Только для твоих лап - Элизабет Прайс

Теперь Каттер знал, что действительно заслужил её. Что ж, может, он и не зайдёт так далеко, но он был достаточно эгоистичным, чтобы удержать её, вот так-то.

* * *

Люси было немного жаль, что она не увидела, как Исида и Эйвери набросились на Харви. Она была уверена, что выражение его лица было бы бесценным, когда тигрица и львица напали на него. Но ей было просто приятно, что всё закончилось.

Так почему ей грустно?

Потому что это означало, что у неё больше не было оправдания, чтобы держать Каттера в постели. Теперь он мог свободно уйти и делать всё, что хотел. Облом.

Её ежиха оживилась, когда она услышала спор снаружи.

— Что за хрень? Ты спал? — взревел сердитый, но очень желанный голос.

Её ежиха от счастья мяукнула.

— Я просто отдыхал глазами… — раздался приглушённый ответ.

— Чему, блять, они учат вас в академии? Забудь, свали, я сейчас здесь.

Её красивый волк ворвался в дверь, выглядя как дикий романтический герой, и первое, что он сказал:

— Какого чёрта эта дверь открыта? Сюда мог войти любой!

— Только не с охраной снаружи, — терпеливо рассуждала Люси, бросаясь к нему в объятия.

— Ублюдок спал!

Она прижалась к его груди и почувствовала удовлетворение, когда он обнял её и крепко прижал. На ней была футболка АСР, которую ей дал один из агентов. Её собственная одежда была испорчена Харви, когда он закатил истерику, и Каттер вытолкнул её из дома так быстро, что у неё не было времени что-то схватить. Тонкого материала было недостаточно, чтобы скрыть морщинистые точки её сосков, затвердевающие из-за её возбуждения при появлении Каттера. Она смущённо попыталась отодвинуться, но он не отпускал.

Каттер цеплялся за неё, и она не могла отрицать, что в этот момент не было места, где бы она хотела быть. Конечно, его собственное возбуждение в этот момент почти врывалось в её живот. Это было тёплое и озорное давление, от которого её бёдра инстинктивно сжались.

Со вздохом и разочарованным всхлипом Люси Каттер отпустил её и подвёл к кровати, так что они сели рядом.

Он испытующе посмотрел на неё, и она почувствовала желание заполнить тишину, но остановилась.

— Спасибо за всё, что ты для меня сделала, — мягко произнёс он.

— Тебе не нужно меня благодарить. Я твой друг.

Каттер нахмурился при слове «друг». Неужели он даже не хотел с ней дружить?! Неужели её разочарование не знало конца?

Люси отвернулась от него, боясь, что может сделать что-нибудь девчачье, вроде разрыдаться.

— Но тебе не обязательно оставаться здесь, ты действительно можешь вернуться в свою квартиру.

— Я не хочу, чтобы ты была одна, — грубо ответил Каттер.

— Серьёзно, всё в порядке.

— К тебе же не придет ещё один мужчина, не так ли? — обвинил он резким тоном.

Люси даже не удосужилась ответить, она просто закатила глаза и надула губы.

Он положил палец ей под подбородок, заставляя её взглянуть на него и в его янтарные глаза.

— Послушай меня.

Стальное доминирование в его голосе было поразительным и вызвало у неё почти конвульсии.

— Я хочу быть здесь.

Каттер сделал глубокий, успокаивающий вдох.

— Я люблю тебя, Люси, и я люблю тебя с того момента, как встретил тебя.

Она глубоко вздохнула от его неожиданного признания. Она надеялась, что, по крайней мере, ей удастся услышать речь: «Давай будем друзьями с привилегиями». Она просто предполагала, что в будущем после того, как она будет заниматься этим в течение примерно пяти лет, она будет шантажировать его — или, возможно, свяжет и будет пытать его — прежде, чем она, наконец, получит слово на букву «Л».

— Я тоже тебя люблю, — хмыкнула она.

Каттер наклонился для поцелуя, но дёрнулся, когда она хлопнула его по руке.

— Что за хрень?

— Если ты любишь меня, то какого чертового минигольфа ты убегал от меня?

Её ежиха хотела упасть в обморок прямо в его большие сильные руки, но у Люси было немного больше резерва — правда, совсем немного. Не слишком.

Он ухмыльнулся её выбору слов, прежде чем стал серьёзным.

— Милая, я засранец.

— Ла-а-адно.

Не та реакция, которую Люси ожидала. Она предположила, что он куда-то клонит.

— Ещё до того, как произошёл взрыв, устроенный Марони, я был придурком. Я всё время угрюм и злюсь. Я превращаюсь в козла без промедления, и мне трудно сдерживать свою ярость. Я так часто ходил на курсы по управлению гневом, что знаю их лучше, чем учитель. К тому же у меня есть долбаные ночные кошмары, просыпаясь, пытаюсь задушить людей или выстрелить в стену. Ты бы навредила человеку, которого любишь? Я просто думал, что сделаю тебя несчастной.

«Ух, он невыносим!»

— Ты действительно думаешь, что за прошедший год я не была несчастна?

— Я всё думал, что ты найдёшь кого-то лучше меня, и он сделает тебя счастливой, — сказал Каттер с отвращением, как будто идея о том, что это когда-либо произойдёт, сродни тому, чтобы съесть бургер, сделанный из червей.

— Ну, я никого не нашла и никогда не найду. Я несчастна без тебя, так что с таким же успехом я могу быть несчастной с тобой, хотя не думаю, что буду.

Он посмотрел на неё с сожалением.

— Нет, я тоже не думаю, что ты будешь.

Вау, он полон сюрпризов. Прежде всего, он бросил ей слово на букву «Л» без всякой подсказки, и теперь он признал, что быть вместе не будет равносильно потоплению «Титаника».

— Что заставило тебя передумать?

Каттер начал гладить её по волосам.

— На днях, когда ты разбудила меня ото сна, всей боли и гнева, я просто отпустил это, как только увидел тебя. И когда ты спишь рядом со мной, мне не снятся кошмары. Эти последние пару дней, несмотря ни на что, я действительно просыпался счастливым. Я хочу, чтобы ты была моей парой, и я хочу, чтобы ты знала, что я не лгу, когда говорю, что влюбился в тебя с первой встречи. С прошлого года я даже не смотрел на другую женщину.

Люси нахмурилась.

— Но разве ты не забыл кое-кого?

Каттер приподнял брови.

— Пава-перевёртыш, — сказала она, надеясь, что в голосе не будут слышны эмоции.

Что было нелегко, когда её ум и ежиха автоматически потянулись к слову «шлюха» вместо «павы».

Его лицо потемнело, и она сразу почувствовала досаду, вспомнив об этом и разрушив