Тайна надгробия (ЛП) - Шоуолтер Джена

Джейн вскочила с кровати и бросилась к туалетному столику. Не то чтобы она заботилась о том, как выглядит, но, чёрт возьми, ей было не безразлично, как она выглядит! Ладно, внешний вид был не так уж плох. Лучше, чем ожидалось. Волосы почти высохли сами. Тёмные круги под глазами стали чуть менее заметны. Её некогда ярко-красный нос теперь был лишь слегка розовым.

Может, шляпа дополнила бы образ? Нет. Никаких шляп с джинсами. Если Конрад действительно не рассматривался как романтический партнёр, то его мнение и вовсе не имело значения. Гордо подняв голову, Джейн уверенно подошла к двери и распахнула её.

Возможно, она проявила некоторую агрессию, когда рявкнула:

— Что надо?

Конрад наклонил голову в своей фирменной «детективной» манере. Если бы улыбка, которую он пытался сдержать, победила, Джейн бы просто стёрла её с его лица.

Ой. В ней, похоже, ещё бушевал гнев, вызванный болезнью и постельным режимом.

— То есть, чем я могу вам помочь, детектив?

— О, чудесно. Сегодня ты не угрожаешь скормить мне мои же внутренности. — Едва уловимый аромат кедра и специй наполнил пространство между ними. — Тебе, должно быть, уже лучше. Хотя красный нос — милая деталь.

Как он посмел?

— Он розовый!

— И одежда, — добавил Конрад, окидывая Джейн оценивающим взглядом, и она напряглась, готовясь к схватке.

— У меня выходной.

Его взгляд вернулся к её лицу, и новая волна жара прокатилась по её венам.

— И этот голос, который стоит тысячу долларов в час.

— Этот что? — нахмурилась она.

Он явно боролся с улыбкой, проходя внутрь мимо неё, сумка болталась в его пальцах.

Погодите. Неужели он подшучивал над ней? Флиртовал и поддразнивал?

— Я никогда не говорила, что скормлю тебе твои же внутренности. Разве говорила?

— Ещё как говорила, — донёсся его голос из глубины дома. — Дважды.

По крайней мере, он не казался расстроенным этим, скорее, наоборот — излучал ещё больше веселья.

Живые люди — такие странные. Джейн закрыла дверь и пошла за ним; Ролекс, разъярённый тем, что кто-то вошёл в его дом, проследовал за ней по пятам. Они нашли своего гостя на кухне.

Конрад выглядел совершенно непринуждённо, доставая контейнеры из сумки. Джейн не видела мужчину, хозяйничающего на кухне, с тех пор как умер её дедушка Попс.

Джейн резко остановилась, поражённая видом и запахами, осознавая реальность.

— Ты ходил к Дейзи, — выдохнула она. — Её куриный суп с лапшой — волшебное средство от всех бед в мире.

Он вытащил из сумки ложку и положил её поверх контейнера.

— Как ты мне и говорила. Много раз.

О да. Она поморщилась. Затем вспомнила кое-что ещё и сглотнула. Он называл её «лапушкой».

— Просто проясним, ты купил мне куриный суп с лапшой? Именно для меня?

«Лапушка» — так её называли только Фиона и бабушка Лили.

— Это то, о чём ты просила, верно? — Конрад постучал по контейнеру с едой, привлекая её внимание к сколотой столешнице из жёлтого ламината, словно прямиком из 1967 года.

В голову полезли случайные мысли: что он думал о её доме? Где жил он сам? Какие стили в интерьере ему нравились? Неужели она действительно попросила его накормить её? И он согласился?! Она была его «лапушкой» только когда болела или и в здравии тоже? Они поддразнивали друг друга?

В животе запорхали бабочки.

— Спасибо, Конрад. Я потеряла дар речи.

— Не говори так, — подмигнул он ей. По-настоящему подмигнул. — Меня нужно наградить за добрый поступок, а не наказывать.

Эм. Что это было?

Они точно флиртовали. Она ему нравилась, нравилась! Разве нет?

Джейн тряхнула головой, словно шаром с предсказаниями, и в сознании всплыл ответ: «Весьма вероятно».

С бешено колотящимся сердцем она подошла к стойке и села напротив Конрада на один из деревянных стульев с бочкообразной спинкой, наблюдая за его работой. На его предплечьях играли мышцы, но она почти не обращала внимания. Честное слово!

— Что ещё я просила тебя сделать?

А что, если Джейн забыла о действительно ужасных вещах?

Ролекс занял стул справа от неё, злобно поглядывая на Конрада, несмотря на то, что этот мужчина принёс еду.

— Просила? Нет! Ты требовала, чтобы я предоставил тебе свежую информацию по делу. Чтобы спасти мою жизнь, я здесь с информацией. — Он достал из сумки буханку знаменитого сладкого хлеба Дейзи и положил её на разделочную доску — семейную реликвию, которую Джейн хранила на столешнице за блендером. — Вот в чём дело. Я человек, и мне положен обеденный перерыв. Почему бы не съесть его здесь с тобой и не обсудить расследование? Убить двух зайцев одним выстрелом. Всё честно. По большей части. Обещаю, я расскажу тебе столько, сколько смогу.

Суп и информация?

— Да, пожалуйста, и спасибо.

Она протянула руки, и Конрад подвинул её тарелку поближе. Щелчок крышки наполнил комнату аппетитным ароматом бульона из трав и овощей. У неё потекли слюнки.

— Голодна? — спросил он.

— Умираю с голоду. Я и не догадывалась как, до этого момента, — улыбнулась Джейн ему, стараясь не выдать своих чувств. — «Это всего лишь суп».

Пожалуйста. Это значило больше, чем просто суп — для них обоих. Но не должно было.

«Ненавижу это проклятье!»

Снаружи раздался грохот молотка по металлическому ящику с инструментами. Звук напугал её, и она вскрикнула, а через мгновение увидела Бо через окно. Он шёл через двор, его широкие плечи просматривались сквозь тонкие льняные занавески цвета лютиков. Бабушка Лили любила украшать дом цветочными мотивами, соответствуя своему имени. Джейн продолжила эту традицию, добавив фиолетовые безделушки и свечи с ароматом роз.

Бо хлопнул дверцей своего грузовика, явно расстроенный. Почему он уезжал? Они же ещё не успели обсудить двойное свидание.

— Масло? — спросил Конрад.

Джейн вздрогнула, возвращая внимание к нему. Сначала дело — и хлеб, — потом разборки с Бо.

— Да, пожалуйста, — ответила она. — Как и суп Дейзи, масло делает всё лучше.

— Я начинаю верить, что существуют и люди, которые делают всё лучше. — Его взгляд опустился на её губы. — Как думаешь?

Он намекал на неё?

— Эм. Может быть?

Конрад словно встряхнулся, а затем отодвинул свою тарелку супа к другому стулу, обошёл стойку и сел рядом с Джейн.

— О деле. Мы прорабатываем несколько разных версий и мотивов, допрашиваем нескольких подозреваемых.

— О? — Она упёрлась локтями в столешницу, положила подбородок на тыльную сторону ладоней и передразнила его: — Расскажи мне поподробнее.

Он не спешил, тщательно размазывая пластиковым ножом по хлебу сливочное масло из маленькой баночки.

— У доктора была бурная личная жизнь за пределами брака. У многих из этих женщин был партнёр или муж. Кроме того, мы нашли доказательства того, что в последнее время доктор увлёкся поиском сокровищ.

— Значит, мотив — любовь или деньги. — Всё складывалось точно так, как предсказывало её исследование. Она блестяще вела это расследование!

— Мотив — всегда любовь или деньги. Одно из двух.

— Но я не понимаю, какое отношение это имеет к кладбищу. В конце концов, кладбище редко вызывает чувства романтики или алчности.

— Ты бы удивилась, — пробормотал Конрад.

Расследовал ли он другие убийства на кладбище? Или он имел в виду текущую ситуацию?

Резкость в его голосе звучала как-то слишком лично, и Джейн растерялась.

— А сокровища? — продолжила она, опуская ложку в наваристый суп. Пар окутывал воздух, создавая мечтательную дымку. — Всем известно, что кладбище когда-то было разграблено и лишилось всего спрятанного золота. Если только не появились новые слухи?

Что, если кто-то вспомнил о золоте, но забыл о набеге?

Конрад немного помолчал, тихо фыркнул.

— Кто-нибудь упоминал о связи между геральдической лилией, которая появляется по всему городу, и легендами о золоте?

— Нет, — ответила она, вытаращив глаза.

Но была ли связь? Должна была быть. Джейн поклялась бы — да! Точки начали соединяться: геральдическая лилия, связанная с легендами о золоте. Она видела этот символ раньше, или что-то похожее, где-то. Но где? На выставке золота? В архивах семьи? И там, и там? Или ни в одном из этих мест?