# И всё пошло прахом - Кира Сорока

Около девяти приходит Юрий Иванович с букетом цветов и тортиком. Поздравляет меня с выпиской, недолго наблюдает за спящей Викой, а потом мы пьём чай в уютной компании на кухне.

Женя права, мы сами творцы своего счастья. Нужно просто постараться его сотворить.

Ночью Вика спит плохо. Часто просыпается. Покормив её в очередной раз, забираю к себе на диван. Рядом со мной малышка тут же засыпает.

— Не спишь? — спрашивает Женя шёпотом, внезапно заглянув в комнату.

— Вика капризничала, но уже всё. А ты чего?

Она подходит к дивану и садится на край. Выглядит задумчивой.

— Покажи мне то сообщение, — просит Женя.

— Какое?

— То самое!

— Жень…

— Покажи! — настойчиво шикает она.

Вздохнув, достаю из-под подушки телефон, открываю ВК.

— Вот.

Пытаюсь показать из своих рук, но она забирает мой телефон. Молча изучает сообщение Рамиля, читает нашу переписку.

— Это его послание — как крик души, — вдруг изрекает Женя. — Так долго молчал — и вдруг выдал. Даже из ЧС тебя исключил, и ты можешь ответить ему.

— Но я не хочу. И не буду. Он меня ненавидит.

— Но он любил. Почему ты не замечаешь очевидного? Он написал тебе, что любил. Да, и что ненавидит тоже. Но ненависть — это очень сильное чувство. Такое же сильное, как и любовь. Рамилю не всё равно. Возможно, ему тоже плохо.

— Ты идеализируешь его, Жень. Он узнал о моей беременности и сбежал.

— А потом вдруг пишет. Странно, да?

Странно… И я не могу объяснить себе этот его странный порыв. Вроде как он закончил наши отношения. Должен жениться в октябре. Зачем тогда мне пишет?

— Ладно, будем творить твоё счастье вместе, — говорит Женя, отдавая мне телефон.

— И как?

— Узнаешь, — хитро улыбается она и уходит.

Что она задумала, блин?!

Глава 35. Решай!

Июль 2020

Тая

Уже из последних сил качу коляску к подъезду. Вика давно в ней уснула, наш путь был длинным. Мы прогулялись до парка, а потом долго шли домой, возвращаясь каким-то новым маршрутом. И дорога там была не очень. Местами я почти тащила коляску на себе.

Ладно хоть, погода разгулялась, почти такая же, как в Сочи. Женька вон страдает от такой жары, а мне прям отлично.

Достаю телефон, проверяю время. Мы гуляли четыре часа. Скоро Вика проснётся и заплачет от голода. Надеюсь, я дала Жене и её парню достаточно времени…

Открываю подъездную дверь, затаскиваю коляску. Теперь нужно осторожно достать Вику, одним нажатием на педаль сложить коляску и забуриться в лифт. Я уже приноровилась справляться почти со всем самостоятельно. Чтобы не дёргать Женьку. У неё ведь теперь парень есть, она вся в любви.

Я почти уверена, что скоро наше совместное с ней проживание станет неуместным, и нужно будет что-то решать. Где-то найти деньги, чтобы снять собственную квартиру. Ведь пособий явно не хватит.

— Тебе помочь? — раздаётся знакомый голос за спиной.

Егор. Женькин парень.

— Да я сама, — смущённо отнекиваюсь.

— Да ладно, мне несложно.

Он подхватывает коляску вместе со спящей Викой и доносит до лифта. Нажимает на кнопку, и двери тут же открываются. Егор вкатывает коляску, и я захожу в кабину. Парень остаётся на площадке.

— Спасибо.

— Не за что. Пока, Тая, — салютует мне.

Двери закрываются, и мы едем наверх.

Егор — хороший парень. Они с Женей ровесники, учатся в одном универе. У них много общих тем для общения. И он без ума от неё. Это легко читается в его глазах, когда он смотрит на мою подругу.

Я так счастлива за неё!

Открываю дверь ключом и достаю дочку из коляски. Она сразу начинает кукситься и складывать губы трубочкой. Куда-то подевалась её пустышка… Возможно, опять выплюнула, пока мы гуляли. Вика делает это отменно и всегда незаметно. Пустышек десять уже повыбрасывала.

Заношу дочку в комнату, кладу в кроватку и бегу складывать коляску и заталкивать её в кладовую. Вика ожидаемо начинает плакать.

— Господи, что случилось? — вылетает из комнаты Женя.

— Ничего. Проголодалась. И памперс наверняка мокрый.

— Я смесь приготовлю, а ты переодевай.

Ну да, так намного сподручнее. Может, я и научилась справляться со всем сама, но наличие Жени рядом в разы облегчает мне жизнь. И это очень эгоистично. И неправильно.

Переодеваю Вику, иду с ней на кухню. Она только недавно начала держать голову, по всем показателям отставая в развитии от своих ровесников. Ну ничего… Ещё нагоним.

Женя отдаёт мне приготовленную смесь. Сажусь, пристраиваю Вику на одной руке, а бутылочку держу другой. Дочка у меня всё ещё крошечная, несмотря на то, что ей уже пять месяцев.

Вике назначили курс массажа, но мы не можем попасть на бесплатные процедуры — слишком большая очередь. А платно слишком дорого. Но брать деньги у Жениного отца я не хочу.

Подруга немного обижается, что я стала так категорична. И что решила не подавать в суд. Но я просто не хочу сидеть на чужой шее. Ведь хороший адвокат — это тоже деньги, которых у меня нет.

Пока кормлю Вику, Женя гладит её по макушке.

— Волосики уже не такие короткие, — улыбается подруга. — Но не твои, Тай. Рыженькой она не будет.

— Может, ещё поменяются, — поспешно вставляю я.

— Не надейся, Таюш. Она на тебя совсем не похожа. Будет вечным напоминанием… о нём.

Да, будет... Я и сейчас вижу в Вике Рамиля. Его глаза, его брови. Может, только губы мои, а нос — как у моей мамы, немного картошкой.

— Слушай, Жень… — начинаю неуверенно. — Ты, по возможности, мне поменьше помогай, ладно? Я должна привыкнуть справляться со всем сама.

Она недовольно хмурит брови.

— И с чего вдруг?

— Ну... Может, у вас с Егором скоро свадьба будет, — прячу за улыбкой свои истинные чувства.

Я очень боюсь её потерять. И ненавижу себя за этот эгоизм.

— До свадьбы нам ещё год как минимум, — отмахивается подруга. — А то и больше. А может, мы вообще разбежимся. Ты чего себя накрутила-то?

— Я не накрутила. Ведь Вика — только моя ответственность, и я не хочу больше вешать её на тебя.

— Она моя крестница, ты забыла? — вспыхивает Женя.

Нет, конечно. Вику мы крестили месяц назад. Теперь Женя — её крёстная мама, а Юрий Иванович — крёстный отец. Я не просила. Они сами захотели сделать это для меня