Кодекс Практика: Страница 3 - Артем Сластин
— Я планировал найти учителя, — ответил я, пожимая плечами. — Вот даже клинок есть. — показал я ему свой Обезглавливатель.
— В Академии есть учителя, скажешь, что от меня и тебя поднатаскают, — он поднялся с валуна и вытащил из ножен свой меч. — Но пару уроков я дам тебе сам. Учить тебя техникам, пока рано, твоё тело ещё не готово. Оно крепкое, жилистое, и наполнено ци, но оно не приучено пропускать через себя ту мощь, которую требуют боевые техники. Если я попытаюсь научить тебя сейчас какому-нибудь простейшему Искусству Рассекающего Ветра, ты просто порвёшь себе толком не сформированные меридианы и останешься калекой на всю жизнь. Но дать тебе основы, фундамент, на котором потом будет строиться всё остальное — это я могу.
Я понимающе кивнул, выставив вперёд свой ржавый клинок, на который мастер взглянул со сложно читаемым выражением, а потом хмыкнул, словно что-то уяснив для себя.
— Первое, что ты должен усвоить, — начал Чэн, становясь напротив меня и никак не комментируя моё неказистое оружие, — это стойка. Меч — это продолжение твоей руки, но обладающее своим характером, и волей. Если ты будешь стоять неправильно, если центр тяжести твоего тела будет смещён, ты не сможешь контролировать клинок. Он будет управлять тобой, а не ты им. Смотри.
Он принял стойку. Ноги были расставлены на ширине плеч, одна чуть впереди другой, колени мягко согнуты. Спина была абсолютно прямой, но не напряжённой, а плечи расслаблены. Правая рука, держащая меч, была вытянута вперёд и чуть согнута в локте, а левая находилась у пояса, готовая в любой момент лечь на рукоять для усиления удара. Он не двигался, но в этой статичной позе чувствовалась скрытая сила, он был словно готовая выстрелить пружина. Казалось, что он может в любой момент взорваться движением в любую сторону, и не было в мире преграды, способной его остановить.
— Это — базовая стойка, Тигр, припавший к земле, — пояснил он. — Универсальная позиция, из которой можно начать практически любое движение. Она даёт устойчивость, мобильность и позволяет быстро переносить вес тела с одной ноги на другую. Попробуй повторить.
Я попытался. Развёл ноги, согнул колени, выпрямил спину, вытянул вперёд руку с мечом. Мастер Чэн обошёл меня кругом, и я почувствовал, как его пальцы касаются моего тела, поправляя позу.
С Кодексом, который всё визуализирует на голограмме, конечно было бы проще, но другого варианта всё равно нет, поэтому я послушно выполнял всё что нужно.
— Поправь спину, ты горбишься. Представь, что тебя тянут за макушку вверх, к небу, а центр тяжести, наоборот, опусти вниз, в живот, в точку на два пальца ниже пупка. Это твой даньтянь, центр твоей ци, он должен быть твоим якорем. Не плечи должны держать тебя, не ноги, а он. Сосредоточие энергии это самое важное, что есть в практике.
Он отступил в сторону, осмотрел меня со всех сторон.
— Да, вот так, уже лучше. Локоть чуть ниже, меч должен быть продолжением предплечья, а не торчать в сторону. Чувствуешь, как вес клинка уходит в руку, а рука передаёт его в плечо, плечо в спину, а спина в ноги и в землю?
Вот теперь я почувствовал. Раньше, несмотря на невесть откуда взявшийся опыт владения холодным оружием, когда я размахивал ржавым мечом, я просто дрался куском железа. С тем же успехом я мог размахивать куском арматуры или ломом. Но теперь, даже просто стоя в этой стойке, я ощущал, как мой собственный вес и вес оружия, сливаются в единый, направленный поток, уходящий в землю под моими ногами. Невероятная устойчивость и ощущение, сродное магии. Казалось, что превратился в скалу и теперь меня невозможно сдвинуть с места без моего желания.
— Запомни это чувство, — сказал Чэн, удовлетворённо кивнув, убедившийся в том, что я делаю успехи. — Теперь шаг. В бою ты не будешь стоять на месте. Помни главное, движение — это жизнь, а статика, это смерть. Делай выпад вперёд, одновременно нанося рубящий удар. Но помни, сила идёт не из руки, рука, это только проводник. Сила идёт из даньтяня, через спину, через плечо, и только потом в клинок. Нога, корпус, рука, меч — всё должно двигаться слитно, как единое целое. Действуй! — хлёстко приказал он.
Я попробовал.
Из-за непривычной позы выпад вышел корявым, меч ушёл в сторону, и я, не удержав равновесие, едва не завалился на бок. Но уже вторая попытка была лучше, а третья и вовсе вышла такой, словно я всю жизнь тренировался бить из стойки Тигра припавшего к земле. Меч в моей руке словно ожил, больше не представляя из себя чужеродный кусок стали. Он стал продолжением моей руки, и я наносил удар за ударом, шагал вперёд, вбок, отступал назад, и каждое движение давалось всё легче и естественнее.
Мастер Чэн стоял в стороне и смотрел на меня. Сначала его лицо ничего не выражало, может только лёгкую долю скепсиса, но по мере того, как я идеально повторял все показанные стойки и движения, его брови ползли вверх, а взгляд становился всё более сосредоточенным и удивлённым.
— Стойка Обезьяна на ветке, — скомандовал он, показывая более сложную позицию, с переносом центра тяжести на одну ногу и мечом, занесённым высоко над головой.
Я повторил.
— Защитная стойка Крыло Журавля, — в его голосе появились нотки азарта. — Блок из нижней позиции с уходом в сторону и подрезкой по ногам.
Это было гораздо сложнее, и мне потребовалось пять попыток, чтобы уловить траекторию, но, когда я её уловил, меч послушно описал в воздухе сложную дугу и замер в нужной точке.
— Парящий в высоте орёл! Шипастая жаба!
Он показал ещё несколько стоек, каждую из которых я сумел воспроизвести, пусть и не без труда, а затем на несколько минут замер. Он замолчал, убрал руки за спину и долго, очень долго смотрел на меня, слегка склонив голову набок. В его глазах читалось напряжённое размышление, он словно решал сложную задачу, которая внезапно получила неожиданные вводные.
— Ты никогда раньше не занимался с мечом? Техники, что я показываю, это не самые простые движения. Обычному неофиту требуются месяцы работы, чтобы поставить только одну стойку, тогда как ты схватываешь саму суть за минуты.
