Высокие ставки - Хелен Харпер

— Ты нас не интересуешь, вампир, — шипит она. — Уходи.

Оранжевые глаза О'Ши устремляются ко мне. Выражение его лица остается спокойным. Я прижимаю пистолет к щеке мужчины, и он вздрагивает.

— И зачем же, — говорю я, — мне это делать, если мы только начинаем знакомиться?

— Не думай, что я не пристрелю его.

Я пожимаю плечами.

— Я сделаю то же самое.

Я слышу вдалеке вой сирен, без сомнения, они направляются в нашу сторону. На противоположной стороне улицы кто-то, съёжившись, наводит на нас телефон, записывая происходящее. Интересно, как это отразится в завтрашних газетах. Это определённо не принесёт мне ничего хорошего.

Я пытаюсь успокоить собравшихся.

— Полиция уже в пути, — тихо говорю я. — Здесь никто не выиграет.

Она переглядывается со своим напарником. Я чувствую, что ни один из них не хочет отступать. Стараясь не думать о том, что натворил О'Ши, и из-за чего мы оказались в такой ситуации, я делаю глубокий вдох.

— Почему бы нам обеим не сложить оружие? — предлагаю я.

Она смотрит на меня.

— Ладно. На счёт «три»?

— Почему бы и нет? Раз, два… — я напрягаю мышцы. — Три.

Никто из нас не двигается.

— Ты не опустила, — бормочет она.

— Ты тоже этого не сделала.

Сирены звучат всё громче. Мне не нужны лишние хлопоты, связанные с отправкой в ближайшую тюремную камеру. Учитывая, что вампиры Семей формально выше человеческих законов, я, вероятно, смогу выпутаться, но это будет выглядеть нехорошо и не поможет О'Ши. Я не сомневаюсь, что он сделал что-то, что заслужило такое внимание, но я не хочу, чтобы его внутренности были размазаны по улице. Я принимаю решение.

— Что ж, — растягиваю я слова, — в таком случае… — я сгибаю колени, хватаюсь за ручку своей сумки и замахиваюсь ей в сторону женщины-деймона, напрягая все свои мускулы, на какие только способна. Тяжёлые банки с собачьим кормом врезаются ей в лицо, позволяя О'Ши выхватить пистолет. Я наношу удар кулаком в окровавленное лицо мужчины и дёргаю свободной рукой вправо, чтобы убедиться, что О'Ши заметил. Затем мы втроем — деймон, пёс и вампир — убегаем.

Я набираю скорость и отрываюсь от них, затем оглядываюсь назад. В поле зрения появляются мигающие огни полицейской машины, но два деймона уже исчезли. Я замечаю страх на лицах прохожих и понимаю, что всё ещё сжимаю в одной руке пистолет, а в другой — сумку с покупками. Не желая выбрасывать оружие в мусорное ведро, где его может найти кто угодно, я засовываю его за пояс и поворачиваю направо.

Впереди станция метро, поэтому я кричу об этом О'Ши и сбегаю вниз по лестнице. Охранник выходит вперёд, без сомнения, чтобы сообщить мне, что вход разрешён только собакам-поводырям. Кимчи лает от восторга. Охранник бросает взгляд на кровь, струящуюся по моему лицу, и на суровое выражение моих глаз и меняет своё решение. Я перепрыгиваю через турникеты. Двое других повторяют мои движения, и мы бросаемся к ближайшей платформе как раз в тот момент, когда подходит поезд. Мы забегаем внутрь.

Вагон битком набит пассажирами, которые, почти все до единого, расступаются перед нами. Один из отважных героев встаёт, готовый к конфронтации, но я рычу на него, и он отступает.

— Сюда, — я веду О'Ши и Кимчи в хвост поезда, как раз когда двери начинают закрываться. Мы добираемся до последнего вагона, и поезд мчится в темноте к следующей остановке.

— Нам нужно спрятаться, — говорит О'Ши. — Они придут за нами.

Я киваю, направляясь к последней двери и тратя время на то, чтобы осмотреть Кимчи. Он, кажется, цел и невредим, хотя я уверена, что деймону удалось нанести несколько ударов. Я присаживаюсь на корточки.

— Ты чертовски храбрый пёс.

Он виляет хвостом и облизывает меня, слизывая немного крови, всё ещё капающей у меня из носа. Его хвост виляет сильнее. Я подозрительно смотрю на него. Ему нравится вкус крови?

— Бо… — начинает О'Ши.

Я поднимаю ладонь.

— Пока нет, — тормоза поезда визжат, когда мы подъезжаем к следующей станции. — Туннель, — ворчу я.

Он нервно сглатывает в знак согласия, снимает шляпу и нелепое пальто и аккуратно складывает их на поручне. Я бросаю взгляд на столпившихся пассажиров в другом конце вагона.

— Не волнуйтесь, — кричу я. Некоторые отшатываются. Чёрт возьми.

Поезд останавливается, и по громкоговорителю раздаётся металлический голос диктора, который вежливо просит нас соблюдать осторожность. Как только двери с шипением открываются, мы выбегаем наружу и, обогнув вагон, спрыгиваем на рельсы.

— Избегай средней полосы, — кричу я О'Ши, крепко держа Кимчи за ошейник.

— Почему?

— Тебя убьёт током!

Я не жду его реакции, а бегу вниз, в темноту, не обращая внимания на пару крыс, удирающих в противоположном направлении. У нас есть всего несколько минут, чтобы убраться с пути следующего поезда.

К счастью, в последнее время мои глаза лучше видят в темноте, чем раньше, и я достаточно легко пробираюсь сквозь мрак, чтобы найти то, что ищу. В боковой части туннеля, менее чем в нескольких сотнях метров от меня, находится служебная входная дверь.

Я бегу к ней. Я беспокоюсь о том, как Кимчи справится в таком маленьком пространстве, поэтому беру его на руки. Он ещё раз влажно облизывает мою щёку, а я поворачиваю его так, чтобы видеть вокруг. Мне следовало купить диетический корм для собак.

— Ты видишь дверь? — кричу я О'Ши.

— Да!

Мы бежим, и в этот момент туннель наполняет рёв другого поезда. Я хватаюсь за ручку двери и дёргаю. Она заперта. Тихо ругаясь, я передаю Кимчи О'Ши, который на мгновение пошатывается под весом пса. Я делаю несколько шагов назад и наношу удар ногой. Дверь разлетается в щепки как раз в нужном месте, распахиваясь со ржавым скрипом. Я заталкиваю О'Ши внутрь и запрыгиваю следом, как раз в тот момент, когда поднимается порыв ветра, и мимо пролетает следующий поезд.

***

Убедившись, что мы в безопасности, я глубоко вздыхаю и перегруппировываюсь. Затем оглядываюсь по сторонам. Очевидно, что этим входом часто пользуются: он хорошо освещён, над ним висят лампы дневного света. Стены покрыты старомодной, хотя и на удивление чистой плиткой.

— Пошли, — говорю я. — Давай выбираться отсюда. Чем скорее мы выйдем на свежий воздух, тем лучше.

О'Ши, кажется, встревожен.

— Мы не можем. Должно быть, они наложили на меня следящее заклинание, Бо. Они могли повесить это на меня, когда пришли сегодня утром. Я был в маскировке — они бы меня ни за что не нашли.

Я приподнимаю брови. Учитывая, насколько неэффективной была его маскировка, я в этом сомневаюсь.