Шторм Шарпа - Бернард Корнуэлл

действие одним кремневым замком и были созданы, чтобы выпускать семь полудюймовых пуль веером, способным смести снайперов с такелажа вражеского корабля. Единственным недостатком оружия, помимо долгого времени перезарядки, была его зверская отдача, и только самым сильным людям можно было доверить его использование, но в огромных руках Харпера оно стало залогом побед в битвах, пробивая кровавые бреши в рядах врага.

— И почему я никогда не додумался зарядить его двойным зарядом? — спросил он.

— Потому что ты из Донегола? — предположил Шарп.

— Скорее всего, вы правы, мистер Шарп, — ответил Харпер без обиды.

Сэр Джоэл выглядел озадаченным.

— Ваши люди называют вас «мистер Шарп», а не «сэр», это ваш выбор?

— Это обычная практика в Стрелковом полку, сэр, — пояснил Шарп, — но большинство моих красных мундиров переняли ее.

— Да, — сказал сэр Джоэл, — я слышал, что стрелки особенные.

— Не просто особенные, сэр, а лучший чертов полк в армии! — заявил Харпер.

— Пэтрик! — позвал голос с северного берега.

— Жюль?

— Он здесь!

— Он может переходить! Pas de problem, Жюль!

— Говоришь по-лягушачьи, Пэт? — с улыбкой спросил Шарп.

— Бегло, сэр.

Из глубокой тени на дальнем берегу ручья донесся звон, а затем на мосту появился маленький тощий солдат, несущий пухлый мешок.

— Все тут, — сказал он Харперу.

— Молодец, Уилли, — сказал Харпер и наклонился к мешку, поставленному на мост. Он ощупал содержимое, затем выпрямился. — Пять бутылок!

Француз ответил быстрой тирадой на своем языке, которая сбила Харпера с толку.

— Я не буду платить за пять, — запротестовал Харпер.

— Это подарок! — объяснил сэр Джоэл. — Вы ему ничего не должны. — Сэр Джоэл перешел на французский и заговорил с миниатюрным солдатом, который улыбнулся, кивнул и ответил.

— Он говорит, — перевел сэр Джоэл, — что они считают сержант-майора Харпера достойным и благородным человеком и хотят засвидетельствовать свое почтение.

— И совершенно правильно, — сказал Харпер и снял с плеча французский мушкет. — Вот, держи, Уилли! Я наложил на него ирландское проклятие, и в следующий раз, когда ты из него выстрелишь, он взорвется прямо перед твоей хорьковой мордой.

— Merci. — Маленький француз взял мушкет и протянул руку, которую Харпер пожал.

Харпер принес бутылки на берег.

— Они не такие уж плохие парни, если узнать их поближе.

— Timeo Danaos et dona ferentes, — торжественно произнес капитан Криттенден.

— Бойтесь данайцев, дары приносящих, сержант-майор, — перевел сэр Джоэл.

Харпер уже откупорил одну бутылку и сделал глубокий глоток.

— По мне, так вкус отличный, сэр.

— У них может быть что-то еще на уме, — сказал сэр Джоэл. — Если они замышляют атаку, они бы хотели, чтобы наши войска были пьяны?

— Мы, ирландцы, пьяные деремся ничуть не хуже, чем трезвые, сэр, — заверил его Харпер. — На самом деле, пожалуй, даже лучше!

— Истинная правда, — вставил Шарп.

— А если бы эти олухи планировали атаку, французские пикеты нас бы заранее предупредили, — настаивал Харпер. — Вот, сэр, — он протянул откупоренную бутылку Шарпу, — угощайтесь.

— Подозреваю, маршал Сульт уже выдохся, — сказал Шарп. — Он только что предпринял масштабную атаку и получил кровавую взбучку. Повторять ему не захочется. — Он сделал глоток бренди и передал бутылку сэру Джоэлу. — Спасибо, Пэт.

Харпер наблюдал, как выпили оба морских офицера и как бутылка перешла к Клаутеру.

— Оставь бутылку себе, здоровяк, — сказал Харпер, — она согреет тебя холодной ночью!

— Веская причина, чтобы подыскать укрытие на ночь, — сказал Шарп. — Увидимся, как только тебя сменят, Пэт.

— Так точно, сэр, увидимся.

Шарп повел своих троих спутников по тропе, петляющей на юг через лес, к длинному склону, на вершине которого его батальон должен был строиться для отражения любой французской атаки. Трава была скользкой от дождя, а склон достаточно крутым для того, чтобы ноги начали гудеть от усталости.

— Нужно быть безумцами, чтобы решить атаковать здесь, — прокряхтел он, карабкаясь вверх.

— Но вы считаете это маловероятным? — спросил сэр Джоэл.

— Я считаю, что пытаться атаковать по такому склону будет безумием, а Сульт совсем не сумасшедший.

— Каков же у него тогда выбор? — спросил сэр Джоэл.

— Оставаться на месте и ждать, что мы атакуем его.

— Но лорд Веллингтон намерен обойти его, наведя мост через устье Адура.

— О чем вы знать не должны, — вставил капитан Криттенден.

— Я уже забыл, — отмахнулся Шарп. — Но даже если мост сработает, нам все равно придется как-то выманить его из Байонны, а судя по всему, это настоящая крепость. Если мы оставим его там, то оставим у себя в тылу крупные французские силы, и это свяжет половину нашей армии только ради того, чтобы их там удерживать.

— Итак, — заключил сэр Джоэл, — маршал Сульт расстраивает вас тем, что просто ничего не делает.

— Именно.

— И вы полагаете, он выберет этот вариант?

— Я всего лишь майор, сэр, откуда мне знать? Будь у него хоть капля здравого смысла, он бы ничего не делал, но я подозреваю, что Император будет пилить беднягу, требуя сражаться активнее. Насколько я понимаю, мы единственная армия союзников на французской земле, и Бонапарт захочет, чтобы мы убрались.

— Несомненно, захочет, — сказал сэр Джоэл, а затем, помолчав, добавил: — Боже упаси, Шарп, это не критика, но ваши люди кажутся весьма… фамильярными? — Он задал это как вопрос, чтобы лишить свои слова колкости. — Очередная особенность стрелков?

— Полагаю, что так, сэр. Все офицеры-стрелки должны проходить обучение в строю вместе с солдатами и делать то же, что и они, а большинство людей, которых вы только что встретили, — из моей старой легкой роты. Они хорошо меня знают, а некоторые, как Пэт Харпер, к тому же еще и мои близкие друзья. Самое главное, что они дерутся как демоны. Я бы не хотел столкнуться с ними в бою.

— Уверен, они эффективны, — сказал сэр Джоэл. — Просто у меня было представление, что дисциплина в армии сурова и насаждается строгими офицерами.

— Так и есть, — ответил Шарп, — но я начинал в строю. Двадцать лет назад я был рядовым.

— И это вызывает у вас