Охота на некромантку. Жена с того света - Ольга Грибова
Огромный холл, заполненный людьми, двери в десятки кабинетов и очереди под ними. Все это до боли напоминало наши государственные учреждения. А когда я попросила помощи у служащего, и в ответ получила целый ворох документов, которые надо заполнить, то это ощущение лишь усилилось. Я попала в другой мир, умерла, но и здесь бюрократия меня достала.
Дальше все было тоже до боли знакомо…
– Вы поставили запятую не в том месте. Так не годится. Заполните заявление снова.
– Где документы, подтверждающие личность? Как я могу принять вас, не зная, кто вы?
– Рассмотрение заявки займет от десяти до сорока дней. Мы вас известим, когда решение будет принято.
Если ад существует, то госучреждения – его филиал. Данте писал о девяти кругах, но в канцелярии Верхнего Ареамбурга их было намного больше. Я прошла их все.
Несколько дней я только и делала, что собирала справки и оформляла документы. А когда все было готово и мое прошение об аудиенции, наконец, приняли, оказалось, что ждать ответа я должна чуть ли не месяц. И не факт, что он будет положительным!
Идея взять башню штурмом выглядела все более привлекательной. Но я все же решила дать Творцам шанс. Получив мое прошение, они явно поймут, кто хочет с ними пообщаться. Они уже в курсе, что я рядом. Почему бы им не принять меня? Нам есть, о чем поговорить.
Ждать ответа по аудиенции было несложно. Спасибо родне и друзьям Октавии. Кто-то был настроен извести меня, во что бы то ни стало.
С отравлением не вышло благодаря Сигизмунду. После того яблока отравленной еды в доме не появлялось.
Зато была попытка выдать мою смерть за несчастный случай. Меня чудом не сбил экипаж, когда я переходила улицу. На этот раз спас Аз. Если бы не он, лошади втоптали бы меня в землю. Я бы, скорее всего, не умерла, но выглядела ужасно.
А моя внешность и так оставляла желать лучшего. С каждым днем цвет волос становился все бледнее.
– Ты снова превращаешься в умертвие, – заметили как-то близнецы и по-своему поддержали: – Не переживай, мертвой ты нравилась нам больше.
Им – да, а остальным? Как отреагирует Джозеф, узнав, что его дочь не совсем жива? Вряд ли в Верхнем городе лучше относятся к умертвиям, чем в Нижнем.
С этим надо что-то делать, но сначала разобраться с кровожадным убийцей. И для этого мне требуется помощник. Кто-то посерьезнее кота и хомяка. Недолго думая, я выбрала Креса. Ему одному я могу доверить свою жизнь.
Тем вечером я постучала в дверь Креса и вошла, когда он пригласил.
– Эллария? – удивился он. – Что-то случилось?
С нашей единственной совместной ночи мы не оставались наедине. Крес всячески этого избегал, словно опасался сам себя и своих возможных действий.
– Я хотела с тобой поговорить, – сказала я и прикрыла дверь.
– Скоро мы покинем дом твоего отца. Документы на дом дяди готовы, осталось только их подписать, – сказал он.
Он понял меня по-своему. Решил, что я хочу их выставить? Да я же без детей с ума сойду от тоски! Да и без Креса тоже.
– Ты можешь переехать с нами, если хочешь, – предложил он. – Ты все-таки жена Эдгара.
А вот это уже что-то новенькое. С этой точки зрения свой брак я не рассматривала. Но быть рядом с Эдгаром – не лучшая идея. У него не заладилось с местными девушками, жительницы Верхнего Ареамбурга оказались более разборчивыми. На все его ухаживания был один ответ – отказ. Как выяснилось, смазливого лица и пары красивых фраз недостаточно, чтобы покорить аристократку.
В итоге Эдгар усилил мою осаду. Если честно, я уже мечтала овдоветь. Что угодно, лишь бы отстал!
– Спасибо за предложение, но я хотела попросить о другом, – сказала я. – Я догадываюсь, кто проклял меня и отправил в Нижний город. Если точнее, у меня пять подозреваемых. Я должна вычислить, кто именно это сделал, пока от меня снова не избавились.
Я рассказала Кресу о попытках отравления и наезда кареты. Под конец моей речи он был вне себя от негодования.
– Надо немедленно вызвать стражей! Пусть их арестуют и бросят в темницу, – заявил он.
– Кого именно? У меня нет доказательств ни на одного из них. Стражи не арестуют всех пятерых.
– Ничего, они разберутся.
– Как? У нас даже мотива нет… Я ведь ничего не помню.
Крес нахмурился, признавая, что я права.
– Что ты предлагаешь? – спросил он.
– Поймать его с поличным. Я по очереди поговорю начистоту с каждым. Скажу, что все вспомнила и обвиню в покушениях. Настоящий преступник выдаст себя.
– И попытается тебя убить, – ужаснулся Крес.
– Именно! Так мы его и словим – на месте преступления. А ты будешь моим свидетелем. Спрячешься за шторой или в шкафу, – я махнула рукой, – где ты будешь все видеть и слышать.
– А если я не успею тебя спасти? Если он тебе навредит?
– Не переживай. Я сумею за себя постоять, – заверила я. – Только так я смогу окончательно обезопасить себя от посягательств на мою жизнь.
Крес тяжело вздохнул. План ему не нравился, но он не мог отказать мне в помощи. Я бы просто пошла к кому-то другому или провернула все сама, но не бросила свою затею. Он это понимал.
В итоге мы договорились и даже обсудили детали. Провернуть все решили в доме Монтгомери. Тут, как говорится, и родные стены помогут. Я попросила Джозефа устроить званый ужин и снова пригласить всех в гости, и он охотно согласился.
В разгар вечера мне осталось лишь по одному вызывать подозреваемых на разговор. Я начала с подруги. По какой-то причине она обрадовалась моей потери памяти. Пусть объяснится.
– Прогуляемся в саду, – взяв Джоанну под руку, я через распахнутые двери гостиной вывела ее в сад.
По тропинке мы направлялись к группе деревьев. На одном из них в раскидистых ветвях расположился Аз, за стволом в тени притаился Крес, а где-то в корнях сидел в засаде Сигизмунд.
Вот только уже стемнело, а мои помощники отлично прятались, и я растерялась. К какому конкретно дереву я должна подвести Джоанну? Может, к тому, похожему на пальму? Или вот к этому, напоминающему лиственницу?
Обогнав Джоанну на тропинке, я зашептала:
– Воздух, воздух, вызывает земля. Дайте знак, где вы.
– Мяу, – донеслось с ветки лиственницы. Это отозвался Аз, но тут же исправился, вспомнив, что изображает сову: – Тьфу… Ух-ух!
– Какая странная птица… – пробормотала Джоанна за моей спиной.
– И не говори, – отозвалась я, незаметно погрозив