ней детской головой, причём с незаостренными, а вполне круглыми ушами, моё тело охватила мелкая дрожь, а рука дёрнулась к секире. Но Вирго вовремя подошла и встала рядом, блаженно улыбаясь при взгляде на голову:

— Впечатляет? Это младший сын царя двергаров. Его отец лично преподнёс мне эту голову в знак мира с моим домом, после окончания жестокой войны между нами.

От этих слов меня немного отпустило. Слава богу, голова оказалась не человеческой. Да и при ближайшем рассмотрении это можно было понять и самому. Но даже так, подобная дикость всё ещё поражала, но я решил промолчать.

Вирго же продолжила, прохаживаясь по помещению:

— Значит, ты говоришь, что проходы между мирами всё-таки существуют? Кто бы мог подумать, что изгнанник Никей оказался прав в своём предположении.

— Никей? — переспросил я.

— Да. Тот дроу, чей кинжал ты носишь. Он принадлежал ему. Расскажи, где ты его добыл?

— В другом мире. Меня, как и его, схватили местные обитатели и заставили проходить лабиринт в поисках эссенции. Мы встретились там и сразу как-то не поладили. Это проблема?

— Никаких проблем, — ухмыльнулась Вирго. — Напротив, это радующие вести, что предатель дома Никей всё же получил по заслугам. Но как ты попал сюда?

— Вошёл в какой-то портал. Там просто уже всё равно было нечего делать.

— Почему же? — вскинула бровь Вирго.

— Всех убил, — развёл руками я.

Матриарх улыбнулась во все зубы:

— Такой-то человек мне и нужен. Ты будешь работать на меня.

Я замолчал, переваривая такое заявление. Естественно, я не собирался работать на какую-то подземную психопатку, но умирающий Варгал, находящийся в её руках, связывал уже мои руки. Поэтому я осторожно уточнил:

— Какие условия?

— Условия очень простые. Беспрекословное подчинение с твоей стороны. Взамен за тобой остаётся уже назначенное место в клане.

Подобная наглость меня слегка накалила:

— Разве я говорил, что мне нужно место в вашем клане?

Всё напускное добродушие слетело с лица матриарха, и холодным голосом она ответила:

— Ты, кажется, не понимаешь всей сути своего положения. Это не предложение. Это условие.

— А если я откажусь? — спросил я, глядя исподлобья.

Вирго безразлично пожала плечами:

— Ты не сможешь отказаться. Я всегда получаю то, что хочу. А ты сумел играючи расправиться с одним из чемпионов Венатур. И ты же не думаешь, что меня сможет