Внимание, разряд - Александра Сергеевна Седова

— Братик, — Алла протягивает руку выше, прижимает ладонь к моему паху. — А если он жив? Прячется где-то, готовит налёт?

Если это так — я буду рад.

Лично прострелю ему башку, а потом с удовольствием зарою в землю. Приглашу на похороны его мать. И прикончу её прямо там, на могиле сына.

— Если он жив, я об этом узнаю, — говорю вслух, спрятав мысли за новым глотком воды.

— Братик, — тон её голоса меняется. Сука дрожит от возбуждения, с усилием гладит мой пах, дышит в ухо.

— Не называй меня так! — срываюсь, отшвыриваю её руку в сторону.

Ненавижу её. Как и всех остальных отпрысков моего отца.

Ей повезло, что она была его падчерицей и не имела кровной связи. Иначе отправилась бы вслед за двумя младшими братьями, которых отцу родила её мать. На кладбище.

— Я видела её, эту врачиху, — с претензией бросает, обиженно отсаживается в сторону. — Ты притащил её сюда, в свой дом!

Припечатываю суку взглядом.

Вздумала сцены ревности устраивать?

Запускаю пальцы в её волосы, провожу по коже головы и с силой сжимаю рыжие пряди. Наклоняю к себе, чтобы лучше слышала:

— Не твоё дело, Алла. Ты жива только потому, что у нас общий враг. Но если продолжишь закатывать истерики…

— Поняла, братик, отпусти, — скулит от боли.

Отпускаю.

— Где ты её видела? — спрашиваю резко.

— Пригласила к себе в гости, — признаётся с испугом, осознав, что совершила нечто непозволительное.

Зацепила меня докторша.

Не знаю чем, но вмазался крепко.

Колготки в моём кармане — как талисман теперь. Ношу с собой на удачу.

— Ещё раз сунешься в мою личную жизнь — отправишься к своей семье! — рявкаю с угрозой. — А сейчас — свободна. Без приглашения больше не появляйся.

— Братик, но я только приехала! — возмущается, всё ещё надеясь на интим.

— Вон пошла! — рычу, как бойцовский пёс, готовый разорвать глотку.

Алла не дура, больше не напрягает. Подбирает сумку и уходит.

Тварь. Такая же тварь, как её покойная мамаша и братья.

Прижимаю большой палец к виску, пытаюсь унять ненависть что пульсирует веной под пальцем. Эта сука всколыхнула воспоминания и одним своим видом напомнила о своей матери. Та тоже была рыжей шлюхой.

Наш отец построил империю в родном городе ещё в 90-х. Задавил конкурентов, подмял власть. Всё, что есть в городе — фабрики, магазины, торговые центры — всё принадлежало ему.

Помимо власти, он любил разных женщин. С моей матерью он познакомился когда мотался по делам в Азербайджан. Она даже русский язык не знала. Он забрал её с собой и поселил в своём доме.

Я был его первым сыном, но на моей матери он так и не женился. Нашёл другую, русскую. Оформил официальный брак. Она родила ему Артёма. Он единственный из всех наследников носит отцовскую фамилию.

Отец всё детство повторял, что мы с Артёмом братья, что должны заботиться друг о друге.

А я его ненавидел. Потому что всё детство видел, как мать рыдала. Как страдала. Как убивалась. Я с ранних лет ненавидел брата и женщину, которая его родила.

В браке с ней он завёл отношения с рыжей танцовщицей. У женщины на тот момент уже была маленькая дочь — Алла. Я радовался, представляя, как страдает его законная жена, зная, что он уезжает к любовнице. Мою душу грели мысли о том, что Артём сходит с ума, когда отец вместо того, чтобы проводить время с ним, покупает подарки совершенно чужой девочке, называя её своей дочкой.

Мать Аллы родила отцу близнецов.

Этих мелких никто из нас всерьёз не воспринимал. У меня по-прежнему был только один брат, только один кровный враг.

Как и у него.

Когда мне было 10, мать умерла.

Причину смерти мне не сообщили, не посчитали нужным. Я винил в этом мать Артёма — она не раз звонила с угрозами, когда напивалась. Обещала порешать нас обоих, если ее муж еще раз к нам наведается.

Тогда отец забрал меня к себе, в свою семью. Заставил жить в одном доме с Артёмом и его шлюхой-мамашей.

Это был ад. Я жил в условиях в которых закаляется сталь.

Законная супруга отца не могла проявлять ко мне неприязнь — боялась. Но каждодневно стравливала нас с братом как бойцовских псов.

Отец учил нас драться, учил стрелять. Учил вести дела, надеясь, что в будущем мы с Артемом плечом к плечу продолжим держать власть в городе.

Как же мы с братом друг друга ненавидели.

Я знал, что наступит момент, когда отца не станет. Я копил силы и злость.

И вот, пару месяцев назад случился теракт в торговом центре. Отец был там. Я уверен, что теракт был прикрытием. Настоящей целью было убрать Игоря Стальнова. Уже давно ходили слухи, что в наш город заявились бандиты из столицы — серьёзные люди, под покровительством государства.

Как только отца не стало, началась бойня. Кровавое месиво, похлеще Куликовской битвы.

Помимо дележа «наследства» с братом, приходится нагибать приезжих, которые вторглись на мою территорию, убив отца.

Артём выпрыгнул, заявил о своём желании бороться за власть, хотя в его положении следовало зарыться в бетон, сохраниться под дорожной пылью и не высовываться.

Меня выбрали. Несмотря на то что он — законный наследник. На моей стороне генеральный прокурор и мэр города. А Артём…

Он всегда был слабохарактерным, жалостливым. Помню, как ныл, что ему жаль убивать оленей на охоте. Отец злился на него, а я с улыбкой на лице доказывал отцу, что я лучше, хладнокровно расстреливая рогатых.

Попадая в глаз с двухсот метров.

После теракта Алла быстро смекнула, что к чему. Эта сука застрелила свою мать и младших братьев, пока те спали, желая помочь мне избавиться от проблемы в их лице.

Больная женская любовь во всём своём проявлении. Она с детства бегала за мной, хотя была мелкой, уже готова была предложить своё тело и делать всё, что я скажу.

Поэтому слова о том, что она приглашала Риту в гости, могли означать всё что угодно.

Я залип на неё, когда искал всю информацию про теракт в сети и случайно наткнулся на её интервью.

Не знаю, что меня впечатлило.

Может, взгляд — глубокий, чарующий. Может, то, что она готова рисковать жизнью ради спасения других.

А может, то, что, когда я учился убивать, она училась спасать.

Нужно наведаться к