S-T-I-K-S. Адская Сотня Стикса – 2 - Ирэн Рудкевич

– А нет тут никаких случайностей, – зло и досада, прожигавшие Батю изнутри, вырвались. – Есть недосмотр. Плохая работа с человеческим ресурсом, как любили это называть наши с тобой инструктора. Где-то я дал маху, короче.

Док оторопело отступил на шаг, но быстро взял себя в руки.

– Бать... Командир... Ты это, разреши обратиться не по уставу?

Батя, удивившись формулировке, кивнул.

– Охренел на себя слишком многое брать, да? – тихо, чтоб не услышали другие бойцы, зашипел Док. – Ты командир или кто? Расклеился, как половая тряпка в грязном ведре! Возьми себя в руки! Разберёмся, что тут произошло. Но позже. Сначала надо выжить. Давай, Бать, вспоминай, как мы с тобой и Винтом чуть больше полугода назад втроём остались после схватки с Брандашмыгом?

Батя несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, заставляя себя успокоиться.

– Правильно, командир, – почесав кончик носа, одобрил его Док. – Я-то ладно, врач, мне обо всех всё знать положено, но перед парнями не позорься, что ли...

– Захлопнись, – посоветовал Доку Батя. – Я в норме.

– Ага, вижу, мля, – скривился Док. – Ты, главное, перед бойцами морду лица держи. Выплывать из всего этого дерьма будем.

И, развернувшись, ушёл, оставив Батю одного справляться с внутренними сомнениями и внезапно остро нарисовавшейся неуверенностью в себе как в командире, способном вести людей и отвечать за них.

Крепость обшарили быстро – не так уж много от неё уцелело. Намного меньше, чем должно было бы при случайном пожаре. Все постройки поджигали целенаправленно, предварительно вынеся из них содержимое, так или иначе считавшееся важным.

Полностью был вычищен склад – и от запасов оружия, и от консервов. Сняты карты – какой идиот стал бы их сжигать? Аккуратно собраны запасы одежды и мыльно-рыльного. При этом оставлены детские игрушки, детские же книги с картинками и женские тряпки. То есть всё то, что обеспечивало скорее комфортное существование, чем безопасность.

Батя снова вспомнил Деда и, на всякий случай, в деталях – своё возвращение. И снова убедился в том, что Дед никак не мог успеть вернуться в крепость. Если, конечно, не научился каким-нибудь образом проходить по лоскутам во время их обновления.

И похолодел. А что, если?..

– Батя! Батя! – ожила пристёгнутая к нагрудному карману рация. – Подойди к воротам!

– Что там, Винт? – нетерпеливо уточнил Батя.

– В двух словах не объяснить...

«Крайний раз, когда мне говорили подойти и скрывали, из-за чего, у нас нарисовался мой двойник»», – хотел было встрять внутренний Петросян, но был жёстко и своевременно остановлен.

– Иду, – коротко отчеканил Батя.

За воротами, где, расставленная полукругом, дежурила уцелевшая техника и снайпера, царила неожиданная суета. Батя нашёл взглядом Винта и направился к нему.

Выглядел боец растерянно.

– Ну, что тут?

Винт вздрогнул.

– Бать, пойдём, я тебе лучше покажу...

Чертыхнувшись про себя, командир направился вслед за бойцом.

Винт обошёл кругом кабину MAN-а – единственной машины, которую поставили между воротами и защитным полукругом из военной техники. Подошёл к задней части кустарного тента и жестом пригласил Батю подойти ближе.

Первым командир увидел Дока, напряжённого и очень делового. А вторым – залитого слезами Семёна.

– Дядя Андрей, – при виде Бати бросился к нему пацан. – Дядь Андрей, я знал, что вы вернётесь.

Батя не сдержал внезапно нахлынувших чувств и прижал мальчишку к себе. Случайно спасённый всего неделю назад пацан неожиданно стал для него очень важной частью возрождаемой Сотни. Почему – командир не понимал. Осматривая сгоревшую крепость, он даже не вспоминал о Семёне. Но сейчас, увидев, что мальчишка жив и здоров, он вдруг почувствовал что-то вроде облегчения. Увидел пусть далёкий и неясный, но свет в конце тоннеля. И – силы, душевные и физические, чтоб в очередной раз начать всё сначала.

– Ну тише, боец, тише. Докладывай, что тут произошло, – в порыве чувств Батя провёл пару раз своей заскорузлой ладонью по волосам Семёна.

Неизвестно, что подействовало лучше – капля проявленной Батей отцовской нежности или волшебное слово «боец», но Семён решительно отстранился и вытер слёзы. Глубоко вдохнул, собираясь с мыслями.

– Приехал этот... который второй вы, дядь Андрей. В смысле, который Дед...

У Бати в мгновение ока земля ушла из-под ног. Как? Ведь тоже об этом думал, но отмёл вариант как невозможный.

– ...сказал, что он – это вы. И что надо собираться, потому что на крепость движется лавина тварей. Что бойцы, которых он – в смысле, вы, – взял с собой, их сдерживают, но надо торопиться.

– И ему поверили? – оторопел Батя, внутренне исходя на желчь и самые страшные ругательства, которые знал.

– Он на вашем броневике приехал. И вёл себя точь-в-точь как вы, собираться помогал, всё подсказывал. Карты велел в первую очередь собрать. Только Сева что-то заподозрил.

– Сева? Новичок? Как?

– Я не знаю, – пожал плечами почти успокоившийся Семён. – Но он мне сказал, что тут что-то не чисто, и чтоб я держался от вас... от Деда... подальше. А сам пошёл к Чёсу...

Тут мальчишка снова всхлипнул, но быстро взял себя в руки.

– Я не особо слышал, о чём они с Дедом говорили. Подкрался ближе, и тут Дед взял и выстрелил Севе в колено. Я тогда тоже сразу понял, что это Дед, а не вы. Вы бы так не поступили, я точно это знаю, мне бойцы ваши рассказывали...

– А кто-нибудь, кроме тебя, видел, как он стрелял? – уточнил Батя.

Семён активно замотал головой.

– Он взял пистолет с такой же штукой, как вы мне давали. Выстрел тихий получился.

– А Чёс что?

Из глаз Семёна снова потекли непрошенные слёзы.

– Это я виноват, дядь Андрей... Я к Себе побежал, закричал, чтоб вы... ну, который не вы... остановился. А вы... Дед на меня пистолет навёл... А Чёс... он...

– Что? Что? – едва не закричал Батя.

– А он меня собой закрыл, когда Дед выстрели-ил... – снова разревелся Семён, да так отчаянно, что Бате снова пришлось прижать мальчишку к себе.

– Это я винова-ат, – проскулил тот. – Дядь Андрей, простите-е...

– Ни в чём ты не виноват, – сглотнув застрявший в горле ком, твёрдо сказал Батя. – На войне такое бывает. А мы с