Головная боль майора Стрельцова - Эллин Ти
Эта мысль внезапно спускает меня с небес на землю и я только сейчас понимаю, что будучи в одном купальнике прижимаюсь к этой невероятной спине такого же невероятного мужчины. Она настолько широкая, что я тоже, своего рода, на матрасе. Как и Бетти.
Мы плаваем молча, малышка вообще спит на солнышке, развалившись на своей королевской лежанке. Миша просто катает меня, а потом вдруг делает какой-то маневр, что я даже не успеваю понять, как оказываюсь…
К нему лицом.
И машинально обвиваю его ногами, потому что от одного понимания, что я не почувствую ногами дна, у меня начинается паника. Я не боюсь воды, но глубина меня пугает.
И… боже. Эта поза! Он в шортах, я в купальнике. Буквально мы практически голые. И мы лицом к лицу. И я обнимаю его ногами. И руками. И…
Я вижу, что он смотрит на мои губы. И пропади все пропадом, но я не могу отвести своих глаз от его губ.
В голове звучит только одна фраза “целуйцелуйцелуй”. Он медлит, а я, кажется, схожу с ума от этого. Мне еще никогда в жизни не хотелось целоваться так, как сейчас с ним, и…
Боже!
Он не подводит. Наклоняется и захватывает мои губы в плен своих. И целуется он просто восхитительно, конечно же! И делает это так напористо, что я сдаюсь без боя, спокойно впуская его язык в свой рот и отплачивая ему тем же.
Это не похоже ни на что. На взрыв вулкана! Это… Это что-то очень новое для нас. Такие напоры, такая страсть. Мы ступаем на неизведанную территорию и мне чертовски сильно нравится это. Я прижимаюсь ближе и слышу, как невольно пару раз стону в поцелуй.
Невероятно!
А Миша распускает руки. Ведет ими по спине, сжимает талию, ниже — по бедрам, а дальше сжимает ягодицы и в ту же секунду рычит в поцелуй, отчего жар внутри меня разливается только сильнее.
Мы как обезумевшие целуемся в паре десятков метров от толпы наших коллег, но мне впервые в жизни вообще настолько плевать на то, кто что может сказать. Я, может, впервые в жизни вообще счастлива!
Именно поэтому не убираю руки Михаила, а только сильнее прижимаюсь к нему, чувствуя бедром его каменный… упс.
Глава 28. Миша
Желание утащить Катю к себе домой с этого чертового пикника и не отпускать оттуда никогда примерно бешеное, но я все еще пытаюсь оставаться в своем уме и понимаю, что это вообще не вариант.
У нас, вроде как, только-только произошел первый поцелуй, рановато еще для таких широких шагов. Хотя мне все равно! Я хоть сейчас готов с кольцом и на одно колено, но вряд ли она оценит. Катя никогда никуда не хочет торопиться, это я уже уяснил, поэтому пытаюсь настроить себя на терпение. Еще немного терпения…
Хотя после этих сумасшедших поцелуев в озере какое вообще нахрен может быть терпение? Чуть не лопнул. Пришлось еще десять минут плавать и не трогать Катю, чтобы не стыдно было выйти к коллегам. А то со стояком в мокрых шортах при дамах как-то ну не совсем прилично! Мой стояк для Кати. А она все почувствовала, так что достаточно.
И ох бля… Как она почувствовала! Прижалась, застонала, я чуть не опозорился и прямо там не кончил. Слишком горячая, нельзя быть такой и просто сносить мне крышу.
А теперь мы снова сидим на берегу. Я ем шашлык, Катя под боком лопает арбуз (питается как кролик, честное слово, но я смог заставить съесть пару кусков мяса), Бетти спит в ногах у Кати. Хорошо так… Не могу удержаться и постоянно чмокаю Катю, как сопливый влюбленный подросток, но иначе у меня не выходит, да и не стыдно. С ней ничего не стыдно, если честно. И любить вот так открыто даже гордо.
А еще пипец как приятно, что Катя позволяет демонстрировать чувства. Хотя после наших поцелуев в озере… Не, мы конечно отплыли подальше, но не то чтобы прям скрывались. Все глазастые точно заметили, а тут все глазастые. Половина неженатых теперь смотрит волком на меня, завидуют. Мужики, да я сам себе завидую! Я думал, она никогда не сдастся мне! И хоть пока до финиша далеко, мы уже на верном пути.
— Ну что, Стрельцов, — вдруг привлекает к нам внимание Степаныч, — когда свадьба?
Я слышу, как Катя давится арбузом и немного покашливает. Вот баран, а. Я тут аккуратно стараюсь, чтобы не давить и не спугнуть, а он напрямую такие вопросы задает!
— Ты первым узнаешь, не переживай, — отвечаю ему, постукивая Катю по спине. — Живая?
Кивает мне. А сама краснеет, как будто ей на ухо что-то пошлое шепнули.
Зависаю. И вот нахрен я думаю о том, как бы Катя себя повела, если бы я ей прямо сейчас при всех шепнул на ухо что-то пошлое? Это че за нововведение в моей жизни с присутствием Кати? Раньше у меня подобных желаний не возникало.
— Пошли купаться, — шепчу ей на ухо. Мы выползли из воды полчаса назад, но там было слишком хорошо, чтобы я не хотел вернуться.
— Михаил, — улыбается она, — я еще от прошлого купания мокрая.
И зависает. Я понимаю, что она говорит о купальнике, что он не высох еще и все такое, но…
— Мне льстит, — отвечаю ей улыбкой. Она фыркает и снова краснеет.
— Вы не наплавались разве? — не смотрит в глаза, потому что все еще сидит с алыми щеками. Ее смущение — мой личный рай.
— Не-а. С тобой разве можно наплаваться?
— Можете поплавать без меня. Точно никто не будет отвлекать, поплаваете сколько захотите.
— Не, — хмыкаю, — без тебя не хочу больше. Да и что это за удовольствие — одному? Вдвоем приятнее.
— Миша! — она фыркает на меня и впивается глазами точно в мои, а я так тащусь от нее такой, настоящей, не скованной рабочей одеждой и рабочими отношениями, что снова хочу поцеловать. Хотя в целом это мое перманентное состояние и желание.
— Ну что Миша? В чем я не прав?
— Просто ешь, пожалуйста, свое мясо, — она подталкивает мою же руку к моему лицу и делает вид, что тут же увлекается беседой коллег рядом, хотя я вижу, как снова краснеют ее щеки.
