Помощница для князя оборотней - Эми Мун
Рука сама схватилась за грудь — тут мешок висел!
А Васька как фыркнет:
— Не трясись, господин. Твою добычу мы спрятали в котомку, даже глазком не взглянули.
И отвернулся. Северян обругал себя за дурость.
— Прости, Васят… к-ха! — и закашлялся от натуги.
Юнец подал ему воды. Северян выпил все до капельки. А потом еще дважды. И стало бы ему совсем хорошо, но унявшаяся на миг тревога вновь терзала сердце. Разве так бывает, чтобы аромат, который ему всего лишь снился, вдруг успокоил бушевавшее в крови пламя?
Нет, не ворожба это, а милость богини. Не зря он зелье Кощуна оставил до лучших времен. А иначе бы смерть пришла... Северян вновь растер грудь. Ох, нехорошо ему… Заметив, как он вздыхает, Васька принахмурился белесые брови.
— Лег бы ты, князь. Хоть заживает на тебе быстро, но отдых нужен.
Северян послушно улегся на подстилку. Малец прав — надо как следует выспаться. Может, в грезах он снова увидит свою спасительницу.
* * *
Как только князь уснул, Василиса шепнула Ладимиру:
— Не могу больше. Глаза слипаются.
И ведь навалилось как будто в один миг! Кофе бы сейчас выпить. А лучше пустынника. Ладимир чуть слышно вздохнул.
— Отдохни, конечно. Всю ночь промаялся.
Вот именно! И было бы ради кого!
Василиса метнула ненавидящий взгляд в князя. Вместо благодарности он первым делом вспомнил жемчужины! Ну кто бы сомневался! Без них доступ к комиссарскому телу Елены Прекрасной закрыт.
Василиса улеглась на подстилку и накрылась кафтаном с головой. Обидно до слез! Она тут больше суток хороводы над князем водила — только бы не помер — перетряслась вся! А он… Хватит! Пальцем больше для этой лесной скотины не шевельнёт. Пусть сам выкручивается.
И она уснула.
А снился ей медведь. Зверь шумно сопел носом, тыкался ей то в шею, то в щеку, но Василиса отворачивалась.
— Уходи! Видеть тебя не желаю!
— Ур-р-р, — жалобно вздыхал зверь. — Гр-р-р…
— Козел неблагодарный, вот ты кто! Чтобы я ещё хоть раз…
А медведь засопел пуще прежнего. То лапой обнять пытался, то под локоть сунуться. Но теперь ее этим не разжалобить!
— Княжну свою драгоценную облизывай! — крикнула Василиса в сердцах. — Смотри только, жемчужиной не подавись!
И все пропало. Василиса распахнула глаза, но ничего не увидела — слишком темно было вокруг. Только выл ветер в скалах и чуть слышно стонал князь. Наверное, ему было больно… Но Василисе тоже. В груди пекло до злых слез. Сон не уменьшил ее обиду, наоборот, кажется сделал только больше.
А рядом послышались осторожные шаги. Ладимир подошёл к князю сменить повязки. Вот и хорошо, пусть ухаживает, а она еще немного поспит.
* * *
Северян
Северян лежал на боку и угрюмо смотрел на плясавшие языки пламени.
Сбылось его горячее желание — снова дивный сон видел. А только радости от этого никакой. Обиделась на него девица — поняла, ради кого он столько жемчуга набрал. Сначала долго плакала, отпихивала от себя, а потом и вовсе пропала.
А перед этим отправила к княжне и велела жемчужиной не подаваться…
Северян стиснул зубы, удерживая рвавшийся из груди рык. Ведь и правда ушла! Он чуял — не вернётся более, и зелье Кощуна пить теперь не надо. Радоваться бы, так от чего же тошно до немого крика? Аж сил терпеть нет... Упёршись локтем в землю, Северян попробовал сесть.
Рядом тут же оказался Ладимир.
— Не надо, князь. Ты слаб.
— Сгинь.
И убивец отступил, не стал спорить. Северян, собравшись с силами, встал. И тут же обратно сел. В груди зародился недовольный рык — благословленный Деваной слабее кутенка! А Ладимир опять голос подал:
— Скажи, что мне сделать. Я подсоблю.
— Глаза не мозоль, — буркнул в ответ и снова лег.
На душе кошки скребли.
Прогнать бы котячью шкуру взашей, но мысли сейчас были о другом.
Обидел он девицу своим старанием ради другой. И Ваську тоже задел! Мальчонка, видать, дневал и ночевал около немощного, а Северян ему про жемчуг. Всякому неприятно станет! Надо будет искупить вину. И есть у него одна мыслишка! А вот про то, как вернуть девицу, ни одной толковой думки не было. Разве что зелье Кощуна в огонь кинуть… От этих мыслей Северян вздрогнул и распахнул глаза.
И вовремя! Над Васькой застыл разбойник! С ножом!
* * *
Василиса только задремала! И вдруг рев, крики, грохот, звон метала о камень! Она чуть в костер не сиганула спросонок.
А над головой мелькнуло что-то темное и большое. Медведь! Василиса взвизгнула, прижимаясь к земле, и чуть не хлопнулась в обморок, услышав противный хруст ломавшихся костей и дикий крик, переходящий в бульканье... Северян кого-то грыз!
Василиса икнула, зажимая рот ладонью. Неужели опять мутанты? То есть полузвери? Или как их… Отступники! Ой, голова кружится…
— Гр-а-а! — взревел медведь.
— Хсш-ш-ш! — вторило ему кошачье шипение.
И Ладимир тут?!
Ее мыслям вторило угрожающее урчание. И хоть кот гораздо меньше медведя, но Василиса хорошо помнила, насколько опасны могут быть рассерженные Барсики. К тому же такие крупные, как Ладимир.
В общем, через минуту на поляне снова стало тихо. Василиса приоткрыла один глаз и сразу же отвернулась…
— Ой, мамочки, — шепнула, отчаянно пытаясь вытравить из памяти то, что когда-то называлось человеком.
Но северян, очевидно, решил ее добить.
— Разбойники это, Васятка. Как думаешь, за кем пришли?
— Н-не знаю…
— Вот и я не знаю, — согласился с ней лесной князь. — Может, меня обессиленного убрать хотели, а может, им ты занадобился…
Василиса вздрогнула.
— В княжьем тереме меня пытались схватить…
И замолчала. А Северян задумчиво потер опаленную бороду. Его глаза опять светились, а тонкая кожа на заживших ожогах, казалось, от вот-вот лопнет из-за бугрившихся от напряжения мышц.
— Видел их лица?
— Нет.
— Хм…
И замолк. Только глаза разгорелись ярче. Ладимир тоже молчал. И под эту оглушающую тишину Василиса отчетливо поняла — в терем ей путь заказан. Ее или убьют, или пошлют непонятно куда для обучения и там все равно убьют.
— Нам надо уходить обратно в лес, — первым нарушил молчание Северян. — Там сила богини, спокойней будет.
И недовольно глянул на Ладимира. Тот понурил голову.
— Я ж только до ветру отошел… Прижало, сил никаких нет.
Но князю эти оправдания были до лампочки. Василиса шкурой чувствовала, он в шаге
