Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 1 - Notego

Хм… А ведь кажется, склад использовался как место для тайных встреч главных героев.

Я выудила смутное воспоминание о том, что рассказывала мне подруга.

В этой мельнице нижняя часть потолка открыта, поэтому ночью можно лежать и смотреть, как звезды падают прямо под ноги. Иногда главные герои ложились на кучу соломы и смотрели на звезды.

Но теперь не только звезды, но и небо затянуло едким черным дымом.

Сурен закашлялась:

– Это вредно для вашего здоровья. Идемте внутрь, леди.

– Хорошо.

Я кивнула.

Поскольку Север не баловал зрелищами, сразу же собрались зеваки. Работавшие на кухне дети вышли через боковую дверь и наблюдали, как горит огонь. Служанки, занятые вытряхиванием покрывал, тоже повысовывали головы из окон третьего этажа.

– Вам нравится? Посмотрим еще? – спросила Сурен, заметив, что я не двигаюсь с места. В ее взгляде читалось, что ей самой хотелось задержаться.

Нет… Совсем не весело. Как бы выразиться? Было такое ощущение, будто разрушают хорошо сделанную декорацию.

Я думала, что Деон вернется сюда. Мне казалось, что, даже если события пролога немного изменятся, отправная точка останется той же. Когда я умру, герцог вернется в этот замок с новым источником крови, потому что на этом фоне должна начаться романтика. Однако я и подумать не могла, что некоторые декорации, необходимые для спектакля, просто-напросто сожгут. Деон, похоже, не собирался возвращаться на Север.

Треск.

Послышался грохот, и крыша обвалилась, вызвав град из обломков. Я отвернулась от рухнувшей кучи, объятой пламенем. Кажется, в глаза попала пыль и теперь жгла их.

Стоило мне зажмуриться, как я смогла ясно услышать Север. Смех служанок, раскатистые крики главного повара, лязг доспехов и стук деревянных мечей солдат, а еще…

– Сурен, ты ничего не слышишь?

– О каком звуке вы говорите?

– Таком… cловно кто-то двигается.

Она наклонила голову:

– А может быть, служанки снова вытряхивают одеяла? Сказать им, чтобы они делали это потише?

– Нет, я не об этом.

– Других звуков я не слышу.

– Нет. Стой на месте. Слышно же какой-то тихий писк. Словно птичка щебечет…

Удивленная моими словами, Сурен спросила:

– Что? Рычанию я бы не удивилась. Может, вы ослышались? На Севере нет таких маленьких животных.

Она была права. Мелкие животные не могли жить на Севере. Холод здесь был настолько сильным, что даже хищники, впав в зимнюю спячку, не всегда из нее выходили.

– Леди, похоже, в столице первым делом нужно будет зайти не в кондитерскую, а к лекарю…

Проигнорировав бормотание Сурен, я пошла на звук.

Когда мы пересекли сад, звук стал еще более отчетливым. Сурен, должно быть, тоже его услышала, и ее плечи вздрогнули. Он доносился из оранжереи.

– Неужели… Там ведь не призрак?

Выражение ее лица сделалось очень испуганным. Она всегда и везде шла впереди меня, но тут спряталась за мою спину и заскулила:

– Не ходите… – И тут же схватилась за ленту, завязанную у меня на спине, как за спасательный круг.

Когда я открыла дверь оранжереи, слабо затянутая лента развязалась.

Внутри не было ничего необычного. На прозрачном потолке скопился снег, поэтому солнечный свет сюда почти не проникал, и даже запах отсутствовал, потому что здесь не было цветов.

Однако стол выглядел иначе, чем обычно. Одно из яиц, которые лежали на нем в качестве украшения, укатилось в конец.

Я подобрала их когда-то, закопала в могиле, но забыла взять с собой во время побега. Теперь, когда Витер знал о могиле, мне некуда было деть эти яйца, поэтому я принесла их в оранжерею. Невероятно, но это украшение умудрилось выжить!

В яйце была трещина. И звук шел оттуда.

– У вас отличный слух. Невероятно, что вы это услышали.

– И правда.

Треснутое яйцо покачивалось из стороны в сторону. Мне едва удалось протянуть руку и поймать его, прежде чем оно упало. Вскоре скорлупа сверху отодвинулась в сторону, и существо, которое было внутри, высунуло голову.

Наши взгляды встретились.

Это была птица. Правда, я не назвала бы ее красивой или милой.

Тело без перьев выглядело голым и жестким. А еще оно было насквозь мокрым. Птенец едва вытянул тонкую шею и поднял голову. А затем щелкнул клювом.

– Похоже, он голоден.

Ох, и как быть? У меня нет никаких червей. Я потерла пальцем выступающий клювик. Тогда птенец наклонился к моему пальцу и потерся о него.

– Говорят, птенцы считают первое существо, которое видят, когда открывают глаза, своей матерью. Леди, теперь он будет смотреть только на вас.

Я осторожно накрыла его рукой. Я впервые держала в руке новорожденного птенца. Я не знала, как нужно себя вести.

Думаю, нужно его высушить. Ведь мокрому холодно. Должна ли я подышать на него для этого?

Клюв мелко дрожал. Я даже не знала, свойственно это всем новорожденным птенцам или виной всему был холод.

– Думаю, остальные тоже скоро вылупятся.

Как и сказала Сурен, на других яйцах тоже пошли небольшие трещины.

– Это же… Мокиа, – сказала служанка, глядя на птицу в моей руке.

– Ты их знаешь?

– Только слышала. Но они не встречаются в холодных Северных землях. И они не домашние животные.

– Вот как?

– На моей родине их называют сезонными птицами. Говорят, они умирают всего через один сезон. У них короткая жизнь. Они редко поют, поэтому для декоративного использования не подходят, к тому же живут недолго, поэтому к ним трудно привязаться. По этой же причине их сложно дрессировать. Поэтому их не заводят как домашних животных.

Значит, ты умрешь, прожив только один сезон? Столько же и мне осталось до конца. От этих мыслей мне стало грустно.

– Стоит его просто отпустить?

– Если оставить его в таком холоде, он замерзнет насмерть. Хотя в любом случае недолго проживет.

– И все-таки… Пусть живет.

Я говорила это себе. Желала изменить свою судьбу. Появление этого птенца – уже чудо, может быть, у него получится выжить?

– Такой крошечный, – неосознанно произнесла я. Птенец был таким маленьким, что помещался на ладошке.

– Вы решили взять себе одного? Заберете и его в столицу? – спросила Сурен.

– Думаю, придется.

Похоже, и у меня появился багаж. И весьма милый.

Птенец взмахнул крошечными крылышками. Они еле-еле трепыхались, и это тоже было очень мило.

– Значит, придется подрезать ему крылья?

– Что?

Слова Сурен заставили меня удивленно обернуться. То, что она сказала, было жестоким, но служанка оставалась спокойной.

– Если вы собираетесь перевозить его в клетке, разве не придется это сделать? Он может попытаться взлететь и сильно пораниться. Но если подрезать крылья в молодом возрасте,