Сегодня ты моя - Виктория Рогозина

— М-м, — глухо хмыкнул Тимур. — Надеюсь, она не догадается слишком быстро.

Не успела тишина окончательно опуститься, как в дверь постучали. Чётко, два раза.

— Войдите, — коротко бросил Тимур.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл Геннадий — ровная осанка, лицо каменным, но в глазах — напряжённая готовность.

— Докладывай, — холодно сказал Тимур, даже не повернув головы целиком.

— Пассажиры первого класса полностью проверены, — отчеканил Геннадий. — Личности подтверждены, никаких подозрительных контактов, никаких исчезнувших или поддельных документов. Всё чисто. Кроме того, появилась новая информация: вчера из порта должен был выйти лайнер «Райзен», владельцем компании является Артём Андреевич Силарский. Но по неизвестной причине рейс отменили.

Сергей усмехнулся тихо, почти с усталостью:

— Там, где Силарский, вечно какие-то проблемы.

Тимур медленно отвёл взгляд от картины, нахмурился, будто тень легла на лицо.

Имя Силарского не было просто словом — это был вызов, память о войне, которую никто официально не объявлял. Артём — жёсткий, надменный, с вечно самодовольной ухмылкой, не стеснявшийся того, что возглавляет криминальный клан и что его бизнес держится на крови и страхе. Они пересекались не раз — всегда на грани вот-вот возможной бойни.

— Узнай всё, — тихо, но холодно сказал Тимур, подняв на Геннадия взгляд. — Кто отменил выход «Райзена», где сейчас находится Силарский. И… — лёгкая пауза — …подтвердите или опровергните его связь с продажей людей.

— Сделаю, Тимур Андреевич, — коротко кивнул Геннадий и вышел, почти бесшумно прикрыв дверь.

На некоторое время в кабинете повисла густая тишина. Сергей медленно выдохнул, потёр переносицу пальцами и мрачно проговорил:

— Думаю, ответ мы уже знаем. И он, скорее всего, будет положительным.

Тимур не сразу ответил. Его взгляд снова упал на золотистую слезу на картине, на руку, касающуюся плеча — то ли утешение, то ли ловушка.

— Если это он… — тихо сказал Тимур, почти без эмоций. — Тогда эта игра станет совсем другой.

Сергей кивнул, словно подтверждая, а затем осторожно добавил:

— И если он замешан… значит...Ольга в опасности, он доводит все свои дела до конца.

Тимур немного склонил голову, пальцы сцепились в замок.

— Тем более, — голос его стал твёрдым, — мы доведём это до конца.

И в кабинете снова стало тихо, но теперь тишина была не отдыхом, а предвестником грядущей бури.

Глава 15

Ранним утром палуба была почти пуста — только влажный ветер с моря и далёкий рокот двигателей наполняли пространство густой тишиной. Тимур шагал уверенно, сдержанно, держа смартфон у уха и коротко отвечая на доклады службы безопасности: проверки продолжаются, пассажиры распределены, связь контролируется. Пока — никаких новых данных.

Он остановился возле поручня, глухо выдохнул, бросив взгляд на горизонт, где розоватый рассвет только пробивался сквозь тучную дымку. Закончив разговор, он раздал последние указания и направился к каюте Ольги.

Ожидаемо — за дверью было тихо. Неожиданно — пусто. Кровать аккуратно застелена. Сумка, которую он сам поставил рядом ночью, стояла там же, но владелицы не было. И… Лукерьи — тоже. Мгновение — тишина. Затем лёгкое, едва уловимое напряжение.

Тимур достал смартфон, коротко набрал: «Где вы?». Ответ пришёл почти мгновенно. Короткий. Предельно спокойный. И вызвал у него холодное, неприятное удивление.

Он не стал писать больше. Просто сунул телефон в карман, резко развернулся и быстрым шагом направился по коридору, свернул мимо лестницы, прошёл ресторан — там уже накрывали к завтраку — и остановился у входа в малую столовую, в боковом коридоре.

Лукерья стояла у стены, прислонившись спиной к холодному металлу. На ней был идеально сидящий тёмный костюм, белая рубашка, чёрный галстук узлом у шеи. Чёрные кожаные перчатки — привычно, как часть униформы. Волосы — распущены и убраны на одно плечо, чуть тронуты утренним ветром. На глазах — тёмные очки, скрывающие взгляд, но не выражение уверенности, сдержанной силы. Она выглядела собранно, опасно спокойно. Женщина-лезвие.

— Докладывай, — холодно сказал Тимур, остановившись в шаге от неё.

Лукерья позволила себе еле заметную улыбку уголком губ — настолько краткую, что казалось, её и не было.

— Ольга Еркова, — негромко начала она, — уже нашла себе подработку. Помощник администратора. С утра. Её уже приняли — успела подружиться с персоналом, собрать от них половину слухов по кораблю и трижды порывалась выбросить свой смартфон за борт.

Последнее она сказала с сухим спокойствием, но Тимур уловил едва уловимую нотку иронии. И это... почему-то его развеселило.

— Три раза? — приподнял он бровь.

— После пробуждения она долго проверяла пропущенные звонки и почту, — кивнула Лукерья. — Сообщений не было. Вероятно злость на определенного человека.

На секунду уголок его губ дрогнул. Он отвернулся к полупрозрачным дверям столовой, где среди белых скатертей, подносов и кофейных чашек мелькнула знакомая фигура — Ольга, в форменной жилетке администратора, с блокнотом в руке, что-то записывая и мягко улыбаясь пожилой паре туристов.

Лукерья тихо добавила:

— Приказов не нарушала. Просто наблюдаю.

Тимур молча кивнул. Но внутри — уже знал: эта женщина снова выбрала путь. Не побег. Но не и покорность. Что-то третье. И от этого становилось только интереснее.

Он ещё несколько секунд стоял у стеклянных дверей, наблюдая, как Ольга легко наклоняется к пожилой пассажирке, поправляет папку с маршрутами, благодарит за отзыв. Затем — коротко вдохнул, будто ставя точку, и медленно развернулся. Его шаги эхом разнеслись по пустому утреннему коридору.

В основном зале он столкнулся с администратором — молодым, аккуратно причёсанным парнем в жилете с эмблемой лайнера. Тот тут же выпрямился, прижался к папке с записями и вытянулся почти по стойке «смирно».

— Еркову, — негромко, но твёрдо сказал Тимур Андреевич, — после обеда освободить от обязанностей. И передать ей, что работа для неё найдётся другая.

— Понял… конечно, — быстро кивнул парень, видимо, боясь задавать лишние вопросы.

Тимур чуть скривил губы — то ли улыбка, то ли усмешка — и прошёл мимо. Через стеклянные двери — на палубу. Утренний воздух был прохладным, солёным, ветер срывал с волос капли влажности. Он остановился у поручня, взглянул туда, где вода сходилась с небом.

Интересно. Ольга не растерялась. Спокойно нашла общий язык с персоналом. Быстро добыла деньги. Она не паниковала, не искала покровителя. В случае побега — она бы не пропала, он был в этом уверен.

В его мире женщины выбирали либо не работать вовсе, либо открывать салоны, бутики, студии и реже шли в ресторанный бизнес. Но не таскать подносы и не вставать на рассвете, чтобы полировать бокалы и перебирать счета.

Она