Шторм Шарпа - Бернард Корнуэлл
Шарп выругался. Большие ворота амбара, выходящие во двор, выглядели прочными и были заперты массивным брусом, лежащим на двух скобах с внешней стороны, но французы уже пытались открыть огромные створки изнутри, сотрясая их так, что засов гремел в железных креплениях. Шарп подхватил мушкет мертвого красного мундира и выхватил горсть патронов из его подсумка. Он зарядил мушкет и выстрелил в дверь. Пуля не пробила тяжелое дерево, и звук удара совпал с треском. Французский сапер с той стороны начал рубить двери топором. «Вот ублюдки, у них там сапер с большим топором», — подумал Шарп. Он хотел приказать лейтенанту Эллису выделить людей для прикрытия ворот, но красных мундиров у стены и так было слишком мало, чтобы сдержать натиск французов. Удары топора сотрясали левую створку, в дереве появилась щель. Шарп перезарядил мушкет, подбежал к двери, вставил дуло в расщелину и нажал спуск. Визг подсказал ему, что он точно в кого-то попал, но, очевидно, не в сапера, который продолжал вонзать тяжелое лезвие в доски.
И тут пришло спасение. С цокотом копыт, звоном постромок и грохотом тяжелых колес прибыла девятифунтовка. Две лошади были тут же ранены французскими пулями, но канониры сумели отцепить упряжь от передка и увести упряжку.
— Та стена слишком высокая! — крикнул молодой артиллерийский офицер, указывая на стену, где адмирал высматривал очередную цель.
— К черту стену, — крикнул Шарп, — у вас есть картечь?
— Конечно, сэр? — Последнее слово прозвучало как вопрос.
— Майор Шарп, — представился Шарп, затем скомандовал: — Наведите орудие на эти двери, — он указал на ворота амбара, — и быстро.
— Сэр, — сказал артиллерист, — только картечь?
— Только картечь. — Шарп повернулся. — Клаутер!
Здоровяк, который, как и Шарп, вооружился мушкетом павшего солдата, подбежал к нему.
— Сэр?
— Ты сможешь поднять этот засов?
— Запросто.
— Жди моей команды, — сказал Шарп. Он смотрел, как канониры разворачивают орудие гандшпугами[4] на ворота амбара и забивают мешок с порохом и картечь в ствол.
— Сейчас, сэр? — спросил молодой артиллерийский офицер.
Шарп взглянул на ствол пушки и прикинул, что она нацелена точно в центр ворот.
— Ждите, — сказал он молодому артиллеристу, — и спасибо, что приехали.
— Мой брат прислал сообщение, сэр, и оно звучало как отчаяние. — Канонир оглядел двор, и у Шарпа не хватило духу сказать ему, что его брат мертв. — Просто ждите, лейтенант, — сказал он, а затем обращаясь к Клаутеру: — Давай!
Клаутер подбежал к дверям, легко снял большой брус с креплений и отбежал в сторону. Следующий удар топора просто вытолкнул левую створку наружу, и французская пехота издала радостный вопль, распахивая обе двери настежь.
— Стреляй, лейтенант, — сказал Шарп.
У французов, столпившихся в широком дверном проеме амбара, было всего мгновение, чтобы увидеть свою смерть. Они уже готовы были вырваться во двор. Те, что стояли позади кричали передним, требуя потесниться. Их было слишком много. Весь амбар был битком набит людьми, искавшими за каменными стенами временного укрытия от мушкетного огня снаружи.
Теперь эти люди оказались лицом к лицу с единственной пушкой, стоящей всего в десяти шагах от входа. Пушка была заряжена картечью — жестяной канистрой, под завязку набитой мушкетными пулями. При выстреле жестянка разрывалась силой взрыва, и пули вылетали из ствола, словно адская утиная дробь.
— Огонь! — крикнул лейтенант-артиллерист.
В ушах Шарпа звенело от грохота орудия. Ему показалось, что широкий проем ворот амбара внезапно превратился в кровавую взвесь. Ближайших французов буквально разорвало картечью, их тела превратились в ошметки, и Шарп догадался, что смертоносные пули прошили толпу насквозь, убивая и калеча стоящих позади. Часть заряда ударила в большой железный плуг, стоявший в центре амбара, и пули рикошетом ушли вверх, находя новых жертв.
— Еще раз, сэр? — спросил артиллерийский офицер, пока его расчет банником прочищал ствол.
— Еще один, на удачу, — сказал Шарп. — Затем заряжай ядром.
Он протиснулся обратно к стене и разрядил мушкет в сторону излишне рьяных французов, затем перезарядил винтовку для нетерпеливого сэра Джоэла. Услышав грохот второго выстрела картечью, он обернулся и вгляделся в желтоватое облако дыма.
— Лейтенант!
— Сэр?
— Ядро, и ждать! Новая цель! — Он повернулся к сэру Джоэлу. — Адмирал? Когда я скомандую, вы должны отогнать людей от стены. Мне нужно десять или пятнадцать футов свободного пространства.
— Понял, Шарп. — Сэр Джоэл, похоже, ничуть не обиделся, получив приказ от простого майора. Он выстрелил из винтовки. — Готов еще один мерзавец.
— С минуты на минуту, сэр, — сказал Шарп. — И сами держитесь в стороне.
Он вернулся к орудию, где канонир уже забивал ядро в горячий ствол.
— Разверните орудие на стену, — велел Шарп лейтенанту, указывая на низкую каменную кладку, тянувшуюся от дома к амбару.
Шарп наблюдал, как канониры гандшпугами разворачивают хобот лафета так, чтобы пушка смотрела прямо в стену.
— Вы говорили, стена слишком высока, чтобы стрелять поверх нее, — сказал Шарп лейтенанту.
— Так точно, сэр.
— Так сделайте пролом, а потом подкатите орудие, заряженное картечью. — Шарп перевел дух. — Адмирал! Давай!
— Адмирал? — с удивлением переспросил лейтенант.
— Он хотел посмотреть на сухопутное сражение, — пояснил Шарп.
— Он, должно быть, спятил, сэр.
Безумный сэр Джоэл тем временем расчищал место у стены, разгоняя красных мундиров криками и прикладом винтовки Шарпа.
— Хватит? — спросил он, когда ему удалось освободить пространство шириной футов в десять.
— Хватит! Отойдите, сэр! — Шарп подождал, пока сэр Джоэл отбежит в сторону. — Действуй, лейтенант.
Пушка выстрелила. Ядро с оглушительным треском ударило в стену, выбив кусок кладки шириной фута в четыре. Расчет уже пробанивал ствол и готовил картечь.
— Заряжай картечь поверх ядра! — крикнул лейтенант, наблюдая, как его люди выполняют команду. — Картечь вместе с ядром наносят больше урона, сэр, — пояснил он Шарпу.
