Медведь и единорог - Элизабет Прайс
Её внутренняя единорожка прихорашивалась. Она была просто благодарна, что смогла работать на работе, которую так любила. Делать людей счастливыми было невероятно.
Улыбка застыла на её лице, когда она заметила приближающегося лося-перевёртыша Эрика.
«Пожалуйста, продолжай идти».
Она всегда старалась найти лучшее в каждом. Она долго медитировала и училась контролировать себя до такой степени, что могла сказать, что ни за что не выйдет из себя. Но она боролась, когда дело касалось Эрика.
Он был совладельцем спортзала. Эрик на самом деле там не работал, казалось, что он просто слонялся по спортзалу весь день, каждый день, делая непристойные комментарии о женщинах, расстраивая людей уничижительными замечаниями об их внешности и вообще доставляя ей неудобства.
Он был неприлично груб со всеми, кто не был ни в форме, ни в тонусе. Давая понять, что им не место в его спортзале. Что было нелепо — ведь большинство клиентов тренажёрных залов были людьми, которые пришли, чтобы привести себя в форму, потому что они хотели сбросить несколько фунтов и быть в тонусе.
Эрик был просто засранцем. Не то, что она была легкомысленна, и не то, из-за чего она собиралась выйти из себя, заверила она своего внутреннего зверя.
Но не помогало и то, что Эрик пытался приставать к ней в любой удобный момент с грязными подкатами. Когда он случайно зашёл в женскую раздевалку и загнал её в угол, это был особенно ужасный опыт. Слава богу, Ронда, инструктор по джиу-джитсу, пришла вовремя. Скай была готова дать волю своему внутреннему животному, когда Ронда вытолкнула извращённого лося оттуда. Показывать своего зверя Эрику было последним, чего она хотела.
«Чёрт возьми». Эрик заметил её и направился прямо в её сторону.
Скай поспешно запихнула всё в свой рюкзак.
— Привет, — пророкотал Эрик.
Из одежды на нём была только ухмылка. Его грудь была обнажена, только что натёртая воском и блестела от детского масла, а его нижняя половина, казалось, была залита в пару узких неоново-зелёных шорт. Очертания его мужественности были очень заметными — вызывающими рвоту. Она видела, как многие дамы в спортзале хихикали над его (якобы) мощными причендалами, но не была уверена, хихикают ли они потому, что им это интересно, или потому, что, как и Скай, они находят его трагически смешным.
— Привет, Эрик, — сказала она натянутым дружелюбным голосом.
— Твой последний урок только что закончился?
Он перебросил свои длинные светлые волосы через плечо, и она сжала губы, чтобы не засмеяться. Это был кокетливый приём, используемый многими женщинами, включая Скай, но он не имел такого же эффекта, когда его делал огромный лось-перевёртыш.
— Да, я собираюсь уходить.
Оливия махнула ей в последний раз, когда они с парнем ушли вместе, обняв друг друга и широко улыбаясь. Скай завидовала им и задавалась вопросом, каково было бы, если бы мужчина смотрел на неё так, как будто она была самым важным человеком на земле.
Конечно, Эрику пришлось разрушить её мечты. Он фыркнул — громко и противно.
— Это была одна из твоих учениц?
— Это Оливия, и да, она посещает мои занятия уже пару месяцев. Она готовится к церемонии спаривания.
Оливия пыталась объяснить тонкости церемонии спаривания бобров, которая включала в себя много плавания и какое-то проклятое строительство, чтобы доказать, что пара готова завести детёнышей, но она заблудилась во втором проклятом здании и почему их семьи должны были принести старые предметы мебели на церемонию. Может быть, им нужно было что-то грызть?
— Она тратит твоё время, — усмехнулся Эрик.
— Прости?
— Посмотри на неё — она колобок. Йога тут не поможет. Ей нужно ушить живот.
Её животное яростно топало.
«Не стоит того», — подумала Скай, даже когда её зверь фыркнул на его грубость.
— Я думаю, что она выглядит очень хорошо, такой какая она есть.
Эрик бросил на неё презрительный взгляд.
— Её задница огромна.
Скай поджала губы, когда её животное заскребло копытом по земле.
— Нет, она круглая и пышная, и ей идёт. Женщины бывают всех форм и размеров, и многим мужчинам нравятся пышные женщины.
Прежде чем Скай привыкла к собственному телу, она не возражала бы против нескольких изгибов.
— Многие мужчины считают нормальным выйти из дома с редеющими волосами и пивными животами. Многие мужчины идиоты.
По-видимому, он был так же жесток по отношению к своему полу, как и к женщинам.
— Я не думаю, что редеющие волосы их вина.
Хотя его замечание о волосах вызвало несколько предположительных взглядов на его собственную золотую гриву. Может это парик? Или накладные волосы?
Верхняя губа Эрика скривилась от отвращения.
— Я просто нахожу отвратительным, что уродливым людям позволяют смешиваться с красивыми, такими как мы.
— Возможно, их нужно собрать, и мы могли бы жить в разных частях города, — раздражённо предложила она.
«Что за идиот!»
Его идеально очерченные брови сошлись посередине, и он медленно кивнул.
— Если бы это было так просто.
Чувства юмора тоже нет. Он действительно тот ещё подарочек.
Скай натянула рюкзак. Она не собиралась тратить время на переодевание. Её штаны для йоги и жилет идеально подходили для того, чтобы добраться до дома. Зная её удачу, Эрик всё равно случайно нарочно забредёт к ней в раздевалку.
— Ну, я…
— Я и несколько других тренеров идём выпить. Пойдём с нами, — сказал он слишком властно, чтобы это было вопросом.
— Нет, я не могу.
Эрик нахмурился.
— Почему? — раздражённо спросил он.
— У меня уже есть планы, но спасибо за любезное предложение.
Чёрт, она бы позвонила своему дантисту и потребовала вылечить корневой канал, если бы это означало, что она не будет проводить время с Эриком.
— Хм.
Он нахмурился и заворчал со всей грацией трёхлетнего мальчика, которому после обеда не дали мороженого.
— В другой раз?
— Мм-м хм-м-м.
«После дождичка в четверг или, когда ад замёрзнет».
Эрик пожелал ей спокойной ночи, слегка смягчившись, и, когда он заставил свои грудные мышцы танцевать для неё, она убежала оттуда, прежде чем действительно расхохоталась.
Скай подошла к автобусной остановке и потёрла лоб. Эрик определённо странный. Может быть, ей действительно стоит начать строить планы на свои вечера, чтобы не пришлось
