За Усами - Джинджелл Вэнди

Он лгал ей или это была одна из его маленьких дурацких шуток?

— Как думаешь, кто несёт за это ответственность?

— Моя дорогая, ты знаешь всё, что знаю я. Кого ты подозреваешь?

— Ты не знаешь, — презрительно сказала Ёнву. — Что за чушь! Джейк пошёл на встречу с Суйель, и теперь они с Химчан обеспечивают друг другу алиби, хотя мы знаем, что они оба лгут. Это мог быть любой из них, но Джейк пошёл на встречу с Суйель, и теперь он мёртв. Я думаю, она превратила бы себя в кумихо.

— Действительно, — сказал Атилас и повторил: — Самое трудное будет доказать это.

— Несчастные случаи случаются, — процедила Ёнву сквозь зубы. — Если мы не сможем привлечь убийцу к ответственности, возможно, мы сможем добиться справедливости для них. Того факта, что они были там с потенциальной жертвой и погибли в драке, было бы достаточно, чтобы осудить их после смерти, наряду с показаниями свидетеля.

— Это может сработать очень хорошо, если предположить, что убийца не будет так же хорошо осведомлён, как мы, о том, как работает система правосудия, — отметил Атилас. Он, казалось, был очень рад, что они оба на той же странице. — Но если это так, то они, конечно, не будут пытаться затевать драку или отвечать на неё, если до этого дойдёт.

— Ты очень хорошо умеешь провоцировать драки, — сказала Ёнву. — И я очень хорошо умею делать то, что нужно.

— Нет, моя дорогая, боюсь, так не пойдёт, — сказал Атилас. — Нам нужно балансировать на самом острие ножа — если мы начнём действовать слишком рано, то слишком быстро наткнёмся на нашего убийцу, что не принесёт нам пользы; если слишком медленно, мы рискуем потерять жертву. В любом случае, это рискованно, и даже если нам важнее найти жертву, чем поймать его на месте преступления...

— Что ты имеешь в виду, под «ним»? — Ёнву уловила это единственное слово и поняла его, даже когда задала вопрос. Значит, Атилас действительно думал, что знает, кто убийца. — Значит, ты всё ещё думаешь, что это Химчан?

— Я совершенно уверен, что это Химчан, — спокойно сказал Атилас. — И, если бы я только мог доставить его на вечеринку с его жертвой в точное время и в определённом месте и сделать так, чтобы за ним никто не наблюдал, доказать это было бы детской забавой.

— Было бы проще простого доказать это с любым из них, если бы у нас были такие обстоятельства, — парировала Ёнву. — Мы подбираемся к нему так близко, как только можем, не пугая его — кто бы это ни был, я имею в виду! — уходим, прежде чем сможем доказать, что это они. Я не собираюсь играть ни в какие другие игры с жизнями маленьких человеческих мальчиков.

— Иногда, моя дорогая, игры необходимы.

— Я не позволю кумихо откусить у кого-то кусок, — предупредила его Ёнву, в её животе снова закипала ярость. Она не доверяла ему ни на йоту. — И, если ты позволишь этому случиться, у тебя будут поводы для беспокойства не только из-за игр. Я не допущу, чтобы ещё один человек, за которого я несу ответственность, был убит.

— Не вижу в этом никакой необходимости, — запротестовал Атилас. — Я бы просто предложил, чтобы мы подошли к этой черте вплотную...

-...и, если силовики не окажутся там в нужное время, мы позаботимся об этом сами, — сказала Ёнву, слегка смягчившись. — Хорошо. Мы не можем их ждать, если нам нужно быть точно на месте, когда убийца попытается прикончить следующую жертву. У тебя ведь есть телефон, старик?

— Конечно, — невозмутимо ответил Атилас. У неё возникло ощущение, что он привык к тому, что его называют стариком. — Я также знаком со всеми методами, позволяющими держать это в секрете. Что касается того, кто с кем пойдёт... Возможно, мне следует последовать за невестой?

Ёнву бросила на него взгляд. Если он хотел невесту, то, вероятно, на то была причина, и ей не очень-то хотелось потакать его тайным планам.

— Я последую за невестой. Я та, кто считает её виновной. Ты думаешь, что это Химчан.

— Именно так, — подтвердил Атилас. — Любой из нас может быть предвзятым или испытывать искушение зайти слишком далеко в своих попытках... исправить любую ситуацию, в которой мы оказались.

— Никого из нас особенно не волнует, если убийцу убьют на месте преступления, — сказала она, понизив голос. — И у нас был бы свидетель, который мог бы подтвердить, что это было совершено на месте преступления.

— Важный момент, — согласился он, оставив Ёнву с чувством беспокойства, которое она не могла объяснить. — Тогда завтра. Ты с невестой, а я с женихом.

* * *

Чувство дискомфорта у Ёнву не проходило в течение всего вечера; поэтому, чувствуя беспокойство и необходимость встряхнуться, она вышла из дома незадолго до полуночи по тому же делу, которое, к сожалению, предотвратил Атилас, вернувшийся домой гораздо раньше в тот же день.

На самом деле она отправилась навестить Перегрина. Ёнву знала, где он живёт, уже несколько месяцев, но у неё не было необходимых знакомств, чтобы воспользоваться этим знанием, или уверенности, чтобы прийти и потребовать встречи с ним и ожидать, что это требование будет удовлетворено.

Она могла бы попросить кого-нибудь из старейшин представить её, но это дало бы им гораздо больше возможностей, чем она хотела. Это также дало бы им некоторую возможность повлиять на ситуацию. Она также могла бы попытаться заручиться поддержкой силовиков, но они были менее склонны к тому, чтобы она им понравилась, и ещё менее склонны к тому, чтобы сделать ей одолжение, поскольку они не увидели бы в этом никакой ценности для себя.

Необходимое знакомство было проведено самим Перегрином на Черепашьей вилле; если она заявится к нему домой, а его не будет дома, или он прогонит её, он был достаточно взрослым, чтобы почувствовать необходимость ответить на звонок или пригласить её зайти ещё раз.

В таком случае, Ёнву почувствовала, что для неё было достаточно безопасно нанести визит, чтобы убедиться, что она по-прежнему занимает его внимание, даже если он не даст ей того, что она хотела иметь. Смерть Джейка и всё неприятное, что с этим связано, были отражением прошлого, которое она предпочла бы не видеть. Хотя её разум, казалось, не мог думать ни о чём, кроме прошлого, она чувствовала, что ей хотелось бы вспомнить причины того, что она делала, а не сами эти вещи.

Поэтому она поехала на метро в Сонсу, её кожа зудела от пыли на нижних уровнях подземки, и