Прости, но ты влюбишься! - Лина Винчестер
Мы выходим на улицу, у машины стоят Джин, Нейт и Гарри. На пару секунд мне кажется, что это мираж, но они здесь и, заметив меня, приветливо машут.
– Подумал, – тихо произносит Кэм, – что тебе понадобится группа поддержки. Они обещали не ссориться и вести себя нормально.
– Ты лучший, – шепчу я. – Ты не представляешь, что это значит для меня.
– Знаю, Банни, именно поэтому твои друзья здесь.
То, что поездка выдастся сумасшедшей, я понимаю уже спустя пять минут после того, как мы отъезжаем. Гарри слишком жарко, и он просит включить кондиционер, Нейт требует выключить, потому что замерз, Джин бесится из-за того, что не может найти любимый эмоджи.
– Как он мог исчезнуть?! – Джин трясет телефон с треснутым экраном. – Я ставлю его чаще всего, бред какой-то!
– Ну возьми другой, – Гарри наклоняется, чтобы заглянуть в экран ее телефона. – Вот же чертенок.
– Это злой, – поясняет Нейт, сидя с другой стороны от Джин. – А ей нужен тот, который коварно улыбается.
Они снова спорят, и у меня начинается мигрень.
– Это будет очень долгая поездка, – бормочу я.
– Она продлится еще дольше, – Гарри хлопает Кэма по плечу. – Я думал, ты будешь спорить по поводу поездки к моей бабушке.
Качнув головой, Кэмерон хмурится.
– О чем ты?
– Ты серьезно? Я же написал тебе сегодня утром, что сказал родителям о поездке в Висконсин, и они попросили заехать на Восточное побережье в…
– Даже не произноси этого слова, – перебивает его Кэм.
– В Хэмптонс.
– В Хренептонс.
– Но я уже сказал, что мы заедем.
– Мы? Гарри, как думаешь, тебе когда-нибудь даст Меган Фокс?
– К чему ты это?
– А к чему ты обещаешь своим предкам вещи, которых никогда не будет?
– У бабушки скоро юбилей, я не смогу приехать позже из-за экзаменов, так что решил навестить ее заранее.
Сосредоточенно глядя на дорогу, Кэмерон постукивает большим пальцем по рулю. Я не понимаю, почему он так против встречи Гарри и его семьи, и только хочу спросить об этом, как он задает свой вопрос:
– Мои предки тоже там, да?
– Я не знаю, но сезон поло уже открыт, а ты сам знаешь, что как только теплеет, наши родители не высовываются из загородного клуба. Спроси про своих предков у Зейна, его родители должны знать: они же тоже буквально живут в Хэмптонсе.
– Погодите, – вмешиваюсь я. – Сколько лет вы уже знакомы?
– Много, я помню Кэма с Зейном еще мелкими.
– Ваши родители состоят в загородном клубе Хэмптонса? – спрашивает Джин. – То есть получается, что и вы тоже?
Джин радостно взвизгивает. Загородный клуб Хэмптонса представляет из себя огромное количество богачей. Аристократические семьи проводят там время, обсуждают купленные яхты и острова, целыми днями играют в гольф и поло, а в перерывах попивают клубничный дайкири. Такая жизнь – заветная мечта Джин.
– А когда вы там, то одеваетесь как люди из Хэмптонса, да? Светлые брюки, топсайдеры[6], поло и повязанный на плечи кашемировый свитер?
– Да, – подтверждает Гарри. – В доме моей бабушки висит огромный портрет, где я изображен на яхте в прикиде золотого мальчика. Я пару раз специально портил эту картину, но каждый раз она заказывает новую. Бабушка с гордостью сама покажет вам, когда мы приедем.
– Нет, не катит, – отрезает Кэмерон. – Так мы только теряем время. Нам ехать до Хэмптонса пару лишних часов.
– Но ведь мы никуда не торопимся, правда, Уолш? И мы все равно планировали остановиться где-нибудь на ночь.
Я вижу, как Кэм не хочет ехать туда. Возможно, он не хочет видеть родителей, стыдясь того, что сейчас продолжает заниматься тем, с чем обещал завязать. Может, предложить ребятам довезти их, а самим остановиться в мотеле?
– Просто признайся, ты не хочешь ехать, потому что там будет она.
Гарри делает акцент на последнем слове, а по тому, как Кэмерон сжимает челюсть, я понимаю, что причина все же не в родителях.
– Не вижу связи.
– А я не вижу никаких проблем в этой поездке.
– О ком вы? – спрашиваю я, поглядывая на парней, но они оба молчат. – Серьезно, вы сказали загадочное «она», а теперь собираетесь молчать?
– Это, – прикусив губу, Кэм мельком смотрит на меня, – моя бывшая.
– Твоя главная бывшая, – поправляет Гарри.
Кэмерон поворачивается, чтобы взглянуть на Гарри, а я тут же испуганно шлепаю его по плечу, чтобы он повернулся к дороге, пока не угробил нас всех.
– Да остынь ты, я всего лишь уточнил.
– Присцилла – лишь одна из моих бывших, – говорит Кэм и небрежно пожимает плечами. – Нет у меня никакой главной бывшей.
– Скажи эту же фразу самой Ван Хоппер, и я посмотрю на ее реакцию.
Присцилла Ван Хоппер – звучит как имя первой леди. На фоне него мое выглядит как блузка из «Топ Шоп» рядом с классическим платьем от «Диор».
– Так мы едем в Хэмптонс? – вновь интересуется Гарри, и он выглядит таким довольным, будто бесить Кэма – его любимое занятие.
– Едем, – отвечаю я.
– Но, Банни, твоя встреча с отцом…
Все в этой машине прекрасно понимают, что Гарри применил трюк с бывшей, чтобы я надавила на Кэма, потому что при любом другом раскладе он вряд ли согласился бы растягивать нашу поездку остановкой в Хэмптонсе.
– Подождет, – говорю я, переводя взгляд на дорогу. – Я ждала много лет, теперь его очередь.
Когда мы въезжаем в Хэмптонс, то даже не нуждаемся в приветственной табличке. Бесконечные зеленые поля и деревья пестрят за окном. Следом вырастают дома с ярко-зелеными лужайками, соленый запах океана приятно щекочет нос; я открываю окно до конца и, прикрыв глаза, вдыхаю теплый воздух.
Вытянув руку в открытое окно, перебираю пальцами в воздухе, наслаждаясь тем, как солнце греет мою ладонь, а ветер тут же охлаждает ее. Прядь волос падает на глаза, я убираю ее и тут же ловлю на себе взгляд Кэмерона. Он смотрит на меня как-то по-новому – так, будто наслаждается каждым моим движением.
Кэмерон ловит мою ладонь и, переплетая пальцы, опускает наши руки на свое колено. И впервые вместо того, чтобы смутиться, я искренне улыбаюсь ему. Однажды он сказал, что хочет, чтобы я почувствовала жизнь, и именно это сейчас происходит со мной.
Вдали мелькает крошечный кусочек океана, и я, едва не взвизгнув от восторга, указываю на него пальцем. Я в жизни никуда не выбиралась, не считая одной поездки в детстве. Мама отправила нас с