Я из Железной бригады. Революция - Виктор Сергеевич Мишин
– Так, Арсений Павлович, давай думу думать, как быть-то?
– А чего тут мудрить особо, тащим всё в казарму, там организуем пост, а сами принимаемся за работу.
– Давай, брат, командуй. Мне обещали стройотряд, но когда он ещё будет, неизвестно, так что сами, ручками.
И работа закипела. Наши солдаты деревенские и не чурающиеся работы мужики, поэтому их даже убеждать не пришлось. Просто объявил, что строим для себя любимых, и работа закипела. В школе была одна телега и две тягловые лошади, отрядили четырех бойцов рубить лес, в километре от школы, и возить сюда.
Начав работу, узнал у сотника, что с продовольствием в последнее время стало очень худо. Оставив рулить опытного казака, помчался в город. Только через управление, точнее комиссариат Деникина, удалось выбить продукты. С очередной попутной машиной, что везла нам наше будущее имущество, отправил и продукты.
Заскочил домой, предупредил Наталью, чтобы не ждала сегодня, работы очень много, когда освобожусь, сразу примчусь. Натали оценила мой новый внешний вид в коже и мгновенно воспылала. Да что же она такая ненасытная-то?! Но мне это, признаться, и самому нравилось. Пришлось потерять полтора драгоценных часа и ублажить возлюбленную, она так и сказала, в перерыве, что это на случай моего длительного отсутствия. Возражать в этом деле я не привык и всё сделал, как надо.
Перекусив, убедился, что сама Наталья без меня голодать не будет, усталый, но довольный вернулся в школу.
Время было уже послеобеденное, и меня впечатлил размах начатого мной. Сотник доложил, что прибыла армейская кухня, привезли какие-то продукты и прочее, но он все усилия бросил на заготовку брёвен и распиловку их на доски. Я поддержал его решение, заявив, что пока мы не обустроим здесь всё как надо, ни о какой учёбе и речи быть не может. Кстати об учёбе. Надо ехать в деревню и тащить сюда Ваньку. Будет ещё одним инструктором, он здорово умеет драться, рукопашный бой никто не отменял. А Марию можно поселить к Наталье, поговорю, конечно, но думаю, она не станет противиться. Вообще, надо сначала озаботиться о жильё для Ивана, ведь как ни крути, а у них с Машей уже любовь, может, и до постели дошло, я не знаю, конечно, но всякое могло уже произойти. Ведь это для меня она ребенок, а для местных пятнадцать лет уже вполне готовая к замужеству девушка. Да и формируются они сейчас рано, у той же Маши грудь так и побольше, чем у Натальи, будет, да и вся фигура уже не угловатая подростковая. Говорю же, вполне себе невеста для Малого. Эх, сколько же забот…
Все же пришлось уступить настоянию руководства и заняться обучением личного состава. Правда, это они потребовали, когда предоставили нам взвод стройбата. Это я так сапёров обозвал, про себя, конечно. С этими умелыми и опытными ребятками строительство пошло вперёд просто бегом. Свалил всю хозяйственную работу на бывшего сотника, а сам занялся личным составом. Благодаря тому же стройбату появилась возможность освободить от работ будущих стрелков-снайперов. Чередуя команды, а их я создал три, я начал натаскивать бойцов.
Две недели ушли на теорию, занимались в казарме, устроили там класс. Все возмущения и недовольства пресекал на корню. Быстро и чётко объясняя на своих личных примерах необходимость теории. Вроде понимали и слушали всерьёз.
К середине августа, когда была готова новая казарма, полигон огорожен колючей проволокой, вырыты окопы, устроены блиндажи и созданы имитирующие различные ситуации площадки, я уехал на пару дней в деревню. Надо решать с Ванькой и Марией, да и урожай, скорее всего, надо помочь собрать, не бросать же, раз посеяли.
Выслушав меня, Деникин (а я обратился за разрешением и помощью именно к нему) выдал мне легковую машину из гаража главштаба. Предлагал даже охрану взять, но я отказался, нет здесь сейчас белых, регион полностью зачищен и здесь, в наших пенатах, стоит относительная благодать. А такая забота бывшего генерала была обусловлена тем, что произошло в мире вот только что.
Явившись к Деникину просить короткий отпуск, был с порога огорошен новостями и полностью охренел от услышанного.
– Первым делом, товарищ Воронцов, спешу вас поздравить, вы всё-таки активный участник, ветеран… Кончилась война, Коля, всё! Мы не проиграли, а это сейчас ой как важно. Да, это не та победа, о которой мы мечтали, но в этой ситуации… Это победа.
– Ваше… Антон Иванович, спасибо за такие новости. Это прям вообще… – я даже слов не находил. Конец войне? Это же… это же вообще всё меняет. Белым теперь точно ничего не светит, мы разорвем их, как Тузик грелку, дайте только время.
– Да, этого мы все ждали очень долго, жаль, кое-кто не дождался. Но такова жизнь. Перейдём к нашим насущным проблемам, они, к сожалению, никуда не исчезли.
– Так точно, товарищ инспектор! – У меня на лице было, наверное, самое глупое выражение за всю мою долгую жизнь. Я, кажется, даже не слушал наставления и требования Деникина, обдумывая всё, что услышал.
Отправился в деревню я вместе с моей благоверной. Натали наотрез отказалась отпускать меня одного и пропускать такую возможность, как небольшое путешествие. Ведь как ни крути, а она почти все время дома, мало ли что может произойти на улицах города, девушка у меня не робкая, но и на рожон лезть не собиралась.
Наталья у меня так же вооружена, я даже научил её стрелять, и если что, она может и помочь мне, случись какая-нибудь фигня по дороге. У неё под свободной курточкой закреплён маленький пистолет системы Маузера. Калибр небольшой, шесть тридцать пять, но его вполне хватит для убийства себе подобных. Достал я этот ствол случайно, выкупив у одного бойца в Москве. Наталья уже несколько раз стреляла из него и даже, если заставить, может сама почистить, хоть и неохотно. Сомневаюсь, конечно, что сможет выстрелить в человека, но всё же два ствола лучше, чем один.
Доехали мы относительно быстро, для этого времени, разумеется. Расстояние в три сотни километров, по грунтовым дорогам, мощеных в этом районе было очень мало, преодолели за одиннадцать часов. Это не я так
