Штауфены. от Лотаря до Фридриха II - Карл Хампе

позиции императора. Однако измена и убийство постепенно становились все более частым явлением в окружении Фридриха II. В марте 1246 года был раскрыт масштабный заговор, в котором принимали участие высокопоставленные и пользовавшиеся особым доверием императора чиновники. Кукловодами в данном случае являлись главные сподвижники папы, хотя сам Иннокентий IV, возможно, и не был посвящен в происходившее. Заговорщики планировали убийство императора и всеобщее восстание. Часть из них в итоге бежала в Рим, другие были вынуждены выступить раньше времени. Папа благословил их, направил к ним легата и вновь проповедовал крестовый поход. Однако Фридрих II смог вместе со своей армией быстро добраться до Сицилийского королевства и утопить восстание в крови.

Эти события показали со всей очевидностью, насколько непрочной была к тому времени почва под ногами императора. И без того недоверчивый, он стал еще более подозрительным. Тем не менее, подавление восстания означало новую победу, а в мае 1247 года к ней добавились завоевание Витербо в Центральной Италии и переход на сторону Фридриха II нескольких городов западной Ломбардии.

Император принял ряд жестких мер и к весне 1247 года считал свою власть в Сицилии и Италии достаточно прочной для того, чтобы отправиться в Германию. Фридрих собирался первым делом добраться до Лиона и лично встретиться с папой. Последний оказался в трудной ситуации — западноевропейские монархии не оказывали ему достаточной поддержки. Фридрих II поддерживал хорошие отношения с английским королем Генрихом III, и уже на Лионском соборе направленные против курии жалобы английского посла оказались в высшей степени неудобными для папы. Французский король Людовик XI хотел организовать крестовый поход и потому упорно стремился выступить в роли посредника. Фридрих II поддерживал это начинание и заявлял даже о своей готовности ради примирения отречься от престола в пользу сына. Французское дворянство в конце 1246 года, в свою очередь, выступило против судебных и налоговых притязаний Церкви. Вероятно, это произошло не без влияния императорских манифестов.

Фридрих II уже собирался выдвинуться во главе своих войск из Турина и пересечь Альпы, однако в этот момент Парма перешла в стан его противников. В июне 1247 года сторонники папы смогли подчинить себе город, вокруг которого сосредоточилась большая папско-ломбардская армия. Император вместе с союзниками, в свою очередь, окружил Парму крупными силами. За осадой, исход которой мог иметь решающее значение, напряженно следила вся Европа.

После нескольких месяцев осады казалось, что противники императора станут жертвами голода. Однако беспечность привела к тому, что после достигнутых дорогой ценой успехов императорская армия потерпела в феврале 1248 года сокрушительное поражение. Пока сам Фридрих II был на охоте, осажденные смогли врасплох застать его войско в деревянном лагере, который преждевременно получил имя Виттория. Лагерь был разгромлен и сожжен, осаждающие понесли большие потери и оказались рассеяны, Фаддей Суэсский погиб, враги захватили императорскую корону и печать. Сам Фридрих II лишь с трудом смог спастись, добравшись до Кремоны. Однако с достойной восхищения энергией он уже через три дня возобновил боевые действия, наспех собрав новую армию.

Осада была продолжена, важный перевал через Апеннины занят, однако у осажденных появились силы для дальнейшего сопротивления. Хуже всего для императора оказались моральные последствия поражения. Наиболее ярко они проявили себя в Романье. В мае 1248 года Равенна перешла на сторону противников Штауфенов, после чего вся область оказалась потеряна для императора. Лишь с трудом поддерживал Фридрих II свою власть и в Центральной Италии. Последствия чувствовались во всей Европе — и можно в определенном смысле сказать, что они ощущаются до наших дней. Ведь даже в современных работах можно прочесть, что поражение при Парме стало решающим поворотным пунктом в судьбе Фридриха II, что с тех пор он был сломленным человеком, которому уже ничего не удавалось.

Это впечатление возникает во многом из-за двух сильнейших ударов судьбы, которые император получил в последние годы своей жизни. Первым из них являлось предательство самого верного сподвижника — Петра Винейского. Последний благодаря прекрасному юридическому образованию и блестящему красноречию смог подняться из низов к высшим должностям. На протяжении длительного времени он являлся главным надворным судьей в Сицилийском королевстве, играя огромную роль как в судопроизводстве, так и в законодательной сфере.

Ему поручались самые важные дипломатические миссии, вместе с Фаддеем Суэсским он фактически руководил канцелярией, а в 1247 году был и формально назначен на эту должность. Петр Винейский пользовался полным доверием императора и «имел ключ от его сердца», определяя, какие письма и прошения попадали к монарху; многие считали его вторым человеком в государстве.

Однако эта ответственная роль стала, судя по всему, слишком серьезным испытанием для Петра Винейского. Говорили, что он использовал свою должность для обогащения и присвоил себе столько денег, что, по словам императора, в условиях затяжной войны это создало серьезную опасность для монаршей казны. Когда злоупотребления обнаружились, это стало самым болезненным моментом в жизни Фридриха II. Разоблачение произошло в феврале 1249 года в Кремоне, и практически в то же время доверие императора оказалось обмануто и с другой стороны.

Речь шла о придворном враче монарха, который был пойман и затем подкуплен сторонниками папы. Вернувшись в результате обмена пленными ко двору Фридриха II, он подал своему повелителю чашу с ядом. Император, однако, был заранее предупрежден и приказал провести отравителя по всей Сицилии, подвергая его постоянным пыткам, а потом казнить. С Петром Винейским император тоже обошелся с неумолимой строгостью. Он был схвачен и спрятан от народа, который хотел его линчевать. Когда вскоре Фридрих II для восстановления своих финансов, чистки управленческого аппарата и противодействия папской агитации прибыл на Сицилию, он привез с собой Петра Винейского в кандалах. Потом преступник был брошен в темницу, осужден и в конечном счете ослеплен. Судя по всему, позднее он сам покончил с собой. Его падение стало сенсацией во всей Европе и поводом для множества пересудов, поскольку причины опалы держались в секрете. Многие связывали произошедшее с попыткой отравления и предполагали связь Петра с курией; однако это подозрение было беспочвенным.

Падение человека, заслуги которого были огромны, может вызвать наше сострадание. Но историк не должен присоединяться к мнению Данте, считавшего Петра Винейского невиновным. Нет ни малейшего основания сомневаться в справедливости императорского приговора, а совершенные Петром преступления приравнивались в то время к коварной измене.

Спустя еще несколько месяцев Фридрих II лишился своего самого надежного и талантливого полководца — короля Энцио. Этот красивый моложавый блондин являлся самым одаренным из детей Фридриха II. Он обладал не только способностями, но и сильной волей, а широкий круг интересов был явно унаследован от отца. В бою Энцио часто проявлял безумную храбрость, и в небольшом сражении при