Китайцы в Уссурийском крае - Владимир Клавдиевич Арсеньев
Войдем внутрь фанзы и посмотрим ее обстановку. Слева от входа помещается небольшая печь, сложенная из камней и глины. В нее вмазан небольшой железный котел, прикрытый закоптившимся деревянным кругом. Около печки в углу навалена груда кедровых смоляных растопок. Как раз против дверей находится кан; он занимает ровно полфанзы. Кан согревается дымовыми ходами, выведенными наружу. Над котлом устроены полочки; на них помещаются берестяные коробки с солью, спички, баночка из-под уксуса и кухонная посуда. Вся утварь сделана тоже крайне грубо и топорно и состоит из нескольких деревянных корытец различной величины, предназначаемых для промывки чумизы, жестяной чашки, поварешки, сделанной из железа или из морской раковины, железного скребка, употребляемого для чистки котла после варки каши и нескольких эмалированных глиняных чашек. Палочки для еды хранятся в круглой деревянной коробке, повешенной на столбе, поддерживающем крышу фанзы. С правой стороны на полу около стены сложен небольшой очаг. В этот очаг выгребаются горящие угли из печки, когда пища сварена и когда кан нагрет достаточно. Непременной принадлежностью всех зверовых фанз будет охотничий календарь (хон-л и). Он вешается на стене около кана и состоит из тридцати палочек, надетых на веревочку. Длинные палочки означают начало, середину и конец месяца. Передвигая ежедневно по одной палочке, охотник ведет счет дням; целые месяцы отмечаются на крайней палочке особыми зарубками.
Кроме того, в каждой зверовой фанзе всегда есть инструменты, употребляемые зверовщиками для устройства ловушек. Это будут: долотца разной величины, пробойник, малая поперечная пила, сверло, струг, кривые топорики для долбления деревянных чашек, разной формы скребки для очистки кож от шерсти, инструменты для плетения веревок, шилья с рукоятками, сделанными из патронных гильз, молотки, кривые ножи и т.п. Самым же главным инструментом в руках зверовщика-китайца будет небольшой остро отточенный клиновый топор американского типа.
В уссурийской тайге особенную ценность приобретают стекло и стеклянная посуда. Китайцы с бутылками обращаются особенно бережно. Это своего рода меновая единица. Мне не раз случалось видеть, как пустые бутылки в виде презента преподносились охотниками друг другу. Как бы тяжела ни была ноша китайца, как бы далеко он ни шел в путь, он никогда не бросит бутылку, и чем глубже он унесет ее в горы, тем большую ценность она приобретает. В горах Цамо-Дынза и Пидан на одной зверовой фанзе в 1895 году в окно, оклеенное бумагой, был вставлен небольшой кусок стекла — и этого было достаточно, чтобы фанзу называли «Стеклянной», и этого было достаточно, чтобы название «Стеклянная Падь» укрепилось и за тем местом, где стояла фанза.
Разделять местных китайцев на земледельцев и зверовщиков-охотников нельзя. Земледельцы — они же и зверовщики! Обработкой земли китайцы занимаются лишь постольку, поскольку это необходимо, чтобы собрать продовольствие на время охоты и звероловства, и для того чтобы кредитовать инородцев кукурузой, чумизой и ханшином (китайская водка — Прим. ред.).
Глядя летом на китайцев, работающих около своих фанз на полях и огородах, трудно допустить мысль, что имеешь дело с зверовщиками и охотниками, а между тем это так.
В конце лета, в августе месяце, хозяева фанз посылают своих работников в горы. Они понемногу начинают завозить туда провизию, инструменты и починяют ловушки.
В Южно-Уссурийском крае китайцы продовольствие завозят летом вьюками на лошадях, а на Имане и в Заольгинском стане — зимою (в феврале или в начале марта) по льду реки в нартах. Запасы эти они складывают в фанзах в особые долбленые кадушки и оставляют их там без всякого присмотра до осени, пока не придет время охоты.
Доставка продуктов в зверовые фанзы обходится китайцам очень дорого, приблизительно по 1 руб. 50 коп. в сутки с пуда. Вот почему в горах Сихотэ-Алиня один пуд муки стоит около 16 руб., а пуд чумизы — 10 руб. и более.
В тайге чужие продукты трогать нельзя. Только во время пути, в случае голодовки, разрешается воспользоваться чужой провизией, но при условии, чтобы взятое из первого же жилья было немедленно доставлено на место, иначе хозяин дуй-фанзы должен будет прекратить соболевание и уйти из тайги преждевременно. Иногда недостаток провизии может привести к гибели самого охотника. Например, в случае неожиданного наводнения, глубокого снега, дальности расстояния и т.п. Все манзы знают это и потому строго соблюдают таежные законы. На нарушителей их налагаются взыскания от простого возмещения причиненных убытков до смертной казни включительно в зависимости от того, какие последствия имела кража чужой провизии.
Известно, что соболь живет в самых глухих лесах. По земле он не любит ходить и предпочитает бегать по колоднику. Китайцы заметили это и стали устраивать свои ловушки на валежнике. Если место хорошее — видно что соболь ходит тут постоянно, а вблизи нет подходящего бурелома, — то соболевщики валят на землю живые деревья. Китайская соболиная ловушка (дуй[30]) устроена следующим образом. На лежне (будем так называть дерево, лежащее на земле) в два ряда вбиваются колышки, величиною от 6 до 8 дюймов. Колышки эти образуют нечто вроде коридора, длиною около 1½ аршин и шириною от 2-х до 4-х вершков[31]. Над лежнем находится другое бревно, меньшее по размерам. Одним концом бревно это упирается в лежень, а другой конец его поднят кверху и находится на весу, примерно на высоте 3 футов. Между рядами колышков положены две тонкие дранки, которые внутренними своими концами опираются на два коротких прутика, заложенных в вырезки, сделанные с обеих сторон двух ближайших к ним приколышей. От одного из этих прутиков к верхнему бревну идет веревочная «снасть». При помощи особого рычага она удерживает бревно в висячем положении. Когда соболь пробегает по дранкам, он силой своей тяжести сдвигает их с прутиков, верхнее бревно срывается, падает и давит животное. Ставить такую ловушку надо умеючи. Если ее поставить очень слабо, то ловушка без разбора будет давить всех птиц и мелких животных — бурундуков, мышей,
