Рид. Другая команда - Виктория Симакова
Последним нехотя, сжимая зубы от негодования, к калитке направился Даня. Он хоть сейчас готов был вмазать самовлюбленному ублюдку, что изображал радушного хозяина, за ужасы, что пережила Катя и другие студенты. Но не мог. Не мог бросить лучшего друга на растерзание Маку и такому неожиданному отцовству. Не мог оставить Лару одну с ними. Мало ли кто еще есть в доме. И пусть они слабо напоминали влюбленную парочку, но надо было позаботиться о ней. Хоть Камранова и посматривает украдкой в сторону Петьки, поддерживает его и, что самое поганое, защиты тоже у него ищет.
«Возможно, Ларе будет лучше с другим парнем. Мое сердце, видимо, окончательно и бесповоротно занято».
Лишь только Даня увидел на Площади Обозревателей Ирину, как понял, что никто ему не нужен, кроме нее. Домаер была все такая же: воинственная, дерзкая, уверенная в себе. Но стоило их взглядам пересечься, как по красивому лицу девушки пробежали рассеянность и страх.
Юноша видел, как с ужасом она смотрела то на него, то на гвардейцев и безопасников, понимая, что те просто растопчут заговорщиков. И она будет одной из тех, кто обязан остановить Рогову и остальных.
Ветров видел, как облегченно Ирина выдохнула и напряжение покинуло ее, лишь только безопасница поняла, что они собираются бежать. Все происходило очень быстро, но Даня все же успел заметить. Даже легкий кивок, когда он развернулся, чтобы посмотреть на Ирину, прежде чем шагнуть в портал.
«Надеюсь, у нее не будет проблем из-за этого. Она волновалась и переживала».
И душу грело ощущение, что он ей небезразличен.
«Это чувство, эта надежда, что я ей важен не потому, что младший брат подруги, будет поддерживать меня. Я должен отсюда выйти и узнать, что она ко мне чувствует. На друзей так просто не смотрят».
Даня последовал за друзьями к коричневому дому на холме.
«Ребятки-то непростые», — подумал Мак, запуская овчарок на территорию и закрывая дверь. Активировав парой капель собственной крови магическое защитное поле, окружающее дом и участок, мужчина почувствовал гордость, вызов и интерес. Гордость оттого, что дочь не только помогла вызволить Анну, но и раздраконила безопасников и гвардейцев, вбила клин между ними. Свен обещал прислать подробности сразу после того, как с Алеком и Ониксом заставят навсегда замолчать братьев Чайкиных. Главное — Рид каким-то образом удалось найти его сына.
'Пусть пацан без магии, но с мозгами и связями. Рид не стала бы спасать сопляка. А значит, она что-то разглядела в нем. Что-то важное, интересное, нужное. Что? Вот я и выясню. Каждый из этой троицы не простой студент. И Рид это поняла, почувствовала. Что ж, теперь и мне это предстоит узнать. И переманить на свою сторону. Это будет непросто, но интересно.
Глупцы те, что считают, что мы проиграли. Битва за мир магии только началась. Герои и злодеи теперь известны. И тем занимательнее'.
ДЕНИС
Tarja — Dark star
ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ
От просмотра изображений со сфер обозревателей и безопасников уже порядком болела голова. Маг, кажется, уже знал наизусть, кто из участников событий что сделает, столько раз он возвращался к тому, что произошло на Площади Обозревателей. Стоит закрыть глаза, и память услужливо показывает хищную усмешку Виторио-Айгуша.
— Максимус переиграл сам себя. Считал, что победа уже в кармане и он раздавит Рогову. Но нет. Сдох от собственного заклинания.
Отзеркаливание — знания старой школы. Он сам про него только в книгах читал. Такому сейчас молодежь не учат. Сложность в том, что магии там необходимо больше, чем сила нападающего заклинания, а применить можно от силы раз или два. И это притом, что маг должен следовать четким, определенным действиям для составления заклинания, главное из которых — сохранять разум чистым, сосредоточенным.
Денис был удивлен, что Риджина в той ситуации сумела сотворить отзеркаливание. Смерть Березкина — это сильный удар. Тем более что бывшие влюбленные успели помириться.
На многих кадрах Егор бережно держал молодую женщину за руку. Он не отпустил ее даже тогда, когда подпитывал защитную оболочку. А ведь все маги знают, что творить заклинание удобнее той рукой, на которую надет браслет. Но нет, Егор правой рукой крепко держал Рогову, а колдовал левой.
— Это не просто так.
Денис откинулся на спинку дивана. Он устал. После событий на Площади Обозревателей все безопасники работали без выходных и перерывов на обед. Необходимо было разобраться с информацией, что обнародовали Рогова и компания.
Мужчина злился на нее за прямолинейность и жесткость метода, которым они сделали достоянием гласности наличие магов-отступников. Такой ушат грязи и интриг был вывален на мир магии, и это тогда, когда люди наступают, плетут интриги. Многие обозреватели говорили, что в этом и заключался ее план: внести сумятицу и неразбериху. В это почти можно было поверить, если бы не одно но — смерть магистра Егора Березкина.
— Риджина не настолько отбитая на голову, чтобы добровольно сдаваться нам и жертвовать магом.
И в этом мнении Денис Холковский был не одинок. Многие маги видели в ней как минимум жертву. Еще бы, потерять любимого от рук ненавистного многими Виторио-Айгуша. Ведь Максимус даже не скрывал своей антипатии к Роговой. Ее и Березкина могли просто схватить, и никто бы не пострадал, но нет, глава гвардейцев решил их уничтожить.
Откуда столько ненависти по отношению к Риджине у Виторио-Айгуша, Денис не знал. Злоба, ярость, темная ненависть — всем этим стремился одарить гвардеец Рогову на Площади Обозревателей. А это его победоносная ухмылка, с которой он смотрел на умирающего магистра…
Безопасник поймал себя на мысли, что жалеет о быстрой кончине главы гвардейцев. Ведь можно было заставить его помучиться, например, отправив в тюрьму без браслета. Или довести мага до грани, а потом приказать лекарям вылечить его и снова отправить за грань. В такие игры можно было бы развлекаться очень долго.
Мужчина вскочил с дивана в шоке от самого себя. Никогда прежде он не думал, что может быть таким жестоким и кровожадным. Жестким — да, но не жестоким.
— Это всё Рогова. Такую кашу заварила, что вовек не расхлебаешь. Колдунья.
Денис покрутил головой в поисках ветровки, которую небрежно куда-то кинул, зайдя в квартиру, в которой он бывал нечасто. Небольшая двухкомнатная
