Мой соперник - Кендалл Райан

– О чем ты хотела поговорить? – спрашиваю я. Мои глубочайшие страхи усиливаются с каждой секундой.

Алекс рассказал ей о нас? Она многое выяснила, но каким-то другим способом? Меня собираются уволить?

Боже, надеюсь, что нет. Я же подписала новый договор аренды.

Иден прокашливается.

– Я должна извиниться. Порой я могу болтать всякое дерьмо. Вечно стираю границы между нашей дружбой и рабочими отношениями. А еще это ужасно несправедливо по отношению к тебе, но я поняла все по-настоящему только недавно.

Я гляжу на Иден, разинув рот.О чем она вообще?

Иден морщит лоб и молчит, а потом объясняет:

– Короче, я хочу сказать, что, наверное, ошибалась насчет Алекса.

Оу.

– Мне жаль, если я заставила тебя поверить, будто он изменял мне. Ведь ничего подобного не было. А сейчас Алекс повзрослел. Он замечательный. Но мы просто не были созданы для долгой совместной жизни. Я имею в виду, как пара. В итоге мы расстались, поскольку у нас совершенно разные цели и устремления. Я потратила годы, поддерживая его в трудных ситуациях. И я всегда болела за него.

Но со временем я охладела к Алексу, однако вовсе не из-за того, что он мог поступить как-то неправильно. И в конце концов меня осенило: я любила его так, как хотела, чтобы любили меня. Я всегда мечтала, чтобы рядом находился человек, который поддерживал бы меня, разделял мои убеждения, понимал, почему для меня важна карьера.

И я влюбилась в хоккей, а затем обрела другую – настоящую – любовь. К Холту.

Я слушаю Иден затаив дыхание, ловлю каждое слово.

Судя по затуманенному взору Иден, признание дается ей нелегко.

– Алекс уже тогда достиг большинства своих целей, поэтому искал кого-нибудь, с кем можно остепениться. У него не получалось угнаться за мной, а я не сумела притормозить. Я обижалась на него. Чувствовала, будто он должен мне часть того, что отдавала ему я. Чувствую даже и по сей день, но теперь у меня есть Холт. – Глаза Иден блестят от непролитых слез, однако на ее лице появляется улыбка.

Я не осознаю, что плачу, пока крупная слеза не скатывается по щеке.

– И если бы я не порвала с Алексом, то не предоставила бы шанса Холту. Вот лучшее решение, которое я когда-либо принимала. – Иден удовлетворенно кивает, крутит на пальце обручальное кольцо. Стряхивает с себя задумчивость, смеется и толкает меня плечом. – Аспен, я веду к тому, что Алекс мне не подходил. Но это не означает, что он не паратебе.

Иден и правда в курсе всего. Возможно, знала еще с того самого момента, когда мы общались по видеосвязи и она заметила Алекса на заднем плане.

Я судорожно вздыхаю, и у меня с плеч буквально сваливается тяжелая ноша, от которой я изнывала неделями. Иден при помощи лишь нескольких фраз значительно облегчила мне жизнь.

– Но почему ты это рассказываешь? – уточняю я напоследок.

Она смущенно усмехается.

– Алекс заявился к нам. Намеревался поговорить о тебе. И предъявил мне кучу претензий: вроде как я вложила тебе в голову всякую чушь о нем.

– Да? – Я сглатываю.

– Ага. Судя по тому, как он на тебя смотрит сегодня, ему больно.

Иден кивает на здание отеля, где собрались беззаботные тусовщики и завсегдатаи вечеринок. Мое сердце ноет от волнения.

– Как думаешь, мне стоит пойти к нему и объясниться?

– Только если захочешь. – Иден наклоняется и целует меня в щеку.

Хочу ли я поговорить с ним?

Внутри меня, будто горячее печенье прямо из духовки, растворяется осознание.Конечно, хочу.

Я никогда в жизни не желала ничего настолько сильно.

– Ладно. – Я беру ее под руку, и мы возвращаемся в отель.

Глава 28

Алекс

Я снова дергаю воротник рубашки. Ненавижу надевать смокинг, даже ради благого дела. Сегодня благотворительный вечер в поддержку проекта «Детский приют», который поддерживает команда. Раньше я с нетерпением ждал знаменательного события: можно было наесться в буфете, выпить бесплатного алкоголя… и пообщаться с ребятами вне катка.

Но сегодня я на взводе.

То, что Святоша со мной, помогает. Он решил не приглашать на мероприятие девушку и проявил удивительное понимание к ситуации, в которую я угодил.

– Ты в порядке, приятель? – спрашивает он.

Я поправляю галстук-бабочку и рассеянно киваю.

– Угу.

Зал гудит от возбуждения, а у бара выстроилась очередь, на которую я смотрю с презрением.

Прайс обнимает меня за плечи.

– Чувак, давай обсудим стратегию. Мы же собираемся действовать.

– Мы? – напрягаюсь я.

Святоша ухмыляется и энергично кивает.

– Да.Мы. Я помогу тебе.

Я отступаю, чтобы встретиться с ним взглядом. На лице Святоши все же написано некоторое замешательство. В конечном итоге именно он предупреждал меня не влюбляться в Аспен.

– Но почему?

Друг бросает на меня добрый взгляд.

– Ты же любишь ее.

Я раздраженно мычу.

Его слова – чистая правда, и я устал это отрицать.

– Хорошо. Каков план?

Он расплывается в счастливой улыбке.

– Сначала мы должны найти Аспен. Она точно будет здесь?

– Да.

Ясомневаюсь в своей непоколебимой уверенности, ведь она могла передумать. Но каким-то образом я чувствую, что она тут. Где-то в толпе.

Сент-Джеймс кивает.

– А пока мы ее ищем, может, хочешь чего-нибудь выпить? Для храбрости?

– Нет уж. – Я предпочту иметь ясную голову. И не хочу тратить время, стоя в очереди в баре.

Святоша не спорит.

– Понял. Сейчас во всем разберемся. Погнали.

Когда мы проходим в бальный зал, люди расступаются. Над головой висит сверкающая люстра, окрашивающая все в золотые тона. В иных обстоятельствах обстановка показалась бы мне крайне романтичной, но сейчас я не особо оптимистичен.

Мы минуем банкетные столы с аукционными лотами, и что-то заставляет меня обернуться.

И я вижу ее.

Аспен.

На ней бледно-розовое платье с кружевными рукавами. Наряд в ее стиле. Женственный, простой и милый. У меня щемит в груди.

Я толкаю Святошу локтем в бок.

– Вон она. Увидимся позже.

Он сжимает мое плечо и оттаскивает в сторону.

– Эй, а ну-ка притормози. Что ты надумал?

– Я собираюсь поговорить с ней.

Он хмурится.

– Нет, чувак. У тебя есть еще идеи?

– Спросить, не принести ли ей чего-нибудь выпить?

– Отрицательно, ковбой.