Золушка для Короля - Зоя Берг
Лист выпадает у меня из рук. Комната начинает кружиться, и я понимаю, что падаю в обморок.
С одной только мыслью - «он мой брат…».
Дорогие мои читатели, буду очень благодарна, если поделитесь впечатлением от Третьей части книги в комментариях :) А впереди Часть четверая - "Семейные тайны". Скоро все тайное станет явным :) До встречи в следующей проде!Часть 4. Тайны. Глава 1. Она
«Господи, какое счастье что я с ним так и не переспала!», - единственная мысль, которая меня хоть как-то утешала в этом аду.
Я сижу на старом деревянном стуле у окна, обхватив коленки руками, и смотрю, как по стеклу стекают капли дождя. Осень пришла неожиданно - вчера еще ярко светило солнце, а сегодня уже льет как из ведра. За домом - сад. Старый, запущенный, но все еще живой. Красные яблоки на ветках красиво гармонируют с желтыми листьями.
Мне здесь спокойно. Тихо. Никто не звонит. Никто не требует объяснений. Никто не смотрит на меня с болью, надеждой или разочарованием.
Только я. И мои мысли.
Они приходят каждый вечер, когда солнце садится за гору, а в доме становится прохладно. Я заворачиваюсь в плед, который связала баба Лена, и вспоминаю тот день. Тот самый. Когда мир рухнул.
Все началось с листа бумаги. Простого, белого, с черными буквами. С ДНК-тестом. С двумя именами: моим - Светлана Никишина . И его - Олег Николаевич Королев. С вероятностью 99,9%.
Я помню, как пальцы задрожали. Как сердце перестало биться. Как ком подкатил к горлу и перекрыл дыхание. Я помню, как Егор заглянул через плечо, прочитал… и побледнел. Его лицо исказилось так, будто ему в сердце воткнули нож. Он хотел что-то сказать - я видела это по его губам, по глазам, полным отчаяния. Но он просто молчал. А я… я упала.
Не в обморок. Не совсем. Просто провалилась внутрь себя. В ту самую бездну, где нет ни времени, ни пространства, ни логики. Только холод.
Егор подхватил меня. Отнес на диван. Выгнал Вику - я слышала, как он рявкнул: «Убирайся! И если хоть раз попробуешь приблизиться к ней - я тебя уничтожу». Потом вернулся ко мне, опустился на колени, взял мои руки в свои и сказал:
- Это не правда. Мы проверим еще раз. Это ошибка. Это подделка. Это месть. Что угодно, но не правда. Ты слышишь? Не правда!
Но я уже не слышала. Я уже поверила.
Почему? Не знаю. Может, потому что внутри кто-то настойчиво шептал и шептал: «Слишком красиво, чтобы быть настоящим». А может, потому что я устала быть пешкой в чужих играх. Или просто потому что Вика смотрела на меня не с торжеством, а с жалостью. И в этой жалости была вся правда мира.
Я попросила его сходить в аптеку. Сказала, что мне плохо, что голова раскалывается, что сердце выскакивает из груди. Он посмотрел на меня, а потом кивнул и вышел. Я услышала, как захлопнулась дверь. И тогда…
Тогда я встала. Быстро. Решительно. Без слез. Без колебаний.
Я забежала домой - в ту квартиру, где еще недавно жила с человеком, которого считала отцом, а теперь не знала, кем он был вообще. Собрала чемодан. Не думая. Джинсы, футболки, кроссовки, паспорт. И вышла из дома больше не оглядывалась.
В банке перевела на свой счет деньги, которые Стас оставил. Те самые, что должны были стать моим «черным днем». Они ими и стали - «черным днем» моего побега.
В аэропорту купила билет в Новороссийск. Почему туда? Да просто это был самый ближайший рейс. А еще я подумала, что море это может быть и неплохо. Юг. Тепло. Где-то далеко от Москвы, от особняков, от свадебных платьев и от… него.
Телефон разрывался. Я видела его имя на экране, но не отвечала. Не читала сообщения. Просто скидывала вызовы. Потому что знала: стоит мне услышать его голос - и я останусь. А я не могла остаться. Не после того, что узнала.
В Новороссийске я провела три дня. Жила в дешевой гостинице у порта. Каждый день ходила к морю. Смотрела на волны. Они были серыми. Хотя, может, это было только во мне. Все вокруг стало серым. Даже солнце казалось бледным, как будто тоже оплакивало мою жизнь.
А потом я пошла на рынок. Хотела купить фруктов - хоть что-то живое, настоящее. Там встретила ее. Бабу Лену. Высокую, прямую, с седыми косами и глазами, в которых светилась добрая строгость. Она продавала домашние яйца, мед и варенье из абрикосов. Увидела, как я смотрю на яблоки, и вдруг спросила:
- Девочка, ты что, сбежала?
Я не ответила. Просто кивнула.
Она прищурилась, оглядела меня с ног до головы, а потом протянула пакет с фруктами.
- Возьми, поешь. А хочешь - поехали ко мне. Дом большой, а я одна. Денег не надо. По хозяйству поможешь - и сочтемся.
Я не раздумывала. Сказала «да».
И вот уже две недели я живу в этом деревянном домике на окраине маленькой деревни. Утро начинаю с кормления кур, днем помогаю бабе Лене в саду или варю варенье, вечером читаю книги, которые она собирала всю жизнь. Иногда мы сидим на крыльце, пьем чай из самовара и молчим. Но это не тягостное молчание. Это - понимание.
Она ни разу не спросила, кто я. Откуда. Почему одна. Просто приняла. Как родную.
А я… я все еще не знаю, что делать дальше.
Жить здесь? Навсегда? Или однажды собрать чемодан и уехать снова? Может, в другой город. Может, в другую страну. Может, просто в другую жизнь.
Но пока я остаюсь. Потому что здесь я не «невеста Королева». Не «падчерица Стаса». Не «сестра Егора».
Здесь я просто Ланка.
И этого достаточно.
Хотя… нет. Не достаточно.
Потому что ночью, когда все спит, я ловлю себя на том, что вспоминаю его. Его голос. Его руки. Его поцелуй. Тот, что был перед тем, как все рухнуло. Тот, в котором была не страсть, а любовь. Настоящая.
