Фунт изюма для дракона - Лесана Мун

— Ты что, не видишь, куда идешь? — кричит он мне.

Я с трудом поднимаюсь, едва сдерживаясь, чтобы не ответить ему в том же тоне. Но проблема в том, что нам нельзя привлекать к себе ненужное внимание, а на ругань обязательно соберутся ненужные зрители и кто-то из них обязательно узнает меня.

— Извините, господин, — отвечаю, опуская голову вниз, но все-таки успеваю заметить внезапный заинтересованный взгляд мужских глаз.

Ко мне тут же подбегает Наташа.

— Извините, — влезает, — моя сестра плохо видит. Это моя вина, я ее оставила одну. Мы уже уходим, простите.

В прошлый раз подобная хитрость нам помогла. Но не сейчас. Потому что богато одетый вельможа подходит к нам, берет меня под руку и довольно громко произносит:

— У тебя наверняка кружится голова, залезайте вместе с сестрой ко мне в карету, я вас отвезу, куда скажете.

— Спасибо, господин, — Наташа тянет меня в другую сторону, — но нам недалеко, мы дойдем ногами.

— Я не могу этого позволить! — категоричен мужчина, тянет меня к себе и еще больше повышает голос, отчего возле нас начинает образовываться толпа. — Настаиваю, садитесь в мою карету!

— А я говорю… — продолжает гнуть свою линию Наташа, перетягивая меня, как канат в свою сторону, — мы…

Толпа вокруг нас начинает шуметь, кто-то уже тычет пальцами, кто-то хмурится.

— Мы с радостью принимаем ваше предложение, — говорю я и, цыкнув на внучку, первой залезаю в карету.

С одним мужиком мы вдвоем как-то справимся, а вот с целой толпой горожан, желающих поднять нас на вилы — вряд ли.

Глава 5

Рядом со мной тут же усаживается Наташа, слегка надув губки. Но с этим разберемся позже.

— Трогай! — распоряжается лорд, постучав по крыше кареты, а потом обращает все свое внимание на нас. — Чудные погоды сейчас стоят, неправда ли?

— Мне нет дела до погоды, — сразу пресекаю любые попытки мужчины начать беседу ни о чем. — А вот до того, что вы нас заставили сесть в вашу карету — есть.

— Разве заставил? — нагло ухмыляется лорд. — Насколько я помню, вы сами согласились сесть. По собственной воле.

— Не надо мне лапшу вешать на уши, я сегодня уже ужинала, — отвечаю, не спуская глаз с этого скользкого типа. — Заставить можно по-разному, не всегда нужно для этого применять физическую силу.

Лордик какое-то время препарирует меня взглядом, а потом говорит:

— Может, снимите уже эти ужасные чепцы? Словно с одуванчиком разговариваю, а не с красивой девушкой.

— Нет, не сниму, — отрезаю. — И давайте ближе к делу. Зачем мы вам?

— Ладно… светская беседа не удалась, — притворно вздыхает самодовольный щеголь, снимая несуществующую пылинку с рукава своего камзола. — Перейдем к деловым переговорам. Хотя… сомневаюсь, что они вам понравятся.

— А вы заканчивайте думать вместо нас, — говорю ему. — Позвольте нам самим решать, что нравится, а что — нет.

— А ты заканчивай грубить, девочка, — резко меняет тон лорд. — Я ведь могу быть гораздо менее вежливым, чем сейчас. И ты быстро пожалеешь, что открывала свой милый ротик не по теме. Но вернемся к деловому, так сказать, разговору. Я прекрасно осведомлен, кто вы. И также знаю, что уже все дознаватели и стражи в этом захудалом городишке подняты на уши по вашей вине. Вам сейчас опасно ходить по улицам, по идее, вы должны это понимать. Но, как ни странно, именно там я вас и нашел. В самом опасном месте из всех возможных. В связи с этим у меня закралась мысль, что быть может, вы обе не настолько умны, как о вас говорят?

И смотрит на меня издевательски, хочется плюнуть ему в морду, но сдерживаюсь. Мило улыбаюсь и отвечаю:

— А вы верите всему, что говорят?

— Нет. Поэтому навел о вас справки. И что сказать? Я впечатлен. Список темных дел, в которых вас подозревают, очень обширен. И это только за последние два года, между прочим. Вас разыскивают по всему королевству. Но что самое интересное — строго запрещено малейшее насилие в вашу сторону. Воровки, шпионки, бандитки — и чтобы волосок с ваших голов не упал при поимке. Это что-то новенькое даже для тайной канцелярии, всегда славившейся странными приказами.

Я молчу и внимательно слушаю лордика. Вся информация, которую он так щедро на нас льет — нужная. Мы же не в курсе, куда и в кого попали. Понятно, что мы — криминальные личность, но хотелось бы подробностей. Хоть каких-то.

— Впрочем, мы опять отвлеклись от основной цели разговора. Я хочу сделать вам выгодное предложение.

— Какое? — спрашиваю, прекрасно понимая, что выгодным оно будет только для этого хлыща.

— Я увезу вас отсюда. Со мной вместе вы спокойно пересечете границы королевства и сможете уехать туда, где рука правосудия вас не коснется. В империи Грохан никому не будет до вас дела, вы сможете жить как захотите.

— Это очень щедрое предложение. Поэтому мне интересно — чего вы хотите взамен?

— Все-таки умны, — лорд кривит губы в ухмылке. — Конечно, я предлагаю услугу за услугу. Вы делаете кое-что для меня, а потом я — увожу вас из королевства.

— Какой вид услуги вас интересует?

— На приеме у одного очень влиятельного человека нужно будет пробраться в его кабинет и похитить одну… незначительную бумагу.

— Так уж и незначительную, — вопросительно приподнимаю бровь.

— Большего вам знать не надо, — отрезает лорд.

— Что будет, если нас поймают на месте преступления? — спрашиваю просто ради интереса.

— Сделайте так, чтобы не поймали, — уходит от ответа щеголь.

— И все же?

— Скорее всего, вас казнят, — нехотя, но отвечает лорд.

— Мило. А если мы сейчас откажемся от вашего щедрого предложения?

От моего вопроса, лицо лорда моментально теряет всю свою лощеную рафинированность и аристократическую утонченность: кожа наливается багрянцем, глаза вспыхивают красным огнем, а губы приоткрываются в каком-то мерзком оскале.

— Тогда я прямо сейчас отвезу вас стражам. Но сначала мы посетим один очень убогий, мерзкий притон и вы с сестрой пообщаетесь там с местными! А стражам я скажу, что нашел вас именно в таком виде! И кто мне что сделает?!

С каждой своей новой мерзкой фразой, лорд все больше распаляется, все громче кричит. В какой-то момент это становится невыносимым, и я, выставив руку вперед, кричу ему в ответ:

— Хватит! Прекрати! Затихни уже!

И внезапно наступает тишина. Мы с Наташей переглядываемся, а потом обе недоуменно смотрим на лорда. А тот, отклонившись на спинку сиденья, полулежит