Лейк - Мишель Хёрд

— Не думаю, что сейчас время играть в гольф, — замечает Мейсон.

Когда мы отходим достаточно далеко, я оглядываюсь и достаю телефон.

— Я отправляю вам аудиозапись на случай, если с моим телефоном что-то случится.

— Аудиозапись? — переспрашивает Фэлкон.

— Это мой способ сказать «спасибо» за то, что ты всегда меня защищал, — говорю я Фэлкону, а затем смотрю на Мейсона, — и за то, что ты всегда прикрывал мне спину.

Мейсон бросает на меня вопросительный взгляд, и когда сообщение высвечивается у него на экране, он нажимает «плей». Я наклоняюсь и перематываю в конец.

— Вот самая важная часть.

...Да, достань пирог или что угодно с клубникой. Сделай так, чтобы девчонка Шепард это съела. Желательно, когда она будет одна, чтобы никто не успел отвезти её в больницу снова. На этот раз всё должно сработать. Если бы я только могла так же легко избавиться от Стефани. В один прекрасный день у меня может кончиться терпение, и я просто перееду её на своем "Роллс-Ройсе". Несчастные случаи в наше время случаются так часто.

— Твою мать, Лейк, — выдыхает Мейсон.

— Это же чистосердечное признание, да? — спрашивает Фэлкон.

— У нас не только признание в прошлом преступлении, но и планирование убийства в будущем, — добавляю я. — За такое светят серьезные сроки.

Я вижу, как до Фэлкона доходит смысл услышанного, и он шепчет: — Она за это заплатит.

Я встречаюсь взглядом с Мейсоном.

— Это также значит, что у Серены больше нет шанса выйти сухой из воды.

Мейсон качает головой и закрывает глаза.

— Ты хоть понимаешь, что ты сделал? — Он бросается вперед и крепко обнимает меня за шею. — Спасибо. Ты помог мне сдержать обещание, данное Кингсли. Спасибо.

Фэлкон обнимает меня сзади, и я бормочу: — Если нас кто-то увидит, они точно поймут всё неправильно.

— Да неужели? — смеется Мейсон. — Может, мне еще тазом начать двигать для пущего эффекта?

— Только попробуй, — ворчу я, отпихивая его.

— Уже вижу завтрашние заголовки: «Насколько близко — это чересчур близко? Тройничок от "CRC" на поле для гольфа».

Фэлкон хохочет, и, приобняв меня за плечи, мы идем обратно.

— Черт, мы отличная команда, — бормочет Мейсон.

— У меня есть идея для нашего нового пакта, — говорю я.

— Да? Ну, выкладывай, — отвечает Фэлкон.

— Если мы когда-нибудь разойдемся, я вам обоим задницы надеру, — внезапно ворчит Мейсон.

— В этом и была суть того, что я хотел сказать, — смеюсь я.

Вернувшись на прием, я вижу, что отец танцует с Ли. Я подхожу к маме и протягиваю ей руку. Она изящно поднимается. Мы выходим на танцпол, я обнимаю её, а она кладет руку в мою ладонь. Присмотревшись к ней, я замечаю, что она как будто стала ниже.

— Ты что, уменьшаешься? — спрашиваю я.

— Лейк, ты никогда не будешь слишком взрослым для подзатыльника, — предупреждает она, но тут же расплывается в улыбке. — Просто сегодня на мне каблуки всего в три дюйма.

Я усмехаюсь и прижимаю её чуть крепче.

Она переносит руку с моего плеча на щеку.

— Сколько бы лет тебе ни было, и сколько бы у тебя ни было своих детей, ты всегда будешь моим прекрасным маленьким мальчиком.

Я останавливаюсь и обнимаю её обеими руками.

— Я так горд быть твоим сыном, — шепчу я. — Я люблю тебя, мам.

— Слава богу, я накрасилась водостойкой тушью, — шмыгает она носом, уткнувшись мне в грудь.

Рядом останавливаются папа с Ли.

— Давайте меняться. Хочу потанцевать со своей сексуальной женой.

— Пап, ты наносишь мне психологическую травму, — ворчу я, отпуская маму и забирая руку Ли.

Папа играет бровями, глядя на маму: — Эй, детка, не хочешь поехать ко мне сегодня вечером?

— Ашер, ты хочешь уйти отсюда сегодня на своих двоих? — отчитывает его мама. — Еще раз назовешь меня «деткой» — проверим.

Музыка смолкает, и в тишине начинает звонить телефон Кингсли.

«Твой папочка звонит, он тебе все уши прожужжит...» (рингтон)

— О черт, — шипит она, судорожно копаясь в сумке.

«Твой папочка звонит, будет только бла-бла-бла-бла-бла...» Я взрываюсь от хохота, когда она просто вываливает всё содержимое сумки на стол, и конфеты разлетаются во все стороны. Наконец она находит телефон и отвечает елейным голосом: — Приветик, папочка!

— С вами не соскучишься, — бормочу я, снова переводя всё внимание на Ли. — Иди сюда.

Я притягиваю её к себе, и мы просто покачиваемся в такт музыке.

ГЛАВА 22

ЛЕЙК

По дороге в отель я замечаю, что Ли становится всё тише, пока не замирает, молча глядя прямо перед собой.

Прежде чем она совсем перестанет дышать, я говорю: — Расслабься, сегодня ничего не произойдет.

Она резко поворачивается ко мне: — Почему?

— Я не хочу, чтобы ты чувствовала давление. То, что мы поженились, не значит, что мы обязаны заняться сексом немедленно. Пусть всё произойдет само собой.

— Хорошо, — шепчет она, и в её позе появляется больше расслабленности.

Зная, насколько она сдержанна, я задаюсь вопросом: нет ли у нее вопросов, которые она боится задать из-за смущения.

— И раз уж мы теперь женаты, — начинаю я, стараясь подобрать слова, чтобы это не звучало неловко, — ты же знаешь, что можешь спрашивать меня о чем угодно?

Она кивает, улыбаясь, и снова переводит взгляд на дорогу.

— Так у тебя нет никаких вопросов об интимной близости? — пробую я еще раз.

В этот раз она не смотрит на меня. Вместо этого она прижимает пальцы к пылающей щеке.

— Это слишком неловко, — шепчет она.

Я накрываю её руки, лежащие на коленях, своей ладонью и слегка сжимаю их, после чего возвращаю руку на руль.

— Всё в порядке. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя неуютно.

Спустя некоторое время она шепчет: — А это будет больно?

Я изучил немало информации по этой теме, за что сейчас очень себе благодарен.

— У всех по-разному. Если... — Черт, как бы это сказать? — Если твое тело... хорошо подготовлено, боли быть не должно. Может быть лишь небольшой дискомфорт в самом начале.

— Правда? —