«Илиада». эпос и история - Лев Самуилович Клейн

1) Так, только в эпизоде с Энеем (V песнь) Диомед — богоборец, выступает против богов (и это объясняется тем, что он противостоит благочестивому и богоугодному Энею), а в остальной «Илиаде» и в ближайшем контексте Диомед очень богобоязнен. Боги в этом эпизоде совершенно иначе расположены, чем в ближайшем контексте: Аполлон — на поле боя (а был на вершине Пергама); на время поединка Афина выводит Ареса за руку из боя (а до того и после того он возглавлял троянскую рать).

2) Схватка с Идоменеем в XIII песни происходит на левой стороне поля, и в ней присутствует ряд героев (Деифоб, Деипир, Антилох), а в предшествующем тексте все они были в середине поля битвы. На участие в сражении вызвал Идоменея бог Посейдон, но в этом не было нужды: герой и так шел сражаться.

3) Перед поединком с Ахиллом в XX песни рати выступили друг против друга, и Ахилл жаждал сразиться с Гектором, но вместо того происходит поединок с Энеем. Во время поединка идет сражение обеих ратей, но после него рати опять стоят друг против друга, уставив копья, а Гектор и Ахилл воодушевляют каждый свое войско. Словно бой и не начинался.

Всё это вставки.

Унитарии, конечно, возразят: а разве не мог один и тот же ионийский певец (Гомер), посетив двор Энеадов в Троаде, вставить эпизоды с Энеем в свою же готовую поэму? Насчет идеи такой «творческой командировки» я уже приводил свои сомнения. Пора сказать и о другом.

Эней несет на себе приметы значительно более позднего времени, чем Гектор. У его образа есть признаки принадлежности к гораздо более позднему эпическому слою. В чем они заключаются?

Герои Гомера обычно имеют постоянные эпитеты (за постоянные можно в грубом приближении принять повторяемые). Ахилл чаще всего «быстроногий», Диомед «громогласный», Гектор «шлемоблещущий», Эней — «предводитель троян». Такая система постоянных эпитетов складывалась, разумеется, постепенно. Чем раньше вошел герой в эпос, чем древнее его фигура в эпосе, тем теснее приросли к его имени постоянные эпитеты. Чем позже, чем новее герой, тем менее стабильны его эпитеты, тем реже стоят при его имени постоянные эпитеты. Это идея Денниса Пейджа.

Так вот, упоминания Гектора с постоянным эпитетом (эту долю будем называть индексом оснащенности постоянными эпитетами) составляют 41 процент всех его упоминаний, а у Энея соответствующая доля — только 18 процентов. Это очень большой интервал. Можно сказать, они находятся почти на противоположных концах имеющегося в «Илиаде» диапазона (для сравнения, Елена — 65, Одиссей — 56, Ахилл — 38).

Вводя пророчество Посейдона о грядущем царствовании Энея и его потомков над троянцами, певец в угодническом раже не заметил, что оно противоречит всему Троянскому эпосу: ведь, согласно эпосу, Троя разрушена и сожжена, троянцы частью погибли, частью ушли в неволю. Должно было очень измениться представление о судьбе Илиона — Трои, чтобы так пренебречь прямым указанием эпоса.

Почему же тогда оба вождя троянской коалиции так тесно связаны в «Каталоге»? Почему их ячейки одинаковы, и расположены рядом, составляя одну группу? Они явно вошли в «Каталог» вместе. Когда?

Оказаться в начале «Каталога» они могли по разным причинам: либо потому, что с них началось образование «Каталога», либо потому, что их добавили к готовому «Каталогу» спереди в силу главенства вождей. Группу составляют два отряда — ранний и поздний. Возникнуть одновременно с ранним отрядом группа не могла: еще не было позднего. Остается только одна возможность: группа возникла тогда, когда возник поздний отряд. Она вошла в «Каталог» с Энеем.

Почему же, однако, Гектор с ним, так сказать, в паре? А потому, что в позднее время в Скепсисе, по Деметрию, жило два конкурирующих царских рода: один возводил себя к Энею, другой — к Гектору. И возможно, что для менее знатного рода Энея сугубое уравнение с наследниками Гектора (впрочем, возможно, тоже воображаемыми) представлялось особенно лестным.

Значит, долгое время «Каталог» существовал без обоих вождей, и без отряда самих троянцев? Да, это был перечень союзников. Именно такой «Каталог», по данным Псевдо-Аполлодора, писателя II века н. э., числился в «Киприях» — поэме о начале Троянской войны. Он был там на месте. Пришли на помощь союзники, говорилось в поэме, вот их перечень. Оттуда, по предположению современных исследователей, и были оба «Каталога» перенесены на свое нынешнее место в «Илиаде», которому сама идея обзора войск, первоначального знакомства с ними, плохо соответствует.

7. Негатив «Каталога»: местности

Итак, исчерпан весь состав «Каталога», и, кажется, анализ подошел к концу? Нет, рассмотрено лишь то, что есть в «Каталоге». Надо еще обратить внимание на то, чего в «Каталоге» нет. А по содержанию эпопеи должно было бы присутствовать.

Когда сто лет назад на выставке живописи появилась картина Е. Я. Лемана «Дама под вуалью», поэт «Искры» Д. Д. Минаев откликнулся эпиграммой:

Мысль Лемана развить задумавши упрямо,

Явилась у меня задача сумасшедшая:

Картину написать на тему: «Дама,

Из комнаты ушедшая».

В реалистическом искусстве изобразить то, чего нет, невозможно. Но в криминалистике опытные детективы советуют начинающим работникам с особым вниманием отмечать негативные факты — отсутствие предметов и обстоятельств, которые в норме должны были бы наличествовать. Идея даже вошла в учебники. Ну, а исследователь и следователь действуют одними и теми же методами, ибо тот и другой охотятся за скрытой истиной.

В «Каталоге» поименован ряд местностей и ряд вождей. Какие же местности пропущены, и каких вождей певцы упустили назвать?

Из местностей, попадающих в поле зрения малоазийских греков, не названы важнейшие греческие города-колонии Малой Азии — Кима, Фокея, Колофон, Эфес, Приена и др. Почему? Это излюбленный вопрос сторонников микенского возраста «Каталогов» — Пейджа, Аллена и др. Из-за отсутствия греческих колоний на карте Гомера они делают вывод об отсутствии их в реальности, о доколониальном времени сочинения эпоса, о слабом знакомстве микенских греков с Малой Азией в ту пору. Всё это — несуразица.

Певцам известна Пафлагония. Пусть строчки с подробностями и поздние, но в тех, что без подробностей — известна ведь! Значит, Черное море уже осваивается, а оно открыто плаванию греков только с VIII века до н. э. — это установлено по первым греческим находкам на его берегах. Колонии не названы по очень простой причине — потому, что не могли же они участвовать в войне против греков, это же греческие колонии! А с другой стороны, они