Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 3 - EyeEmpty

* * *

Рыцари закончили все приготовления к тому, чтобы пересечь лес.

Я видела из окна, как они седлали лошадей. Помимо богато украшенного седла, у белой лошади были украшения даже на морде. Рыцари завершили сборы.

Но Деон в накинутом на плечи пальто продолжал расхаживать вокруг меня. После еды он молча сидел рядом, а теперь последовал за мной в библиотеку. Я пыталась сосредоточиться на книге, но он действовал мне на нервы. Он был прямо у меня перед глазами, глубоко сосредоточенный на чем-то своем.

Деон, который смотрел на меня, пока я читала книгу, внезапно заговорил:

– Лиони, ты в самом деле хочешь уехать из Империи? – спросил он, постукивая пальцами по оконной раме.

– Разве это не очевидно?

Упрямый ответ заставил его прекрасное лицо сморщиться. Похоже, ему не понравилось, что я ответила сразу, без малейшего колебания.

– Куда ты хочешь поехать?

– Я еще не решила, но готова отправиться куда угодно, лишь бы не оставаться здесь.

– Вот как?..

На мгновение на его лице появилась тень. Деон, который стучал по оконной раме, глядя на улицу, наконец открыл рот:

– Лиони, я бы хотел, чтобы ты осталась на некоторое время в императорском дворце и сопровождала меня на двух приемах.

– Что?

При его словах я убрала книгу, которой закрывала лицо.

– Но я не собираюсь участвовать в официальных мероприятиях…

– И если ты водрузишь мне на голову золотую корону… – Деон снова перебил меня.

Через окно кабинета, к которому он склонился, можно было увидеть рыцарей, закончивших всю необходимую подготовку. Деон выглянул в окно, на мгновение перевел дух и затем заговорил немного более спокойным голосом:

– Я подарю тебе уединенные владения. Земля там плодородная, даже без особого ухода она каждый год дает хороший урожай.

– Что?..

– Если ты не хочешь быть привязанной к своему роду, я от имени императора дам тебе самостоятельную фамилию и титул. Чтобы никто не смел смотреть на тебя свысока, даже если ты уедешь за пределы Империи. Это не займет много времени. В Империи тепло и часто устраивают приемы.

– Но зачем вы идете даже на это?..

Предложение дать мне землю ничем не отличалось от разрешения жить за пределами императорского дворца.

– Так или иначе, ты тоже поспособствовала тому, что я стал императором.

Но с чего он решил так обо мне позаботиться? Конечно, я была привязана к нему, но не сделала ничего, чем могла бы заслужить похвалу. Мне всего лишь нужно было держаться рядом с ним. К тому же в это время не велось никаких войн, поэтому даже моя кровь не имела особой ценности.

Я закрыла книгу. Когда я положила подбородок на угол книги и задумалась, он добавил:

– Если ты будешь жить с простолюдином за пределами дворца, вы будете страдать от бедности до конца своей жизни. Вместо того чтобы подвергать себя тяготам, не лучше ли пойти со мной на пару приемов, сыграть напоследок свою роль и получить за это плату? Я ведь обещаю заплатить тебе больше, чем примадонне в императорском театре. Это весьма щедрые условия.

Он был прав. Плата была даже слишком щедрой, тем более за короткий срок.

Но я ощущала дискомфорт. Он сделал мне невероятное предложение, а теперь послушно отступал. А ведь обычно самые сладкие условия только у мошенников.

Но отказаться было сложно. Сделка показалась мне разумной. Да еще и очень выгодной.

– Хорошо. Тогда добавьте еще одно условие.

– Какое?

– Поклянитесь, что никогда не станете меня убивать.

Деон сделал паузу. Потом медленно повернул голову:

– Я… убивать тебя?

Он тихо повторил то, что я сейчас произнесла. На лице, которое казалось темным из-за света от окна за спиной, отразилось замешательство.

– Как это вообще пришло тебе в голову?

– Теперь я бесполезна. А от позора можно избавиться в любое время.

Опустошенный взгляд Деона застыл на мне. Помолчав какое-то время, он плюхнулся на деревянный стул в кабинете. Затем сдавил голову пальцами, как будто она сильно заболела.

– Похоже, я не смог заслужить твоего доверия. Хорошо, клянусь. Что бы ни случилось, я никогда не убью тебя. Даже если ты наставишь на меня меч, – сказал он, а затем сухо продолжил: – Я и пальцем тебя не трону.

В словах, которые он произнес, слышались даже нотки печали и торжественности.

– Все слова императора имеют вес, так что тебе не о чем беспокоиться. Пусть мы и не подписали договор, но пути назад нет. Я клянусь.

– Если я сделаю, как вы говорите, вы отпустите меня на свободу? Смогу ли я уехать сразу, как закончу свою работу?

Он снова встал. Его суровый, сухой взгляд на мгновение задержался на мне.

– Работа… значит, – он тихо повторил мои слова. – Должно быть, для тебя это работа. Что ж, на том и порешили.

Проговорив это, Деон открыл дверь библиотеки. Рыцарь, который ждал его там, склонил голову.

Деон аккуратно расправил помятую одежду, вышел из библиотеки, но напоследок обернулся.

– Лиони, – произнес он мое имя.

Там, где он стоял, пролегла черная тень.

Его голос был тусклым, словно полуденные тени.

– Ты его любишь? – Голос прозвучал чисто, но был полон глубины и темноты. – Настолько, чтобы пойти против императора? Ты любишь его так сильно, что хочешь бросить все и уехать?

На мне остановился взгляд, значения которого я не понимала. В глазах Деона не было ни капли тепла.

– Что, если да?

Желает ли он мне счастья?

– На самом деле я хотел бы сказать тебе, что не имеет значения, кого ты любишь, просто оставайся рядом со мной. Все, что мне нужно сделать, – это отдать приказ связать тебя… – Он горько усмехнулся. – Но вряд ли ты бы этого хотела.

Я ждала, что еще он скажет, но он не отдал никакого приказа. Деон развернулся и вышел из библиотеки, как будто ничего не произошло.

Комната, откуда он ушел, погрузилась в тишину.

Человек, который меня беспокоил, ушел, но я по-прежнему не видела перед собой букв. Я отложила книгу, что держала в руках, и рассеянно уставилась на то место, где был Деон. Мне смутно показалось, что я видела на его лице глубокое сожаление. В тот момент, когда я встретила его сверкающие глаза, мне ничего не оставалось, кроме как напрячься.

Выражение его лица было до боли похоже на чье-то еще. На мое отражение в окне, когда я увидела его с Изеллой. Пустые глаза и горькая улыбка очень напоминали меня, когда я стояла в приемном зале.

Он был императором. Человеком, обладающим абсолютной властью, который мог