Дракон под сливочным соусом - Алия Велнес
Взгляд Морригана падает на кусочек околита и, догадавшись о нашем подглядывании, тот хмыкает и смотрит прямо на «нас». Пауза тем временем затягивается.
Но моя зелененькая в очередной раз демонстрирует красоту своей души, поворачиваясь спиной к дракону. Приподнимает копну волос, как бы приглашая застегнуть цепочку на своей шее. Что и делает Морри с искренней улыбкой на лице.
— Сантарские вивернушки! — восклицает Беатрис. Ведь платье Ярины начинает светиться и преображаться на глазах, становясь пышнее, белоснежнее и легче. С искорками магии на подоле.
— А у тебя-то! — не остается в долгу громкоголосый Хомяк, глуша несчастного дракона.
Уж не знаю как этому старому хлыщу удалось, но у девушек выходят очень красивые, практически одинаковые свадебные платья. Настолько сносят крышу, что мы с Язей толкаем друг друга от зеркала, чтобы получше рассмотреть.
— Дети мои, ваш ход! — распорядитель кивает в сторону цветков, которые стали немного краше и степенно проходит к окну — мол не буду вам мешать.
Наши «Ангелы» бесполезно водят руками над своим творением и что-то тихо бормочут.
— Ладно. Давай думать о хорошем… зря что ли такую красоту наводили?
— Помоги нам Богиня Алала, — шепчет Беатрис.
— Это кто ещё? — ревниво косится на подружку Хомячок, на что та лишь фыркает.
— Великая Богиня Алала — древняя богиня домашнего очага и крепкого брака. — Вклинивается в их перешептывания Морриган. Ворчит, что могут же и по нормальному, когда хвост прижмет, а потом быстро впихивает каждой по цветку.
— А это точно мой? — Яра крутит нежную розу, принюхиваясь. — Лапсик, это мамин цветочек?
— На выход! — довели-таки старика…
Язерин, которому уже не терпится окольцевать свою истинную, тоже, едва ли пинками не выталкивает меня из собственного кабинета. Как конь несется заполучить гордое звание «супруг».
И я не отстаю.
И хорошо, что мы с братом успели пробежаться до украшенного сада, где проходит обряд. Потому как при виде Ярины сердце готово выпрыгнуть из груди и упасть в ноги к моей истинной паре, отстукивая песни любви.
Хомячок мой! Любимая. Та, ради которой теперь и живу, и дышу…
Жрец в алом балахоне неодобрительно косится на наряды девушек, на то, как наши с ними руки плотно переплетены. Ему и так претило проводить обряд не на площади княжества, а здесь, но с волей Амазонитового князя и истинной любовью спорить смысла нет.
Яра пару раз хихикает, когда жрец подвывает на особенно высоких нотках, а Трис с Язей о чем-то тихо перешептываются.
И вот перед нами появляются заветные браслеты на подушечке из лепестков роз. Чистейший Амазонит с изумрудами и магическими клятвами любви и верности.
«Всё тут у вас как… у драконов. Спрошу сама, — взяв свой браслет Ярина разворачивается лицом ко мне и прищурившись смотрит в глаза. — Согласен ли ты, Шарик Амазон, взять меня в жены. И в радости, и в горе…».
Ухмыляюсь, защелкивая своей браслет на тонком запястье и протягиваю ей свое:
«Согласен, Хомячок. Особенно, где взять тебя» — нарочно смущаю свою невесту. Щелчок браслета — уже жену.
Мы настолько утопаем друг в друге, что начинаем целоваться, не дожидаясь официального «разрешения» от жреца...
— Я теперь княгиня всея Драконляндии! Нужно будет спасибо бабульке королеве Софии сказать! — под конец пира кричит мой Зеленый спутник по жизни.
— Да-да. Не позорь меня, жена.
Кошусь на изрядно развеселившихся гостей. Даже Лапсик и тот лежит кверху пузом и, кажется, улыбается… там такое количество зубов, что поди разбери.
— А куда смылись Сияющая и Язя?! — Яра поворачивается к своей помощнице Ирме.
— Так отправились поклониться Богам… — ухмыляется та, но поняв, что новоявленная княгиня не понимает ее шутки, тихо поясняет: — Ваш брак же Богиня Алала благословила. Вы и запузатитесь благодаря ей.
— Запуза… что?
— Я тебе сейчас всё расскажу и покажу, Хомячок. Пойдем уже наследников вытворять. — Подхватываю свою жену на руки, не удерживаясь от жаркого поцелуя.
Такие медовые губы все пять столетий бы целовал… и не только!
Ух, хитрый младшенький вовремя успел утащить свой хвост на брачное ложе, а мы едва плетемся, выслушивая от каждого, еще стоящего на ногах гостя.
«Да благословит вас Алала, княгиня! Да прибудет с вами сила Пизюса, князь!»
Перед тем как войти во дворец, я поднимаю глаза в небо, благодаря судьбу и разрушенный храм, что он не оставляет своих детей без истинного счастья. А Хомячок… хмельно бубнит «спасибо тебе, скунс Никита за такой подгон».
Ох, уж, жена моя…
Повезло и мне, и нашим будущим детям!
Конец
