Белый город. Территория тьмы - Дмитрий Вартанов
Очередная кровавая байка, прозвучавшая за неделю до появления в квартире пианино, была так же, как и другие, благополучно забыта. Пианино в его комнату внесли четверо пьяных, вонючих мужиков, под властные команды Джильды установили в углу комнаты у изголовья его кровати. В этот день никаких музыкальных занятий не было, пианино выглядело просто огромной безмолвной неживой деревяшкой. Перед сном мама с папой, как всегда, поцеловали его и, пожелав сладких, добрых снов, вышли, закрыв за собой дверь. Мальчик Дима остался один в комнате. Свет луны проникал в окно, окрашивая всё на своём пути в бледно-голубой цвет, всё, кроме чёрного пианино. И вот тут-то он вспомнил Тонькину историю недельной давности, байку про восемь трупов со сломанными шеями; историю, где восемь членов семьи, среди них кошка, собака и попугай, стали жертвами беглеца-обрубка, сбежавшего из морга и поселившегося в их пианино. Чёрная рука методично, со знанием дела в течение вечера и ночи задушила всю семью и, забравшись обратно под крышку пианино, стала терпеливо дожидаться следующих жертв.
Он не спал всю ночь. Он, спрятавшись под одеялком, ждал: вот сейчас крышка чёрного инструмента приподнимется, и обрубок с чёрными пальцами с ужасными ногтями выберется из-под неё, подползёт, а быть может, и подлетит к кровати и найдёт его шею…
В ту ночь рука не появилась, как впрочем, не появилась она и в последующие. Почти весь год он никому не рассказывал о своём кошмаре и вряд ли рассказал бы, это было бы не по-пацански. Но однажды отец, проверив уроки, посадил его на колени и, внимательно глядя в глаза, спросил:
– Сын, мне почему-то кажется, что ты словно боишься наше пианино. Неужели занятия с бабушкой для тебя столь ненавистны и пугающи? Откуда этот страх? Скажи, может быть, я смогу помочь тебе…
И он рассказал, рассказал и припал к крепкой папкиной груди. Отец погладил его, поцеловал, и осторожно отстранив от себя, спросил:
– А почему ты мне, маме сразу об этом не рассказал?..
– Я боялся…
– Не понял…
– Пап, я боялся признаться, что мне страшно, что я трушу… Я же пацан…
Отец по-доброму рассмеялся, приобнял «я же пацана» и тихо сказал:
– Ты не трус. А страх, так, он всем присущ.
– И взрослым?
– Да.
– И мужчинам?
– И мужикам тоже.
– А тебе? Разве ты кого-то боишься?!
– Сын мой хороший, страх, если он разумный и подконтрольный, нам всем нужен, без него никак. Вот представь, что ты абсолютно не ведаешь страха и попал в Африку, на берег реки Нил, где обитают крокодилы. И ты бесстрашно полез в воду к этим огромным зубастым монстрам, так они тебя вмиг сожрут вместе с твоим бесстрашием.
– Хорошо, что в пианино крокодилы не обитают.
– Так, в нём и чёрные руки не водятся, если только ты свои не вымыл… Давай сделаем вот что. Мы сейчас с тобой подойдём к пианино, откроем все крышки и внимательно осмотрим все его внутренности.
Они так и сделали. Во время осмотра вошла мама и спросила:
– Что это мои мужчины делают?
– Ничего особенного, пыль протираем, ответил папа.
– Как закончите, к столу, ужин готов, – мама ушла.
– Ну, что, Дима, сам видишь, ничего кроме клавиш и струн в этом ящике нет, значит, бояться нечего. Но, знаешь, твоя Тонька, она хорошая сказочница, возможно, она станет русской сестрой братьев Гримм, они тоже страшилки писали. Чёрная рука – это просто сказка, её не существует в природе.
– Пап, а если она волшебная и умеет прятаться в пианино? Ведь ты сам рассказывал, что в мире много необъяснимого и чудесного.
Отец прищурил глаза и ответил:
– И это правда, чудесного и чудес на нашей планете немало. Но знай, в основе любого чуда всегда лежит добро, чуда без добра не бывает. А чёрная рука это вымысел, глупый и злой. Если хорошенько дунуть на этот вымысел, то он лопнет, как мыльный пузырь. Знаешь, как поступил бы я, если, допустим, стал опасаться это пианино? Сделаем невероятное допущение, представим, что рука существует, и если она живёт в этом инструменте, то она его дитя, а значит, любит музыку. Тогда я бы подошёл к пианино и заиграл, ну, допустим, «Чижика-пыжика», чёрная рука, конечно же, не удержится и заиграет вместе со мной. Вот тут-то я резко закрою крышку и вмиг переломаю ей все пальцы. Вряд ли её потом без страхового медполиса примут в поликлинике…
– Ну, а если серьёзно, научись побеждать свои страхи, контролировать их. Неподконтрольный страх – это окно в мир тьмы. А эта Тонькина чёрная рука не в пианино, она здесь, – отец дотронулся до головы Димы. – Помни, мы с мамой всегда с тобой, мы сумеем защитить тебя от любого зла, даже не сомневайся. Мы любим тебя.
После разговора с отцом он всё равно не смог полностью освободиться от страха. Лишь днём он переставал бояться свой чёрный кошмар, но как только наступала ночь, кошмар возвращался. Освобождение от пыток музыкой и от этого страха наступило через две недели. Когда он пришёл из школы и увидел, что на том месте, где стояло пианино, теперь висит боксёрская груша, он от радости и непомерного счастья сделал уроки на неделю вперёд.
И вот сейчас взрослый мужик по имени Дмитрий стоял посреди комнаты. Мужик знал про свой детский кошмар, знал, откуда ждать его. Но кошмар, на то и кошмар: настоящий кошмар появляется неожиданно и нападает оттуда, откуда его не ждёшь… Краем глаза Дима увидел, как одеяло на детской кровати вдруг вздыбилось волнами. Он вздрогнул и отпрянул, это спасло его. Чёрные пальцы лишь зацепили шею, оставив на ней красные борозды. Рука промахнулась. Пролетев на большой скорости метра три, она резко остановилась и
