Штауфены. от Лотаря до Фридриха II - Карл Хампе
Однако тут в дело снова вступила «партия войны». Кардинал Райнер, оставшийся в окрестностях Рима для защиты Папской области, слал в Лион гневные письма. Именно в этот момент императорские войска, двигавшиеся от сицилийской границы к Вероне, помимо воли Фридриха II допустили ряд злоупотреблений в папских владениях. Райнер немедленно обвинил их в нарушении мира и использовал произошедшее как повод для того, чтобы добиться смены настроений внутри курии. В итоге к началу собора все колебания его участников остались позади.
Несмотря на относительно небольшое число участников, среди которых преобладали римляне, Лионский собор следует считать всеобщим. Интересы Фридриха II искусно представлял надворный судья Фаддей Суэсский, которому удалось уже на второй день заседаний добиться успеха — заставить папу отложить принятие решения до приезда императора или получения новых инструкций. Однако курия твердо решила довести дело до победного конца. На третьем заседании 17 июля 1245 года Иннокентий IV неожиданно для всех торжественно провозгласил императора смещенным. В качестве обоснования он привел долгий список прегрешений Фридриха II, а также весьма тенденциозно изобразил ход мирных переговоров последних лет. В заключение папа торжественно проклял императора. Напрасно Фаддей объявил этот акт ничтожным и апеллировал к будущему первосвященнику и к собору; в конце концов он в слезах заявил: «Это — день гнева, несчастья и бедствий». Однако большинство собравшихся поддерживало папу.
Фридрих II, которому еще совсем недавно обещали снятие отлучения, был застигнут врасплох. Рассказывают, что, получив известие из Лиона, он приказал принести свою дорожную сокровищницу, надвинул корону глубже на лоб и спросил присутствующих, считают ли они, что трон уже потерян. Теперь он знал, что предстоит вести борьбу не на жизнь, а на смерть, и заявил, что достаточно долго был наковальней; пришло время стать молотом.
Следствием произошедшего в Лионе стало втягивание в распрю Германии. Здесь папская агитация на протяжении длительного времени могла добиться лишь скромных и непродолжительных успехов на юго-востоке. Но к 1242 году курии удалось заручиться поддержкой трех рейнских архиепископов, которые стали ядром оппозиции против Штауфенов. Император немедленно сделал из этого выводы, передав в этом же году бразды правления Германией из рук духовных в руки светских князей — ландграфа Генриха Распе из Тюрингии и короля Венцеля из Богемии. Влияние последних на юного короля ограничивалось в то же время имперскими министериалами.
Иннокентий IV действовал в Германии гораздо более эффективными средствами, нежели его предшественник. Он отправил туда своего легата и не скупился на золото, позаботился о том, чтобы церковные санкции в отношении императора стали известны всем, применил интердикт против своих главных противников и приказал проповедовать крестовый поход против Фридриха II. Одним из главных объектов папской активности стал немецкий епископат, ранее в большинстве своем стоявший на стороне монарха. Иннокентий IV смог пошатнуть эту лояльность с помощью обещаний и угроз, отменив в конечном счете выборность иерархов и узурпировав право напрямую назначать прелатов.
Королевскую корону по приказу папы предлагали различным немецким князьям, а также французскому и датскому монархам. Долгое время эти усилия оставались бесплодными, однако в мае 1246 года рейнские архиепископы смогли наконец короновать своего кандидата на престол. Это был ландграф Генрих Распе, чья жажда власти в конечном счете оказалась сильнее страха.
Конрад выступил во главе армии против своего соперника. Сражение состоялось в районе Франкфурта. Несколько швабских графов, надеявшихся получить выгоду от падения Штауфенов, были подкуплены папой и в решающий момент изменили Конраду, благодаря чему его противник смог с трудом одержать победу. Однако в народе Генриха считали «поповским королем», число его приверженцев осталось ограниченным. Хотя Штауфены понесли в этой борьбе большие имущественные и территориальные потери, у них имелись сильные союзники, в первую очередь богатые имперские и епископские города, которые, невзирая на все прежние разногласия с короной и ориентируясь на свои интересы, поддержали императора. Городам была выгодна сильная центральная власть, и теперь они встретили взаимность со стороны Фридриха II.
Конрад IV в 1246 году женился на дочери герцога Отто Баварского, который в результате оказался на стороне Штауфенов. Хорошие перспективы открывались и на юго-востоке. Несмотря на свою первую неудачу и итальянские проблемы, Фридрих II не терял из виду герцогство Австрию. Он собрался жениться на Гертруде, племяннице и наследнице последнего герцога из династии Бабенбергов, которому была взамен обещана королевская корона. На блестящем съезде князей в Вероне в июне 1245 года договоренность уже была достигнута, но Гертруда под влиянием священников отказалась от замужества, что опрокинуло весь план. Однако на следующий год герцог Фридрих II Воитель скоропостижно скончался, так и не оставив потомства. Император немедленно начал действовать, подчинив себе герцогство и не отдав его в лен никому, а назначив управляющего (имперского капитана) по итальянскому образцу.
В результате весь юг Германии, если не считать небольшое число швабских феодалов, сохранил верность Штауфенам. На остальной территории имперские князья и даже некоторые епископы также поддерживали императора. В феврале 1247 года Генрих Распе внезапно скончался, что стало серьезным ударом для папы. Под влиянием Штауфенов оказались в итоге тюрингские земли, а найти нового кандидата на королевский престол было для курии непростым делом. В конце концов, удалось добиться согласия графа Вильгельма Голландского, который в октябре 1247 года был торжественно избран рейнскими архиепископами.
Вильгельм был мужественным и рыцарственным юношей, однако он даже не являлся имперским князем. Возложенные на него надежды не оправдались; его влияние так и не распространилось дальше Нижнего Рейна. По своему масштабу оба «папских короля» не дотягивали даже до архиепископа Зигфрида III Майнцского, из рук которого получили корону. Именно поэтому курии, несмотря на самые отчаянные усилия, до самой смерти Фридриха II не удалось всерьез поколебать господство Штауфенов к северу от Альп.
Однако события в Германии имели второстепенное значение по сравнению с титанической борьбой в Италии, приковывавшей к себе внимание всей Европы. Здесь разгорелись дикие страсти, и обе стороны, стремясь растоптать противника, отбросили всякое благородство. На первых порах низложение никак не повлияло на
