Развод на закуску - Лия Латте
Кондитер превзошел сам себя, добавив изящные арабески и помпезные узоры в стиле барокко, которые спиралью уходили к самой вершине. Эти орнаменты были пугающе анатомичными, но при этом мастерски замаскированы под изгибы античного фонтана. Золотая лепнина подчеркивала рельеф конструкции, придавая ей статусность, которая должна была польстить тщеславию Галины Викторовны.
Венцом композиции служила застывшая струя из прозрачной карамели, которая каскадом ниспадала вниз, переливаясь в свете ламп. Это выглядело как триумфальный поток воды, но общие пропорции, характерное расширение у основания и общая направленность всей этой золоченой и кружевной мощи не оставляли места для сомнений. Это был огромный, помпезный член, мимикрирующий под шедевр архитектуры.
— Боже, Ксю… — Таша первой нарушила тишину, прикрыв рот ладонью, чтобы не рассмеяться в голос. — Это… это гениально. За всеми этими арабесками и кружевом он настолько откровенен, что никто из этих святош не посмеет произнести вслух то, что видит. Их собственное «воспитание» станет для них ловушкой. Чем дороже декор, тем неприличнее подтекст.
Я смотрела на это сахарное безумие и во мне поднималась волна мстительного озорства. Задумка удалась на сто процентов. Люди будут смотреть на него и видеть истину, но вслух назовут его «невероятным произведением искусства».
Не удержавшись и поддавшись какому-то импульсу, я сделала несколько фотографий и отправила их Роберту.
«Подарок для „дорогой“ свекрови от „любящей“ невестки» — подписала фотографии.
— На кухню его, — скомандовала я подошедшему администратору. — И передайте шефу, чтобы подавали строго в конце и по моей команде, как грандиозный финал помпезного празднества. Никаких предварительных просмотров!
Администратор, подавляя двусмысленную ухмылку, кивнул. Кулинарное оружие было на позиции.
Ровно в семь к ресторану начали съезжаться гости. Я стояла в центре зала, спиной к главному входу, делая вид, что проверяю меню. Наконец, двери распахнулись, и в зал величественно, словно на коронацию, вплыла Галина Викторовна. Она была в своем любимом жемчужном костюме, с выражением лица, транслирующим принадлежность к высшему сословию.
— Ксения! Почему я не вижу тебя у входа⁈ — её резкий голос заставил нескольких гостей обернуться.
Я медленно, очень медленно повернулась к ней.
Свекровь замерла. Её глаза расширились, а рука, сжимавшая маленькую сумочку, мелко дрогнула. Она ожидала увидеть поникшую «мышь» в закрытом сером платье, а увидела сияющую, красивую женщину в роскошном шелке, который при каждом движении подчеркивал всё, что она требовала скрыть.
— Добрый вечер, Галина Викторовна, — я улыбнулась ей самой своей лучезарной и фальшивой улыбкой. — С юбилеем!
Свекровь подлетела ко мне, обдав облаком тяжелого парфюма.
— Ты что себе позволяешь⁈ — прошипела она мне в самое ухо, её лицо исказилось от ярости. — Где платье, которое подарил тебе Сергей? Что это за бордельный прикид⁈ Немедленно иди в гардероб и накинь что-нибудь, ты позоришь нашу фамилию!
Я открыла было рот, чтобы ответить, но тут вперед выступила Таша. Она возникла рядом с нами как по волшебству, держа в руке бокал шампанского и сияя самой невинной из своих улыбок.
— Ой, Галина Викторовна, не ругайте Ксюшу! — защебетала она, фамильярно схватив свекровь под локоть. — Произошла сущая катастрофа! Ксения так старалась, так спешила вовремя доставить ваш роскошный подарок от ненаглядного Сереженьки, что по неосторожности зацепила этим… серым мешком за край ящика. Платье — в клочья!
Свекровь поперхнулась воздухом, а Таша, не давая ей вставить ни слова, продолжала:
— Нам пришлось принимать экстренное решение. Это платье мой подарок Ксюше, и я настояла, чтобы она его надела. Согласитесь, не могла же она встречать ваших гостей в рваных лохмотьях? Это же позор!Сергей так просил её выглядеть сегодня особенно… Вот она и старается.
Я перехватила ледяной взгляд свекрови, продолжая улыбаться для гостей.
— Да, Галина Викторовна, — подтвердила я, понизив голос. — Пришлось срочно переодеваться…
— Ты… ты за это ответишь, — прохрипела она, задыхаясь от собственной злобы.
Но в этот момент к ней подошла её главная конкурентка по «светскому клубу», Маргарита Львовна, и свекрови пришлось мгновенно натянуть на лицо маску благодетели.
— Галочка, дорогая! — пропела Маргарита, впиваясь взглядом в мой наряд. — Какая у тебя эффектная невестка! Наконец-то ты разрешила девочке показать свою красоту. Изумительный вкус!
Галина Викторовна лишь судорожно сглотнула, не в силах возразить под прицелом чужих глаз. Шоу официально началось, но меня отвлек телефон. Пришло сообщение.
Роберт: «Я обязан увидеть этот „шедевр“ в живую! Во сколько его будут подавать⁈»
Глава 23
Зал ресторана «Монте-Карло» напоминал муравейник, где вместо насекомых копошились дамы в дорогих платьях и мужчины в накрахмаленных воротничках. Плавно перемещаясь между гостями, я ловила на себе десятки взглядов. Это было непривычно. Раньше на этих мероприятиях я была лишь дополнением к Сергею, блеклым фоном, на который никто не обращал внимания. Сегодня всё изменилось.
— Ксения, дорогая, вы просто ослепительны! — Маргарита Львовна, та самая «злейшая подруга» свекрови, бесцеремонно преградила мне путь. — Этот цвет… он делает вас похожей на драгоценный камень. Где же ваш супруг? Неужели он оставил такую красоту в одиночестве?
— Сергей весь в делах, Маргарита Львовна, — я слегка склонила голову, чувствуя обжигающий взгляд свекрови. — Строит будущее, не покладая рук.
— Мой сын — человек исключительного трудолюбия! — Галина Викторовна материализовалась рядом, её голос звенел от плохо скрываемого напряжения. — Он взял на себя огромную ответственность, пока другие… — она многозначительно окинула взглядом мою открытую спину, — позволяют себе излишнюю вольность в поведении и нарядах.
Гости вокруг одобрительно закивали, хотя в их глазах читалось явное неодобрение. Оставлять жену одну на семейном торжестве в этом кругу считалось дурным тоном.
— Ну что вы, Галочка, — пропела Маргарита Львовна, ехидно прищурившись. — Сейчас другие времена. Мужчины работают, а женщины должны цвести. И Ксения сегодня цветет как никогда. Правда, странно, что Сергей не нашел и часа для матери… Видимо, объект действительно очень важный.
Я не сдержала смешок, но постаралась замаскировать его под кашель. Галина Викторовна лишь плотнее сжала челюсти. Было видно как по шее свекрови пошли красные пятна. Первый признак того, что её идеальный фасад начал трещать. Она лишь фыркнула и пошла в глубь зала, общаться
