Высокие ставки - Хелен Харпер

— Разве к персонам, занимающим руководящие посты, не должны предъявляться более высокие требования? Они сами решают быть там.

— Ты хочешь, чтобы он был идеальным не потому, что он Лорд Монсеррат, — мудро замечает О'Ши. — Это потому, что ты думаешь, что он может быть тем самым.

Я встречаюсь с ним взглядом, затем возвращаю отмычку, не давая ему понять, как сильно его комментарий задел меня.

— Только недавно пробило девять. Суд Агатосов будет открыт ещё час. Пойдём? Я могу позвонить Мэтту и попросить его забрать Кимчи.

О'Ши не отводит взгляда, но говорит так тихо, что его почти не слышно.

— Конечно.

***

Суд Агатосов гораздо сложнее, чем человеческий вариант, поскольку он сочетает в себе законотворчество, охрану порядка и правосудие. Тем не менее, многие из его структур и операций напоминают структуры суда людей, поскольку это был единственный способ, которым Агатосы ещё в восемнадцатом веке получили разрешение управлять своей собственной системой. Они избегают обычных часов работы, предпочитая работать до поздней ночи, но их адвокаты и судьи по-прежнему носят эти нелепые белые парики. Пока вы не увидите самого настоящего деймона с оранжевыми глазами, оливковой кожей и туго завитыми белыми конскими волосами, ниспадающими на плечи, вы ещё не жили.

Д'Арно встречает нас у входа, одетый и обутый, как обычно.

— Бо! — восклицает он. — Как приятно снова тебя видеть, — когда он тянется, чтобы чмокнуть меня в щёку, я замечаю, что его акцент внезапно становится значительно более пафосным.

— Привет, Гарри, — я представляю его О'Ши, который, к моему удивлению, внезапно делается таким застенчивым.

Д'Арно оглядывает его с ног до головы.

— Так это ты и есть тот самый.

О'Ши резко вздёргивает подбородок.

— Тот самый кто?

— Тот, кто доставил столько проблем Семьям. Знаешь, тебе повезло, что они не предприняли против тебя никаких действий. Они были бы в своём праве.

— На самом деле, это не его вина, — говорю я. Несмотря на всё хвастовство О'Ши и мои предыдущие слова в его адрес по этому поводу, я знаю, что в глубине души он переживает последствия своего улучшающего заклинания гораздо сильнее, чем кто-либо может себе представить.

Д'Арно машет рукой в воздухе.

— Как бы то ни было, хорошо, что ты решил сдаться. Я, вероятно, смогу свести обвинения к мелкому правонарушению. То есть, — добавляет он задумчиво, — если это твоё первое правонарушение.

О'Ши отводит взгляд. Я проверяю, что рядом с нами никого нет, и понижаю голос.

— Вообще-то, мы хотели бы заключить сделку.

Д'Арно поднимает брови.

— Мы?

— Вполне возможно, что у О'Ши есть доказательства того, что Тоби Ренфрю продолжает существовать.

У адвоката отвисает челюсть. Он смотрит сначала на меня, потом на О'Ши. Не проходит много времени, как в его глазах появляется расчётливое и жадное выражение. Я почти вижу, как крутятся шестерёнки в его мозгу. Оказаться в центре первой реальной зацепки о судьбе скандально известного деймона — мечта любого юриста. Это откроет перед ним множество новых дверей.

— О каких доказательствах мы говорим?

Я начинаю нервничать из-за того, что всё ещё нахожусь на виду. Для деймонов было бы самоубийством атаковать внутри судебного комплекса, но здесь — совсем другое дело. С активным отслеживающим заклинанием им не потребуется много времени, чтобы вычислить, где мы находимся. Конечно, мы хотим, чтобы они нашли нас, но было бы лучше, если бы мы были спрятаны и окружены мощью законопослушного мира Агатосов.

— Давайте зайдём внутрь, — решительно говорю я.

О'Ши переминается с ноги на ногу.

— В этом нет необходимости. Может, если я просто выброшу ухо…

На лице Д'Арно отражается смесь отвращения и восторга.

— Ухо?

Я слышу визг автомобильных шин и, обернувшись, вижу приближающийся к нам седан с тонированными стеклами.

— Немедленно затащи его внутрь, — говорю я сквозь стиснутые зубы.

О'Ши поворачивается и замечает машину. Его кожа бледнеет, приобретая землистый оттенок.

— Бегите! — шиплю я.

Они не нуждаются в дальнейших подсказках. Д'Арно и деймон бегом поднимаются по мраморным ступеням к стеклянным дверям, ведущим в суд. Я напрягаюсь, поворачиваясь лицом к приближающемуся автомобилю. Я игнорирую стук своего сердца и сохраняю на лице мрачное выражение «не связывайся со мной».

Водитель включает фары на полную мощность, так что я почти слепну, а затем набирает скорость. Колёса лязгают, когда машина заезжает на тротуар прямо передо мной. Я стою на месте, выжидая до самой последней секунды, чтобы выполнить маневр. За мгновение до того, как машина достигла бы меня, я подпрыгиваю, кувыркаюсь через машину и достаю свой телефон. Я совершаю почти идеальное приземление и фотографирую номерной знак, когда машина отъезжает.

Я оглядываюсь по сторонам. К сожалению, поблизости нет никого, кто мог бы заметить мои кошачьи трюки. Слегка раздосадованная, я направляюсь внутрь вслед за О'Ши и Д'Арно.

Глава 10. Ещё один кирпичик в стене

Женщина за стойкой регистрации настороженно смотрит на нашу разношёрстную компанию. У неё резкие черты лица и густые брови, которые усиливают неодобрение, адресованное в нашу сторону. Неудивительно, что О'Ши не горел желанием сдаваться.

— Да?

— Добрый вечер, Мэг, дорогая. Сегодня ты выглядишь особенно великолепно.

Если уж на то пошло, льстивая угодливость Д'Арно ещё больше раздражает сердитую Мэг.

— Чего ты хочешь, Гарольд? — усмехается она.

Не теряя ни секунды, он склоняется над её столом.

— Мы хотим видеть дежурного офицера.

— Она занята.

— Дорогая, все заняты. Просто скажи ей, что я здесь с клиентом, которого она не захочет пропустить.

Мэг бросает на меня подозрительный взгляд; уж не думает ли она, что это я тот самый клиент? Я даже не деймон, чёрт возьми. Несмотря на нервозность, О'Ши удаётся выдавить из себя сдавленный смешок. Тем не менее, Мэг делает, как её просят, и нажимает кнопку, бормоча что-то в переговорное устройство.

— У неё есть несколько минут. Я так понимаю, ты сможешь сам найти дорогу туда?

— Конечно, — Д'Арно кивает нам, и мы следуем за ним через здание.

Я бывала здесь много раз. Когда я работала в «Крайних Мерах», мне часто приходилось присутствовать на различных судебных процессах или поддерживать связь с разными офицерами. Однако у меня никогда не было повода поговорить с дежурным офицером: обычно эта привилегия приберегается для самих преступников.

Однако у меня есть тревожное подозрение, что я знаю, кто сегодня дежурит.

— Ты знаешь этого офицера, которого мы собираемся увидеть? — спрашиваю я.

Д'Арно постукивает себя по виску.

— Дорогая, у меня в голове