Клянусь ненавидеть - Саша Кей

Когда откровенно говорю, что отношения мне на хер не сдались, я – мудак.

А когда ненагулявшиеся выходят замуж и изменяют направо и налево, это как назвать?

И ладно бы ей необходимо было замуж?

Кира мне что-то нудила после очередного сеанса у своей докторши, что это связано с потребностью во внимании…

Бесит эта лживая заумь. Если Киру послушать, так я себя так веду, потому что боюсь оказаться ненужным и поэтому отталкиваю людей заранее.

А по мне просто Ларка шлюха. И всё.

Как и большинство девок.

И я тут ни при чём.

Далеко ходить не надо.

Все няньки, которые у нас работали, подруги Киры, секретарша отца.

Я ровно отношусь к слабым на передок. Натуру никуда не денешь, но меня буквально выворачивает от их лицемерия. Хочется, каждую ткнуть мордой.

Особенно Лисицыну.

Да, собственно, зачем себе отказывать?

– Пошли, – протягиваю я руку Лариске.

– Но я ещё не допила… – вякает она.

– Ты подвалила пить или трахаться?

Закатывает глаза с выражением: «Ну ты скажешь», слезает с барного стула и цепляется за мой локоть.

Вспоминается полный ненависти взгляд Таи.

Ничего. Скоро ты тоже будешь смотреть на меня как на Беса

Глава 26. Тая

«… помочь тебе? Сказать Бесу, что ты по нему течёшь. Вдруг он из жалости тебя трахнет? Благотворительно, так сказать…»

Сердце разрывается от жестоких слов.

И ужаса, что Архипов реально может что-то такое зарядить Беснову.

До сих пор в физическом плане он ходил по краю, но по моей психике он проехался на бронетранспортёре. И у меня нет ни единого сомнения, что ради прикола он опустит меня в глазах Саши.

Нет, ну какое же он чудовище!

Как его земля носит?

Меня колотит. Несусь, не разбирая дороги, рискуя опять попасть под машину, потому что в глазах слезы, ещё и ветер не даёт толком сморгнуть.

Но мне надо скорее убраться с этой чёртовой парковки, потому что моя выдержка небезграничная.

Я чуть прямо на месте не разревелась.

Это было бы слишком – плакать на потеху Вику.

Архипов – скот.

Бездушная тварь.

Мало того что он раз за разом вытирает об меня ноги, он ещё и мои чувства втаптывает в грязь. Так может поступать только человек, который сам ни к кому ничего не испытывал никогда.

Словно сам факт того, что кто-то может быть в кого-то влюблён его выводит из себя.

Кусок отмороженного дерьма.

Я пытаюсь накрутить себя и разозлить, как тогда в раздевалке. Именно злость помогла мне выдержать очередные издёвки. А Вик знает, куда бить, чтобы было больно. Профессионал. Ищет слабину, только понять не могу, почему он ко мне прицепился.

Ну бешу я его. Чего его тянет, как магнитом? У меня на лице написано «Девочка для битья»?

Если бы он САМ – никто его не тащил – не явился в раздевалку, САМ не припёрся ко мне домой, САМ не подошёл ко мне у бара, САМ не попытался меня унизить у Киры дома, вообще этого кошмара не было.

Вся эта жуткая цепочка состоит только из моей бесхребетности и желания помочь и Архиповского стремления причинять боль.

Просто на ровном месте уничтожает меня каждый раз.

И каждый раз мне стоит титанических усилий не показать ему, что ему удаётся добраться до самого нутра.

И сегодняшняя встреча с Сашей. Это и так было больно, но Вик будто специально всё вываливает в грязи, оставляет на всём свой отпечаток. Если бы не его выходки, я бы просто сохранила эти моменты в душе.

Я не так часто вижу Беснова, и каждая его улыбка как подарок. А сегодня он был рядом, прикасался, разговаривал со мной. Я в курсе, что шансов у меня нет, но это же такое чистое и светлое чувство.

Было.

Теперь стоит мне подумать о Саше, как чёрной тенью тут же над головой возникает образ Архипова, который всё осмеивает, опошляет, издевается…

Будто то, что я испытываю – моя вина, и оно стыдное, грязное.

Будь ты проклят, Виктор Архипов.

До дома я добираюсь только с одним желанием, опять закуклиться и никого не видеть, чтобы зализать свои раны и растоптанные чувства.

Но вселенная опять безжалостна.

Катя опять снимает свои ролики. Натащила тряпок из магазинов и теперь делает контент, тщательно убирая несрезанные ценники из кадра, чтобы завтра вещи можно было сдать их обратно.

Я надеюсь отсидеться у себя в комнате, потому что меня не только раздражают заученные фразочки, смысл которых теряется, стоит только хоть ненадолго в них вдуматься, но и отсутствует желание принимать во всём этом участия.

А подруга постарается припахать меня или к съёмке, или в качестве удачно оттеняющего её фона. Знаем, уже проходили.

Лучше бы посуду помыла.

И вот вроде бы присоединиться к Кате – хороший способ отвлечься от сегодняшних событий, перестать прокручивать их в голове, но я почему-то испытываю испанский стыд, когда она начинает позиционировать себя как «Дубай-модель», «Эстетик-богиню» и коуча по женской привлекательности.

Мало того что всё это отдаёт какими-то потугами на эскорт, так и в Дубае Катя была всего один раз, они с её другой подругой, тоже «гуру по мощной энергетике и ретритам», сняли красивую квартиру на сутки, чтобы наснимать Тик-токов, и… деньги кончились.

Хотя Катин папа, который когда-то ушёл из семьи и теперь чувствовал по этому поводу вину, дал на поездку достаточно.

Увы, кавалеры и шейхи почему-то не повалили сразу к девчонкам, чтобы сложить к их ногам все сокровища, и, вернувшись на родину, Катя звонила из аэропорта, чтобы я скинула им с подругой денег на такси.

Так что я боюсь просто не совладать с лицом в кадре, когда она начнёт вещать, что главное назначение женщины – вдохновлять и быть «изобильной кошечкой», и деньги сами потекут рекой…

После десятого стука в дверь комнаты и просьб посмотреть не поехали ли фильтры с видео, я не выдерживаю и сваливаю.

В кампус, в читальный зал универской библиотеки.

Благословенное место, где тихо.

А мама ещё удивляется, почему я столько времени уделяю учёбе.

Вот не зря она качала головой, когда я объявила ей, что буду жить отдельно. Надо ей позвонить перед сном. Признаваться, что я была слишком