В паутине предательств - Адриана Белоусова

«Он убил моего друга, чтобы доказать свое превосходство», – всплыли в памяти слова Дора. Правдива ли была эта история или придумана, чтобы зародить в Лейфе сомнения, что Север порядочный человек и ему можно верить?

– Спасибо, что сразу обозначил, на чьей стороне ты будешь. Не буду тратиться на дорогой подарок.

Север рассмеялся, знаком подозвал слугу и тот разлил по бокалам вино.

– С тобой приятно общаться, – сказал Север, и они чокнулись. Лейф сделал вид, что пригубил вино, и поставил бокал на стол. – Мне бы хотелось, чтобы мы стали друзьями.

– Мне показалось, ты уже выбрал себе друга.

– Умом я понимаю, что Дор мне ближе, как родственник и от него зависит счастье моей дочери. Но ты мне нравишься больше, – улыбнулся Север.

– У тебя ведь тоже есть брат, – осторожно проговорил Лейф, понимая, что вступает на скользкий путь.

– Был! – Ответ Севера прозвучал резко. – Наши пути разошлись и вряд ли когда-то пересекутся.

– Из-за чего, если не секрет? – спросил Лейф.

– Мы всегда были разными, – проговорил Север, глядя в одну точку. – Климент придерживался старых традиций, но его убеждения уже не вписывались в реалии нового мира. За отказ от жертвоприношений, он назвал меня предателем и устроил бунт. Сказал, что боги теперь отвернутся от нас. Я допустил ошибку: дал ему слишком много власти. У него была своя армия, которая ушла вместе с ним.

– И ты просто так его отпустил? – спросил Лейф.

– Слишком много откровений для одного завтрака, – произнес Север, и Лейфу показалось, что он сожалеет о своей откровенности. Хотя он сомневался в честности короля. – Думаю, Климент будет искать поддержки, сам он не справится. Пообещай мне, что не возьмешь на службу его людей. Он знает о твоей ситуации, и ты будешь первым, к кому он придет с деловым предложением. Обещай мне, что не сделаешь этого.

– Ты хочешь вернуть себе этих людей?

– Да, и казнить всех до единого за предательство! Тот, кто возьмет их на службу, пожалеет об этом, – с холодной расчетливостью проговорил Север. – Они тоже станут для меня врагами, которых я никогда не прощу.

Лейф подумал, что у Дора теперь точно будут неприятности, а, значит, и у него тоже.

– Думаешь, у нас с Дором может сложиться так же?

– Если ты дашь ему слишком много власти. Он и сейчас ненавидит тебя, разве ты не замечаешь? Смотрит на тебя, как на врага.

– Не буду скрывать, у нас с ним есть серьезные разногласия, – вздохнул Лейф, вспомнив, о чем они с герцогом договорились. – Но я все еще надеюсь, что кровные узы помогут нам сохранить мир.

– Я не верю в силу крови, – сказал Север. – Ее зов часто бывает безмолвен.

– Я слышал, что ты вдовец, – решил сменить тему Лейф. – Как это случилось?

Север нахмурился, под глазами появились тонкие морщины. Лейф понял, что попал на запретную территорию, но отступать и извиняться не собирался. В конце концов, они будущее родственники.

– Заставил ее выпить яд, – спокойно признался Север. – Она была неверна мне.

– И как давно это произошло? – спросил Лейф, который, хоть и привык ко многому, все равно был потрясен.

– Несколько месяцев назад. Теперь я в поисках новой жены, которая, надеюсь, наконец родит мне мальчика.

– У тебя только дочери?

– Увы. Было четыре, осталась одна. Насколько я помню, у тебя с первой женой с детьми тоже все было драматично.

– Да, было такое, – задумчиво проговорил Лейф. Биографию покойного Дамьяна он знал назубок, и порой казалось, что даже лучше, чем свою.

В коридоре послышались шаги, и мужчины замолчали. Дверь открылась, и в столовую вошли Дор и невысокая женщина в синем платье. Рядом с ней шла девушка с белокурыми волосами и фиалковыми глазами, одетая в костюм для верховой езды.

– А вот и вы! – довольно проговорил Север и задержал взгляд на герцоге. – Как тебе личная конюшня Южаны?

– Замечательно, – ответил Дор. – Мне она очень понравилась.

На щеках Южаны проступил яркий румянец. Леди Сильвана обняла ее за плечи, и они пошли к столу.

– Что ж, значит, после бала мы сможем подписать все документы, – сказал Север. Слуга уже суетился вокруг стола, разливая в бокалы вино. – Чтобы сражаться против Артея и его прихвостней вместе.

– Я сегодня стану женой герцога? – взволнованно спросила Южана, и ее голос дрогнул.

– Да, – небрежно ответил Север. Лейфу показалось, что он немного выбит из колеи тем, как все быстро происходит.

– Послезавтра мы уезжаем в Шиоронию, – сказал Лейф. – Южана едет с нами. И вы, леди Сильвана, тоже.

– Да, конечно, – скромно ответила Сильвана и бросила взгляд на Дора. Лейф пришел к выводу, что герцог ей очень нравится, и она была бы рада познакомиться с ним поближе.

– Жаль, конечно, что вы так спешите, – вздохнул Север.

Лейф заметил, что в глазах Южаны дрожат слезы и она изо всех сил старается не расплакаться. Он подумал о том, будет ли, как Север, торговать жизнью своих детей. Ведь стоимость жизни этой принцессы – территория с выходом к морю. Через пару лет отец забудет о ней, главное сейчас – укрепить свою власть и добиться своего. А ей жить в чужом мире, где мало кому будет до нее дело. Что поделать: такова участь наследниц.

– Война – дело неотложное, – сказал Дор, стараясь не смотреть на свою невесту. – Север, обсудим передвижение твоих войск? Это для нас сейчас самое главное.

– Сильвана, займись сборами Южаны, – строго сказал Север и, подойдя к стеллажам, достал оттуда потрепанную карту.

Лейф проводил взглядом гувернантку и ее подопечную, которые так и не позавтракали, и тут же погрузился в вопросы политики.

* * *

Осматривать охотничьи угодья Севера Лейфу совсем не хотелось. Судя по хмурому выражению лица Дора, его тоже не радовала эта перспектива. Из вежливости пришлось им согласиться, а теперь король прислал слугу, который сообщил, что его величество задержится по неотложному делу и просит отправиться без него, с его лесничим.

– Мне это не нравится, – сказал Лейф, покачиваясь в седле.

– У него полно причин задержаться, – пожал плечами Дор. – В конце концов, он прощается с дочерью.

– Я тебя умоляю! – поморщился Лейф. – Зачем ты приписываешь ему наличие души? Ты ведь знаешь его лучше, чем я.

Дор покусал нижнюю губу и ничего не ответил.

– Ваше величество, вы готовы ехать дальше? – спросил лесничий – молодой