Магическая уборка и прочие неприятности - Глория Эймс

Нахожу монетку в кошельке, протягиваю ему.

— Премного благодарен! — и парень исчезает за дверью.

Развернув сверток, обнаруживаю изящную, со вкусом составленную бутоньерку.

— Наверное, Хэйвен заказал, — с удовольствием разглядываю красивый букетик. — Интересно, где будет лучше смотреться: на платье или на накидке?

— А давай прикреплю к прическе, — Молли протягивает руку.

И в эту секунду меня посещает мимолетное озарение от магического следа — вижу, как изящные руки с ухоженными ногтями (наверное, принадлежащие цветочнице) берут бутон, протыкают острой булавкой и прилаживают в бутоньерку, замаскировав среди остальных цветков.

— Не трогай, — пытаюсь предупредить ее.

Но шустрая Молли хватается за бутоньерку и сразу отдергивает руку:

— Ой, что это? — На подушечке выступает капля крови. — Розы вроде нет…

— Кажется, в стебельке что-то острое, — говорю ей.

— Ну вот, смотри, булавка, — расстроенно разбирает бутоньерку. — Наверное, бутон отвалился, и его решили так прикрепить обратно. Лучше без него, а то уколешься тоже.

Мало-помалу прическа принимает окончательный вид. Прическа получается по самой последней моде. Голове с непривычки тяжеловато, но выглядит сногсшибательно.

Закончив с прической, аккуратно надеваю платье от мэтра Фарнара. Все вместе так красиво смотрится, что девчонки восторженно переглядываются и вздыхают.

— Ничего, вас тоже нарядим, как принцесс, дайте только время, — улыбаюсь я.

— Что-то мне нехорошо, — вдруг говорит Молли, опускаясь на стул.

Смотрю на ее руку, и мне тоже становится нехорошо от увиденного: уколотый палец побагровел, а от места ранки по коже тянутся черные полосы.

— Молли, как ты себя чувствуешь? — бросается к ней Ханни.

— Голова кружится… — отвечает та. — И слабость ужасная… Давай, Тесс, поезжай уже, а я отлежусь пока.

— Я никуда не еду, — решительно говорю я, вглядевшись в побледневшее лицо Молли. — Сперва нужно вылечить тебя.

И тут же слышится шарканье колес по мостовой прямо под окнами. Это экипаж Хэйвена, я уже отличаю его по звуку.

Вылетаю на лестницу, стремительно спускаюсь вниз и набрасываюсь на лорда:

— Какого черта в бутоньерке была эта гадость? Что туда подмешали?

— Какой бутоньерке? — на его лице искреннее непонимание.

— Что?! — теперь мой черед остолбенеть. — Это не ты прислал бутоньерку?

— Вообще не понимаю, о чем речь, — хмурится он. — Что произошло?

— О боже… — хватаюсь за голову, потому что до меня только сейчас доходит, что же случилось на самом деле.

Глава 50. Противоядие

Неужели опять? Если это очередное покушение на мою жизнь, то на этот раз им почти удалось! Но что же делать? Как спасти Молли?!

Лихорадочно оглядываюсь по сторонам в поисках решения.

— Так что произошло? — встревоженно переспрашивает Хэйвен.

— Некогда объяснять, идем, — бегом поднимаюсь в квартиру, он спешит за мной.

Молли лежит на кровати, белая как мел, и тяжело дышит.

— Рука… — она едва шевелит пальцами той руки, что уколота булавкой, — …я не чувствую руку…

— Проклятье! — вырывается у меня. — Ее нужно отнести к врачу!

— Мы не успеем, — вдруг говорит Хэйвен, мрачно сведя брови.

— Как это не успеем?! — вскрикиваем в один голос мы с Ханни.

— Я видел однажды такое. Это яд рамогая. Осталось несколько минут.

Вижу ужас в тускнеющих глазах Молли.

— Надеюсь, ты действительно ни при чем, — в сердцах бросаю ему, а сама хватаю за руку все больше слабеющую и словно истончающуюся подругу. — Молли, держись, мы что-нибудь придумаем! Ну же, Хэйвен? Сделай хоть что-то!

И тут вбегают Ида и Бонар.

— Что тут у вас творится? — испуганно спрашивает Ида. — Мы даже лавку не закрыли, когда увидели вашу беготню.

— Молли наткнулась на булавку, а та, судя по всему, была отравлена, — объясняю сквозь зубы.

— Что за бред?! Как?! — кричит Ида и кидается к кровати. — Молли, слышишь? Ты не вздумай… Молли!

Бонар, до этого испуганно молчавший, вдруг хлопает себя по лбу:

— Девочки, мне ж один клиент подарил противоядие! Сейчас поищу… — и выбегает прочь, оставив нас в напряженном ожидании.

Мы все молчим. Слышно, как тикают часы в соседней квартире. Кажется, даже слышны суетливые шаги Бонара на другом этаже. Ком в горле мешает дышать, я хриплю и сквозь наворачивающиеся слезы смотрю на Молли, устремившую отсутствующий взгляд в потолок. Она будто уже не с нами, хотя еще дышит.

Возвращается Бонар через пару минут, но это время кажется нам бесконечным.

— Давай сюда! — Ида пытается вырвать у него из рук флакон, но он твердо отстраняет ее:

— Подожди. Так, надо прочитать сперва… Противоядие универсальное… Дозировка в расчете на единицу веса… Ты сколько весишь, Молли?

Молли молчит, видимо, уже нет сил ответить.

— Девочки, сколько она весит? — переспрашивает Бонар.

— Спроси что полегче, — злится Ида. — Дай сюда уже!

Вырвав у него из рук склянку, Ида вытаскивает пробку и приставляет флакон к губам Молли:

— Пей! Сейчас же пей!

Несколько капель падают в приоткрытый рот Молли, не производя никакого эффекта. Но спустя пару мгновений она все-таки самостоятельно делает маленький глоток. Затем еще…

— Как думаешь, поможет? — дрожащим голосом спрашивает Ханни.

— Написано же «универсальное», — отзывается Бонар. — Должно помочь. Мне клиент этот флакон оставил в благодарность за редкую ткань. Даснеларское плетение, интересное такое, знаете?

— Нет, не знаем, — раздраженно отзывается Ида. — Мне сейчас интереснее, подействует ли твоя бурда.

— А уж как мне интересно, — раздается слабый голос Молли, и подобие улыбки появляется на ее бледных губах.

— Шутит — значит, жить будет, — резюмирует Хэйвен. Но его лицо не выражает ни малейшего признака радости. Наоборот, он крайне напряжен и задумчив.

Все с облегчением выдыхают.

— Так, глотни-ка еще для закрепления эффекта, — командует Ида. Закупоривает остатки и возвращает флакон Бонару: — Слушай, ты б его хранил как-то аккуратно, а то весь поцарапанный, как будто валялся где попало.

Бонар смущенно улыбается:

— Да я не особо поверил, что оно универсальное, думал, так, для красного словца сказано.

— Ты уж в следующий раз серьезно к таким подаркам относись, — Ида хлопает его по плечу. — Идем, проверим, не растащили твою лавку?

— Что за язык у тебя, женщина,