Помощница для князя оборотней - Эми Мун

— Здрав будь, почтенный.

Старик чуть заметно улыбнулся. По рядам собравшихся пронесся одобрительный гул. Но тут же утих, стоило волхву поманить Василису к себе.

— Подойди ближе, девица.

Василиса исполнила. А волхв ловко перехватил ее за руку и, подтянув ближе, кольнул невесть откуда взявшейся костяной иглой прямо в центр ладони. Больно! Но Василиса только губы сжала. Надо — значит надо!

— Вижу в твоей крови силу великую, — забормотал волхв, разглядывая алый шарик. — От самого сердца дар идет, жарче солнышка летнего греет… Тесно ему было, а теперь вот привольно. Сильнее всех станешь, ежели не откажешься…

Да как от такого можно отказаться? Она ведь… она всегда любила свою работу! А теперь и вовсе будто крылья за спиной распахнулись. И ее лаборатория будет ничуть не хуже, чем у Кощеца и придворного лекаря вместе взятых!

Василиса взглянула на волхва. И все-таки не смогла удержаться от вскрика.

Перед ней стояла молодая женщина!

Тонкие черты лица, зеленые глазищи-омуты, сухощавая фигурка, охотничье платье и лук за спиной.

— Девана… — прошелестело со всех сторон.

Или это Василиса выдохнула? А богиня чуть слышно рассмеялась:

— Угадала.

Василиса судорожно ухватилась за подставленную руку. Северян… Ее любимый мишка… Как же вовремя!

— Это была ты! — просипела не своим голосом. — В тереме княжны, когда…

И запнулась, совершенно растерянная. Вдруг обозналась? Что делать богине следи людского племени? Нет-нет, это, наверное, другая девушка звала на помощь, когда Василису пытались похитить. И когда повариха Глафира задумала дурное… То есть Василиса так думала. Ох, до сих пор сердце не на месте — может, зря женщину обидела?

Богиня вдруг помрачнела.

— Хватит себя грызть! Старуха прельстилась на золото, вот и весь сказ. Васька-стрелец ей сына напомнил, это так, однако стоило тебе лунницу снять — все доброе в ней закончилось. Девок Глафира не жалует. Особливо хорошеньких.

Василиса почему-то кивнула. О боги! У нее сейчас сердце из груди выскочит! А Девана прекратила улыбаться.

— О Глафире будем речи вести или другое спросишь?

— Что с моим ребенком?! — выпалила Василиса. — Ты знаешь?!

И Девана кивнула.

— Знаю. Но просто так не скажу.

* * *

Северян

Личико его возлюбленной побледнело, будто полотно. А у Северяна сердце в комок сжалось. Но лесной князь лишь крепче стиснул зубы. Нельзя мешать!

Девана не является просто так. Однако на свадьбу лесного князя должна была прийти. А уж ежели все селение зовет — тем паче… Никогда Северян не требовал ничего от своего люда. Но в этот день просил. Воины его поддержали. Волхв тоже. И получилось — пришла богиня.

Да только ей надобен особый подарок…

— Отдашь свой дар — скажу, — тихонько молвила Девана.

И щечки Василисы стали совсем белыми. Аж за сердце схватилась, бедняжка. Больно глядеть!

— Отдам… — шелестом сорвалось с девичьих губ.

Девана ступила на шаг ближе. А Василиса пугливо дрогнула. Но не отступила, хоть ей больно было расстаться со своими силами.

Только испуганно покосилась на Северяна, но он поспешил огладить холодную, как лед, ручку.

— Хоть ведьма, хоть нет, а для меня ты всегда любимая, — шепнул ей. — И селение тебя примет…

Потому как воины уже успели поведать о добром сердце девушки, которая, не жалея себя, лечила раненных и спасла Ладимира. Любо пришлось это диким. Всем сердцем они приняли выбор своего князя и никогда бы не прогнали Василису, будь она хоть трижды человеком.

Северян крепче сжал девичью ладонь. Василиса стиснула пальцы в ответ.

— Забирай! — почти крикнула, а голос звонкий и на алых губах расцвела улыбка.

Девана засмеялась. Шагнула ближе и ткнула пальцем в девичью грудь.

* * *

Прикосновение богини отозвалось нестерпимым жаром по всему телу. Как будто кровь превратилась в расплавленный свинец. От боли Василиса чуть не застонала. А из прокушенной губы хлынула кровь… Кто она теперь без способностей? Обыкновенная женщина… Кому такая нужна? Бесполезная, бездарная… Но ладонь Северяна вдруг сжалась чуть крепче, и укол отчаяния сменился острым убеждением. Она нужна князю! И их будущим детям! А что касается пользы… на одних зельях не проживешь! Станет… сборщицей трав! Уж в них-то она разбирается. Или врачом. То есть лекаркой. В медицине Василиса тоже немного поднаторела. Или… Да плевать кем! Главное — выполнять свою работу хорошо. И чтобы рядом был любимый человек. Вернее, оборотень.

Василиса взглянула на Северяна. В его янтарно-карих глазах плескалось столько нежности, столько поддержки и любви, что жар, все еще терзавший тело, пошел на убыль. А сердце вдруг исполнилось осознанием, что если бы Северян лишился своего дара, то она все равно любила бы его.

А богиня вдруг звонко воскликнула:

— Не нужны мне твои силы! Так скажу, в подарок — ребенок был…

Василисе поплохело, аж ноги подкосились.

— …Однако выжить все одно бы не смог. Не в чреве он твоем рос, а выше.

Выше? То есть как это — выше? А через секунду до Василисы дошло.

— Внематочная?

— Так называют это в твоем мире, да.

Василиса глубоко вздохнула. Жалость о потерянном ребенке густо смешивалась с облегчением — теперь она знала ответ. А больше ее ничего не волновало, даже бывший муж.

Богиня отступила на шаг.

— Прощай, Василиса Премудрая. Благословляю вас.

Василиса растерянно моргнула. В смысле благословляет? Но богини уже не было, вместо нее стоял волхв. Вид у него был хитрый.

— Девана свое слово сказала. Есть ли кто против?

Народ отрицательно загудел. А старец отвязал от пояса две алых ленты.

— Ежели нет таких, тогда можно и свадебку гулять…

Василиса ошарашено глянула на Северяна. А тот ответил мягкой улыбкой.

— Прости, любушка. Скоро получилось, знаю, однако не хотел томить тебя неведением. Уж больно ты за дитя тревожилась.

О боги! Да разве за такое надо извиняться?! И, послав к бесам приличия, Василиса крепко поцеловала своего будущего мужа.

* * *

(в это же время, наш мир)

Звонок на мобильный застал Кешу в самый ответственный момент — за разговором с руководством по поводу его дальнейшей работы. Пришлось сбросить.

Но звонивший не унимался. Проклятье!

— Извините, это из больницы, — произнес, вставая со своего места.

Все пятеро сморчков поджали губы. Недовольны они, видите ли. Экзекуцию над ним придется прервать! Но Кеша был рад передышке. Достало слушать высокопарные нравоучения от тех, у кого рыло по уши в дерьме. Волков семью на стороне завел с молоденькой и тупой практиканткой, Железновский периодически в запоях, непризнанный, блядь, гений. Да и у других грешков хватает.

Но всех собак решили свесить на Иннокентия. А все потому,