Поцелуй злодея - Рина Кент

Вон: Не скрывает? А этот ублюдок в курсе, что он – наследник гребаной мафии?

Он начал выходить из себя. Отлично. Вон редко так себя ведет, так что это многообещающий знак.

Гарет: Может, он считает это нормальным как и Нико.

Вон: Нико не сын лидера мафии. Ему все сходит с рук, но даже он должен следить за собой в присутствии старших членов семьи.

Гарет: Я не знаю, правда. Может, это просто слухи.

Вон: Какого рода?

Гарет: Разного. Могу собрать для тебя информацию, если хочешь.

Вон: Буду тебе должен.

Гарет: Договорились. Еще Нико хочет, чтобы ты помог ему пробраться в особняк Змеев и избить Юлиана до полусмерти.

Вон: Я разберусь с этим.

Я делаю скриншот и обрезаю его, оставляя два последних сообщения.

— Нико?

Он прекращает препираться с Джером и Киллом, называя их предателями и ведя себя как абсолютный король драмы. Я показываю ему скриншот, и он широко улыбается.

— Ты, блять, лучший, Гарет.

Я знаю.

Я откидываюсь на спинку стула с небольшой улыбкой. Юлиан действует мне на нервы с той самой первой ночи.

И хотя Кейден сказал, что никогда не был с другим мужчиной, кроме меня, я не собираюсь давать ему никаких шансов это изменить.

Он сказал, что у меня нет выбора – быть с ним или нет. Но он ошибся.

Это у него нет выбора.

Я отрежу его гребаный член, если он хотя бы попробует засунуть его в другого человека.

И это только начало того, что я с ним сделаю, если он решит меня предать.

Я виню в этом боль в груди, которой он меня заразил.

Именно он затеял всю эту игру, так что пусть не упрекает меня в том, что я отношусь к ней слишком серьезно.

Килл встает и прикладывает телефон к уху. Он ухмыляется мне и говорит:

— Привет, пап. Я как раз собирался тебе позвонить…

Мое настроение сразу ухудшается, и я бросаю вилку на тарелку, пока мой брат поднимается по лестнице, как будто у них с папой есть какие-то только их секреты.

Хотя это неправда.

Но это все равно портит мое настроение.

Мне нужны мои стрелы и чертова мишень.

Глава 22

Кейден

Я выхожу из такси, натягивая лацканы пальто на шею и открываю зонт.

Потому что, конечно же, идет дождь, как и положено дерьмовой погоде в Великобритании.

Мой телефон вибрирует, и я смотрю на имя Джетро и думаю, отвечать или нет. Да, он узнал местоположение Гарета, взломав его телефон, и именно поэтому я нахожусь возле стрельбища, но теперь ему следует любезно отвалить.

Вздохнув, я поднимаю трубку, мимолетно замечая претенциозный матово-зеленый спортивный автомобиль, припаркованный у входа.

— Что ты хочешь?

— Кроме того, как вернуть тебя в США и заставить прекратил эту чепуху?

— Кроме этого, да. Давай быстрее.

— Ты слишком сильно помешан на этом парнишке. Тебе нужно все обдумать и понять, по правильным ли причинам ты это делаешь.

— Если это все…

— Руководство компании не справляется, Грант превращает их жизнь в ад. Тебе нужно вернуться, хотя бы на некоторое время…

— Нет.

Я даже не буду думать об этом, потому что я не вернусь. Так я, несомненно, потеряю Гарета. Он и так пытается ускользнуть при любой возможности, молчит и постоянно игнорирует меня.

Если я уеду, он окончательно откажется от меня, а это не входит в мои планы.

— Просто чтобы разобраться с ситуацией, — настаивает Джетро. — Все быстро выходит из-под контроля. Мы с Симоной изо всех сил стараемся все контролировать.

— Я сказал – нет.

— Из-за этого ребенка? — он делает паузу, а когда я не отвечаю, говорит низким голосом: — Господи Иисусе. Ты кто, черт возьми, такой и что ты сделал с Кейденом, которого я знаю?

Я повесил трубку, чтобы он перестал болтать.

Но еще и потому, что я не могу ответить на его последний вопрос. Джетро, как никто другой, заметил произошедшие во мне перемены, но, по правде говоря, я понятия не имею, что со мной происходит.

За исключением того, что я теряю всякое подобие самообладания при виде ярких, выразительных зеленых глаз.

Я перестал пытаться объяснить это даже самому себе, перестал погружаться в свои мысли и решил просто чувствовать.

Впервые за долгое время я чувствую себя живым.

Я здесь.

Дышу полной грудью.

А обо всем остальном я подумаю позже.

В приемной стрельбища только один сотрудник. Женщина средних лет в очках с золотой оправой охотно дает мне купить однодневный абонемент и продолжает рассказывать об их месячных и годовых членствах, но я ее прерываю. Потому что я здесь не для того, чтобы с ней разговаривать.

После того, как она вкратце рассказывает мне об оборудовании и показывает раздевалку, она наконец оставляет меня в покое.

Я с рекордной скоростью сбрасываю пальто и беру один лук и стрелы, как будто имею представление о том, как ими пользоваться.

На самом деле, меня здесь быть не должно. Мне не следовало просить Джетро найти местоположение Гарета, но он не оставил мне выбора.

Он игнорирует меня уже три дня, и если раньше я вполне мог это стерпеть, то сейчас это все равно что ходить с одним легким. Я задыхаюсь, и не могу нормально дышать.

Все токсины скапливаются в этом единственном легком и вызывают давление в груди.

Когда я попытался написать ему, он уклонялся от ответов.

Кейден: Я буду дома к семи. А ты?

Маленький монстр: Не приеду.

Кейден: Почему?

Маленький монстр: Потому что.

Кейден: Можешь в этот раз поподробнее углубиться в причину?

Маленький монстр: Спроси себя об этом.

Кейден: И что я сделал?

Маленький монстр: Кое-что, ЧВ, раздражительное.

Кейден: Пиши полными словами, Карсон.

Маленький монстр: Кое-что, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, раздражительное.

Кейден: Следи за языком. И что же такого раздражительного я сделал?

Кейден: Я не могу читать твои мысли, так что пока ты сам мне не скажешь, я не узнаю.

Кейден: Карсон. это приведет к ужасным последствиям. Я перегну тебя через колено и накажу, ясно?

Он не ответил ни на одно из моих последних сообщений и действительно не приехал. Он знает,